Цельняпушистая оболочка (СИ)

Дальше застолье снова вошло в привычное русло. Мы потихоньку добивали очередную бутылку ягодного ликера и слушали рассказ Лисина о какой–то местной школьной училке, когда на кухню тихо просунулась Сивира и поманила меня пальцем.
И ровно через пять минут она, едва ли не силой, тащила меня за собой в библиотеку.
— Нахрена!? Вот скажи мне, чего я там забыл? Я уже начитался за ночь, знаешь ли! Лучше в койку меня отведи, спать хочу, сил нет! — протестовал я по дороге.
— А по–твоему лучше сидеть на кухне и напиваться до беспамятства!? Забыл, чем твоя последняя пьянка закончилась? — с издевкой произнесла хвостатая.
А чем она закончилась? Когда я последний раз пил–то? А–а–а, вспомнил. Когда эта дура меня к себе домой затащила! Только я‑то тут в чем виноват? Немного помявшись, малявка продолжила:
— Да и к тому же… Я думаю, что Лисси сможет побольше рассказать нам об этом. — она помахала той самой коробкой.
А ну да, очкастая же накоротке с принцесской. Может имеет доступ ко всяким гос–тайнам? Впрочем…
— А нахрена оно мне!? Что там непонятно–то!? Совсем уже…
А ведь в этом есть смысл! Возможно, очкастая подскажет что–нибудь. Вдруг тут какие руины остались? А еще лучше — подземный бункер набитый жратвой и оружием! Хотя, какой нахуй бункер спустя столько лет… А ладно, тут и помимо этого вопросы найдутся.
Например, как за такой короткий срок смогла возникнуть новая разумная жизнь!? Я, не зоолог конечно, но, по–моему, на формирование видов уходит по несколько милионов лет! А прошло несколько тысяч, может десять, может двадцать… Блин, не знаю сколько, но точно не миллионы. Иначе вместо шевронов и обломков пистолета в коробке был бы хрен с маслом в виде истлевшей пыли.
Хотя, на кой хрен мне это надо? Можно подумать, что–то изменится, если я узнаю ответ! Какое мне дело до этих кошек и истории их появления?
Впрочем, так мы с бойцами будем хоть чем–то заняты, а то я уже начинаю бояться, как бы они на местных кидаться не стали! Пусть уж лучше информацию собирают и анализируют. Это должно напомнить им упражнения на аппаратуре в учебных классах.
— Чтобы на хвост не отсиживать и к местным не приставать! Хоть какая–то от вас польза будет! — озвучила мои мысли Сивира.
Блин, эта овца соображает быстрее меня, стыд–то какой.
Надеюсь, в моё отсутствие, бойцы ничего не учудят? Хотя… По–моему, они уже уснули, где–нибудь под столом. Столько выжрать–то!
* * *
Реакция библиотекарши на посылку от принцессы превзошла все мои ожидания. Ну почему она постоянно так и норовит грохнуться в обморок!? Хорошо хоть Потапыч постарался, быстренько привел её в чувства.
Пока девчонка отфыркивалась от воды из цветочного горшка, Сивира пояснила ей, чего мы, собственно, приперлись. Промямлив что–то неразборчивое, фиолетовая начала носиться по библиотеке как умалишенная.
Чтобы не мешать, мы с Сивирой двинулись на кухню.
— Интересный у неё метод поиска книг… — решил немного пошутить я, садясь за стол.
— Ты и вправду ничего не понимаешь!? Дело ведь не только в какой–то там истории! — зашипела Сивира.
В смысле? А в чем еще?
— Что блять, значит не только!? По–твоему это так, хуйня!? — выпалил я.
Младлей смущенно закашлялась, явно понимая, какую херню сморозила, и попыталась пояснить свою мысль.
Как я понял, эти самые «принцессы», знатно дурят свой народ — даже сам товарищ Сталин позавидовал бы их «культу личности». Местные полностью уверены, что это именно королевны поднимают солнце и луну, повелевают ветром и вообще, один их пердеж способен двигать континенты да вырывать леса под корень. Но это еще цветочки. Оказывается, обеим принцессам уже несколько тысяч лет, и многие полагают, что они были с момента сотворения мира… А я и не догадывался даже. С виду молоденькие такие, симпатичные. Может опять наврали?
А впрочем, это объясняет почему от этой долбанной Солерии мне так не по себе. Такая–то пенсионерка!
