Не драконь меня, ведьма! (СИ)

До меня наконец-то дошло, что еще доставляет дискомфорт.
— Батюшки свет! Да я в чем мать родила. Даже белье не оставили! Ой, а его же и не было…
Организм напомнил, что он все еще хочет есть. Очень хочет. Живот свело от голода. Но это сейчас было не самой большой проблемой. Надо было что-то делать. Как-то выбираться.
— Э-э-эй, там есть кто-нибудь? Где вы мою пижаму дели, гады? — крикнула я и тут же зажала уши руками. Боль в голове напомнила о себе с новой силой.
Сверху вылили ведро воды или чего-то похуже. Ой, как мне не захотелось испытывать на себе этот неизвестный коктейль. Кое-как я увернулась от основного водопада, но не совсем спаслась от брызг и ноги испачкала.
— Святая вода не берет, можете выпускать, — услышала я голос сверху.
Гнев захлестнул мою больную голову. Вот бы им устроить святую воду и кузькину мать заодно не помешает! Я зажмурилась. Сейчас главное было, как обычно не отключиться, избегая проблемы. Больше всего хотелось вернуться домой. Не понимаю ни где я, ни зачем. И не знаю, что делать дальше. Почему-то просто плакать показалось уже не актуальным, захотелось не просто плакать – разрыдаться до всхлипов и кругов под глазами, только разве это поможет? До меня начало доходить, что сейчас сдаться — значит умереть. Домечталась…
Приключение, кажется, началось, а где сказка? Я о ней мечтала, а не о холодных колодцах…
Крышка открылась. Спустилась веревочная лестница. Я поколебалась пару секунд. Но все-таки не стала ждать дополнительного приглашения и полезла вверх.
Ну да, как я и думала, там меня ждал совсем не добрый таксист, который хочет отвезти домой, а двое с носилками один с топором. Хотя точно не топор. Алебарда. Но тут в принципе особого значения не имело, чем в меня тыкать: топором, мечом, алебардой… Все равно тушке моей замерзшей это бы не понравилось.
С перепугу у меня даже слезы высохли. Но дырявить меня, похоже, и не собирались. Девушка, да один объект из трех был женского пола, услужливо накинула мне на плечи плащ, в который я со скоростью мангуста намертво завернулась. «Чистый», отметила я про себя. Она же подтолкнула меня шагать вперед. Я не противилась, ибо смысла в этом явно никакого не было.
«Спасибо, бабуля, спасибо!», — думала я, благодаря родную за то, что с детства научила меня ходить босой.
Недолго мы шагали… Наверное, по местному городу. Деревянные строения чередовались с каменными особняками, вдали виднелся огромный замок, полное отсутствие какой либо дороги, кроме утоптанной земли с кучками конского навоза то там, то сям. Если моя интуиция еще не совсем загнулась от стрессов, то попала я в какое-то дикое средневековье.
Мы прошли несколько условных улиц, и наконец-то остановились у небольшого сруба. Вероятно, пришли. У этого домика дымилась труба, пахло березовыми вениками и теплом.
«Ура, банька!», — возликовало тело.
Двое сопровождающих мужчин остались снаружи, а девушка вошла в баню, потащив меня за собой. Я не сопротивлялась, когда она стащила с меня плащ, когда усадила на деревянную скамью, и тем более, когда начала поливать меня теплой водой.
— Кто вы? – тихо спросила я.
Она не ответила, лишь поднеся палец к губам чш-икнула. Я больше не стала задавать вопросов.
Минут за пятнадцать меня отмыли. Я даже не пыталась отмахнуться. Вот оно блаженство. После грязной ямы оказаться в тепле, чистой и завернутой в полотенце.
Странные дела, то в яму, то в баньку… Прям интересно, что дальше-то будет?!
Девушка оставила меня сидеть на скамейке и вышла. Вошел дедок в рясе. Плеснул на раскаленные камни из ковшика, пошел пар. Что?! Он был с едким запахом марихуаны… Марихуаны, мать её так?! Нет, я не курила такого никогда. Но в подъезде периодически попахивало, и многоопытный сосед Витька объяснил мне, что это за аромат и куда от него улетают. Хотя от обычной сигаретки я бы и так не отказалась.
