Путешествие на Запад (СИ)

— Его наверняка загипнотизировали. — Люциус осмотрелся и заговорил тише. — И сейчас Ковен через него следит за нами.
— Меня не… загипотировали. — Ответил Энрик.
Люциус смотрел на него с пугающим спокойствием.
— Мерзавец сгорит! Давай же, быстрее!
— Вот поэтому я и не хотел брать тебя в наше путешествие, Энрик.
— Люциус, что ты сделал с Варелой? — Холька встала вплотную и немного нависла над ним.
Люциус смотрел на неё прямо и спокойно. — То, что велел Перводух. И то, что нам пришлось бы сделать однажды. Но я сделал это так, что он ещё послужит нам. Это правда. Я превратил его в камень. Он нужен мне для того, чтоб использовать этот артефакт.
Она резко схватила его за горло и чуть приподняла над землёй. Он вцепился обеими руками в её руку, но казался совершенно беспомощным в её мощной хватке.
— Если ты что-то сделаешь с Энриком! Если с ним что-то случится!
Внешне Люциус оставался спокойным. Однако в его руке появилось пламя.
— Если ты ещё хоть что-то скроешь! Если ты ещё кого-то превратишь в камень! — Она агрессивно оскалилась.
— Сражайся, идиот! Она убьёт тебя! Убьёт! Дерись! Дерись, идиот! — Его голос перебивал Хольку.
— Отпусти. — Спокойно потребовал он.
Она резко разжала руку и её лицо стало растерянным. Она осторожными движениями принялась поправлять ему плащ, пока он отдышался.
— Ты должен обладать этой силой! Должен! Так же как ты беспомощен перед её мощью, должна быть беспомощна она пред тобой! Все должны быть беспомощны.
— Холька, это был лучший из возможных вариантов. Это не значит, что я буду так поступать со всеми.
Она смотрела на него с отвращением. — Он помогал нам! Без него мы бы ничего не добились!
— Это не наша вина. Перводух хотел его смерти. Так что здесь либо мы, либо он.
Она отвернулась. — Ты должен был предупредить меня! Почему ты не веришь мне?
Он выдержал паузу. — Вот поэтому, Холька. Потому что ты думаешь сердцем, а не головой.
— Так и должны поступать рыцари! Пусть Ковен в приступе рациональности переходить все грани допустимого! А мы должны быть лучше.
Люциус прищурился. — Если ты поступаешь так, то это не значит, то все должны поступать так же. Но если мы хотим выполнить нашу задачу, мы должны мыслить и действовать логически.
— Я говорил, у неё появилась игрушка получше и она сразу же забыло про тебя! Поухаживала за бедным маленьким ребёнком и нашла себе нового!
Люциус взглянул на Энрика с нескрываемым презрением. — Сейчас логика говорит нам, что он враг. — Его тонкий палец указал на Энрика. — Он работает на Ковен.
— Я не работаю ни на кого. Тётя Холька, я хочу спасти вас! Люциус вас хочет убить!
Она вновь обернулась на Люциуса. Тот молча смотрел на неё.
— Почему вы мне не верите?
Она перевела взгляд на Энрика. — Я не знаю, кому верить. — Она задумалась. — Давайте решим это после победы над Ковеном.
Люциус ткнул в неё пальцем. — Мы не победим его, пока с нами он. Ковен следит за нами, Холька. И он — их глаза. У него ничего не отняли, да ещё и дали ингридиенты.
— Это не важно. — Рука Хольки легла на меч. — Они не победят нас в открытом.
— Холька. — Голос Люциуса стал напряжённым. В нём появились злые нотки. — Ты совсем головой поехала? — Он посмотрел в упор ей в глаза. — Этот парень был у Ковена. Они явно отпустили его. Мы знаем, что через него они уже следили за нами. Ты ничего не хочешь с этим сделать?
— Я не буду причинять ему вред! Если ты этого хочешь сделать, то я тебя остановлю.
— Дура! Я сошла с ума, Люциус! Прозри наконец! Она сумасшедшая!
— Ты дура, Холька. Полная дура. Ты губишь нас.
— Она только мешает нам. Не пора ли действовать самому, Люциус? Или тебе уже не оторваться от своей мамочки?
— Люциус, у нас есть ты. Они не устоят против мессии. А я прикрою тебя. Как и было всегда. Мы всегда побеждали Ковен. А сейчас нам противостоят не его старейшины, а кучка отступников. Они нам не ровня.