В общем, чтоСивира, что Лисси… Да что уж там, весь этот глупый народец привык считать, что всё происходит по воле двух правительниц, и признать, что задолго до их появления была еще какая–то цивилизация, да еще и более развитая — им было бы очень тяжело. Ведь это, как минимум, значит что принцесски знатно брешут.
 
Как бы меня не подмывало продемонстрировать свою эрудицию, рассказывать правду про луну и солнце, да объяснять простые законы физики — я промолчал. Потом, наедине поговорю с принцессой, посмотрю, что она мне расскажет интересного. Может даже денег за молчание подгонит? А я потом бац, и все равно расскажу. Ибо нехуй народ дурить, богиня хренова! Как бы меня только за такие откровения — на костре не сожгли…
Наши посиделки прервал Потапыч:
— Ребят, вас там Лисси зовет!
Бедолага выглядел порядком уставшим. Видимо пока мы тут чаевничали, эта чертова очкарита его во всю гоняла. Надо бы ему потом пару мыслей втолковать, а то так и будет всю жизнь на побегушках.
Поднявшись из–за стола, мы с младлеем направились в зал. В центре библиотеки появилась какая–то школьная доска с непонятными надписями и какими–то рисунками. И когда они её притараканить успели? Очкастая стояла возле доски, и с важным видом что–то на ней рисовала.
— Ой, я почти… Подождите чуточку… — не отрываясь от своего занятия, помахала она рукой и закусив язык от напряжения, принялась вновь выводить какую–то загогулину.
Остановившись прямо напротив доски, я все пытался понять что означает эта наскальная живопись. Кружочки какие–то… А это вроде квадрат? Шевроны еще зачем–то приклеила. А это что за кракозябра?
— И что, блять, всё это значит!? Что за дичь ты мне тут втираешь!? — сказал я, глядя на школьную доску.
— Кхм… Вообще–то, это примерное местоположение храма! А никакая, не… Кхм, ерунда! — неуверенно закончила библиотекарша.
— Какого еще храма!? Грехи перед Соляркой замаливать? А то мы, типа, в ересь впали!? Ну это уже без меня, мне устав не позволяет…
Я почувствовал, как чья–то нога надавила мне на ботинок. Глянув в сторону, я заметил осуждающий взгляд Сивиры. Скуксившаяся Лисси обиженно поджала уши. Блин, опять сорвался… Армейские привычки, хренли.
— Ладно извини, просто сразу не понял.
Ушастая смущенно кивнула и тут же расплылась в улыбке:
— Всё в порядке… — и тут же повернулась обратно к доске. — Итак, я внимательно прочитала дневник и ознакомилась с артефактами! И знаете что!? — с блеском в глазах она резко развернулась к нам.
Я быстро посмотрел на скучающего рядом Потапыча. Медвежонок развел лапами, как бы говоря: «да, она всегда такая».
— Не, не знаем. — обреченно ответил я за всех.
Очкарита победно задрала голову:
— А то, что на одной из ритуальных повязок, я опознала… Вы ни за что не угадаете… — хихикнула она.
Эту чертову мурзилку явно распирало от гордости. Нашла время покрасоваться, блин…
— Ну!? Рожай уже!
— Да как же вы не понимаете! — зазнайка обернулась к доске и ткнула пальцем в один из приколотых шевронов.
— Это же символ возрождения! — победно изрекла она.
Фиолетовая сделала паузу, ожидая от нас с младлеем хоть какой–то реакции.
— Госпожа, прошу вас — продолжайте. — смущенным тоном сказала Сивира.
Видимо она тоже нихрена не понимала. Ну и хорошо, а то я уже устал, что в дураках только я один хожу. Добро пожаловать в клуб, младлей!
Кошатина покачала головой и, чуть погодя, вновь заговорила:
— Ну это же языческий знак… Ну? Древние религии, до-Фелерийские времена!? Да вы вообще в школе учились!? — топнув ногой, вскрикнула выпендрежница.
Её аж распирало от негодования. Взглянув на покрасневшую от стыда Сивиру я тяжело вздохнул. Ладно, моя очередь отвечать:
— Учился, но не в кошачьих! Хочешь я тебе про расскажу как водку сигаретой закусывать?
Фиолетовая обреченно вздохнула, явно раздосадованная нашими знаниями и вернулась к объяснениям.
Короче, на одной из испорченных нашивок, очкастая как–то разглядела некий древний символ, который принадлежал какому–то старому языческому культу. И этот самый символ означал какое–то «возрождение из земли». Лично я, нихрена не понял, но по словам хвостатой, это означало что шеврон принадлежал какому–то подземному храму.