Бррр. Нет, надо думать, как отсюда выбираться. Никто не спасет, не принцесса же!
Расслабленное тело наотрез отказалось двигаться. Дед вышел. Я невольно стала ожидать розовых единорогов или группу стриптизеров в кожаных семейках… Зашло двое. Я безмолвно наблюдала, как меня одели в длинную белую рубаху, как вынесли из теплой и уютной баньки. Видать не взяла меня травка… Или еще не вечер?!
 
— Все в порядке, магистр! – услышала я старческий дребезжащий голос, – испытуемая, проверенная в условиях повышенной температуры листьями благословенной осины, а так же усиленной молитвой святой водой. Результат отрицательный, ей не было больно. А вот пары конопляного дурмана подействовали на ведьму как кружка доброго вина – она поплыла.
— Замечательно, — отозвался приятный голос, явно принадлежащий не старику, но мужчине в возрасте, – в этот раз должно все получиться!
— Да поможет нам святой Мика! – отозвался старик.
Магистр захохотал.
— Хорошо, что вы ее заодно и помыли! А то несчастные замарашки почему-то вызывают у здешнего быдла жалость.
— Не волнуйтесь, мы послали на пирс достаточно стражи!..
Пирс? Значит я где-то у моря?!
Тут сознание окончательно помутилось и дезертировало. Позорище! Совсем силы воли нет у меня что ли?
***
Я открыла глаза. Где-то в вышине надрывно плакала, кричала чайка. Пахло солью, рыбой и гнилыми водорослями. Хочется пить, лучше всего горячего кофе...
Мой затуманенный взгляд различил у самой воды, подъемный механизм с креслом на цепи. Адский стульчик пока стоял на берегу, но что-то мне подсказывало, что скоро его будут макать в воду. Причем совсем не исключено, что со мной в роли наживки для акул. Нет, я не была уверена, что тут есть акулы, но что будет неприятно, я могла поручиться.
— Батюшки-святые! – попыталась я пошевелить непослушными губами.
Меня подвели, на удивление аккуратно и бережно привязали к этому орудию пыток и начали медленно поднимать.
Организм решил, что стресс слишком велик и радостно отключился. Но, судя по всему совсем ненадолго, потому что очнулась я от вполне ощутимых пощечин.
Эх, а счастье было так близко.
Какой-то очередной дед в рясе, мягко, почти по отечески, начал допрос:
— Деточка, отвечай, совершала ли ты неугодные Богу деяния? Проклинала? Убивала? Привораживала?
— Какие деяния? – взвыла я. Наркота начала отпускать,— какому Богу, мать вашу?! Что я тут вообще делаю? На кой… – хотелось сказать «черт», но почему-то я решила, что не стоит,— праздник вы меня сюда притащили?
Со стороны собравшейся толпы горожан послышались шепотки.
— Кажись, она нашу Мать Богиню чтит?
— Точно, Мать вспомнила!
— Ну и козлы эти в рясах, такую девку справную на корм крабам отправляют!
— Я б с такой …
— Святого Круга на вас нет, охальники! Девке смерть пришла, а они все о блуде!
— Дядь, а можно я в них камнем кину? Жалко девку!
Между тем дедок в некрасивом платье продолжал:
— Отвечай, дитя, ведьмовала?— голос деда стал более жестким, колючим, словно неуловимая, невидимая волна коснулась моего сознания, и я уже не могла врать.
— Да как вы смеете? Я свободный человек! У меня есть права! – не сдавалась я. Лгать нет, а вот увиливать от ответа, это — пожалуйста!
— Ведьмовала? Отвечай! – на этот раз он не спрашивал. Он приказывал. Ноги мои коснулись воды. Ужас-то какой. Не хочу я быть утопленной! Да и вода безумно холодная…
— Нет, не умею! – закричала я в панике.
— С бесами общалась? – неуемный дед решил продолжить допрос, — сделки заключала?
Ну пытались как-то компанией призвать какого-нибудь на разговор, так не пришел же… Но вот тут-то до меня окончательно дошло, что соврать не получится, а говорить правду не стоит. Надо что-то придумать, причем срочно! Ноги уже по колено утонули. Попа тоже прочувствовала на себе температуру воды. Ну, призвать-то по глупости пробовала... Так ничего же не вышло!