Голос демона стал задумчивым и более вкрадчивым. — Хотя, может она и не безнадёжна. В конце концов, помнишь, как она рубила Ковен раньше! Добро. Пойди с ней и устройте эти ничтожествам огненный ад. А потом мы поглотим и её.
 
— Во-первых, Холька, не льсти мне. Во-вторых — ты слишком надеешься на грубую силу.
— Может быть, в бою, случайно, совсем случайно, в твоём очищающем пламени может сгореть и этот паршивец.
— Я не собираюсь идти дальше в компании вражеского шпиона. Если ты настолько отупела, что забыла про это, то идите вместе с ним на все четыре стороны!
— И бросить тебя?
Глаза Люциуса стали ярко красными. В руке вновь возник мощный огонь. — Я не собираюсь рисковать артефактом ради парня. Мы должны избавиться от него. Или вы уходите!
Энрик испуганно отступил назад и нащупал мешочек с песком для заклинания невидимости.
Холька же в два шага подошла вплотную к Люциусу и врезала ему кулаком в живот. Люциус выдохнул и согнулся.
— Мы пойдём дальше! — Заявила она.
Он медленно распрямился. Его взгляд выражал презрение.
— Ковен не победит нас. Мы победим их так. И заставим вытащить из Энрика эту штуку. Или вытащим её сами.
— И как? — Люциус резко повысил голос. — Скажи мне, как?
— Придумай что-нибудь. Но мы не расстанемся. И не убьём его. — Весь её вид, горделивая осанка и лицо источали ощущение полнейшего превосходства. — Мы пойдём и победим!
Люциус немного съёжился. Его глаза потускнели. Он перевёл взгляд на парня. — Пусть держится на расстоянии. Дальше посмотрим.
— За свою тупость она заслуживает смерти! Заслуживает! Вытяни из неё силу! Ты найдёшь ей лучшее применение!
Люциус промолчал и пошёл первым. Энрик прятался от него за Холькой. Её рука крепко держала его за плечо и это ощущение этой могучей хватки, как ни странно, успокаивало.
Шли они неторопливо, но без остановок. В сравнении с прошлыми днями казалось, что теперь они просто гуляют в своё удовольствие. Иногда Люциус и Холька отходили в сторонку и там что-то обсуждали, а потом возвращались к Энрику. Ночевали они на небольшом пригорке. Энрик лёг рядом с Холькой и не мог заснуть, пока Люциус стоял на часах.
Вечером они вдвоём вновь отошли в сторону. Какое то время они о чём то спорили и Энрик уже был готов броситься на помощь Хольке, когда они начали угрожающе жестикулировать друг другу. Но в какой то момент женщина обняла Люциуса. Тот приобнял её в ответ, но в этом жесте не было никакой нежности.
Когда они вернулись, Энрик тихо спросил у Хольки, что это было.
— Он хотел гипнозом изгнать из тебя червя.
— А почему вы тогда помирились?
— Мы не помирились. Я лишь напомнила ему, что он мы не враги.
Энрику осталось только удивляться такому поведению этой странной женщины.
Утром они сошли с тракта и двинулись в направлении, из которого Энрик недавно шёл. Только теперь они шли немного в обход.
Энрик то и дело оглядывался, ища своих благодетелей. Пару раз ему казалось, что с верхушек деревьев на него самострел ворон, но каждый раз тот быстро отворачивался и начинал о чём-то каркать с сородичами.
Несколько раз он проверял, на месте ли все мешочки с ингридиентами.
Местность здесь шла ровная, лесистая. Тени деревьев защищали от яркого горячего солнца. Люциус снял плащ и шёл в длинной плотной рубашке. Холька же осталась в том же, в чём была.
— Вам не жарко? — Спросил Энрик, который старался держаться в тени.
Она качнула головой и улыбнулась. — У дрконов всегда была горячая кровь.
Периодически он выходили на открытые места, но не обходили их, как раньше.
— За нами всё равно следят. — Сказал Люциус, когда Холька предложила обойти поляну. — Это бессмысленно.
— Кто следит?
— Ворон. Он стал маскироваться лучше. Но я его вижу.
Вечером Холька не могла уснуть и в итоге осталась стоять на часах. Засыпая, Энрик услышал печальный успокаивающий звук музыкальной трубки.
Встав рано утром, они вышли на знакомую Энрику поляну, когда солнце ещё только-только полностью появилось на небе.