Тайное чудо для магната. Вернуть любовь (СИ)

Предпочтения специальных блюд, которых нет у нас в меню. Приходится связываться с поставщиками. Заказывать продукты, напитки.
А Рогожин как сквозь землю провалился!
Или он все еще проверяет мою профпригодность, отслеживая меня по камерам?
Скорее всего, именно так!
И я стараюсь.
Черт!
Сама не понимаю, почему и что на меня вдруг нашло.
Совсем недавно я и не думала больше задерживаться в этом отеле. А теперь мне прямо кровь из носу хочется доказать ему, что я способна. Способна со всем справляться не хуже этой его идеальной Вики!
И даже не потому, что во мне играет ревность. Хоть она есть, и я наконец-то в этом признаюсь хотя бы сама себе. Нет.
Мне…
Черт! Просто хочется ему доказать. Что он ошибся. Что я занимаю свою должность по праву, и вообще я молодец!
Сколько я провела бессонных ночей, когда Марточка была совсем крошечной. Болела… Не отходила от ее кроватки!
Да. Это мое счастье, что я была не одна. Со мной была Маришка, Ирочка Олеговна, Василий. Вообще весь наш дружный коллектив!
Но ведь и тогда я не опускала рук!
Доучивалась, работала. Делала, что могла в детском доме.
И я справилась. Я заслужила!
Пусть заработала и не так много, и, конечно, до уровня тех роскошных моделей, с которыми Фил проводит свое время с тех пор, как выкупил каким-то чудом «Респект», самое знаменитое и крутое модельное агентство, мне далеко! Как до неба!
Конечно.
У меня ведь намного больше забот, чем ходить в салоны красоты и выбирать платья. Делать маникюры и массажи для лица.
Но я выстояла. Я справилась. Даже тогда, когда руки сами опускались, и мне казалось, что я больше не выдержу. Не смогу.
Особенно, когда отчаянная боль из-за разбитого сердца разъедала меня, как кислота. Изнутри.
Я справилась. И заслужила свою должность!
И я хочу, чтобы Рогожин это понял! Чтобы признал! Перестал думать, будто я ни на что не способна, а здесь держалась только из-за какого-то романа с прежним владельцем!
Хотя… Надо признать. Что в появлении Фила все же есть плюс. Противный жирный боров хотя бы от меня отстал!
Но мне так хочется! Так хочется, чтобы он понял. Понял, что зря поступил тогда так со мной! Чтобы в его глазах мелькнуло восхищение. Признание! Хочется до слез!
Которые я и смахиваю в этот день постоянно с глаз.
Совсем расклеилась. Воспоминания нахлынули, накрыв меня с головой.
Особенно после того, как Рогожин показал себя не совсем негодяем. Поступил, как рыцарь. Вышвырнул этого мерзавца, который ко мне приставал. Даже ценой репутации отеля!
И даже ни одного вопроса мне не задал! Не обвинил ни в чем!
И вот тогда что-то во мне будто рухнуло. Сломалось. Наверное, тот лед, который ограждал меня все эти годы от настоящих чувств! Потому что я просто запрещала себе им поддаваться! Спасибо! Одного раза с Филом мне хватило раз и навсегда!
Но теперь…
Эти чувства пробились с новой силой.
А еще мне вспомнилось, как хорошо с ним было. Надежно. Уверенно. Я знала, что Фил меня оградит от всего. Защитит, закроет собой от любой опасности!
Каким же он был нежным. Страстным. Любящим.
Как я была с ним счастлива!
Нет.
Я понимаю. Конечно, обратной дороги нет.
Но мне хочется. Нет. Мне просто крайне, жизненно важно, чтобы Фил понял, какую совершил ошибку!
И тогда…
Тогда я, возможно, смогу начать нормальные, настоящие отношения с кем-нибудь другим…
Разбираю счета. Документы.
Черт. У нас в бухгалтерии и правда бардак.
А все потому, что прежний хозяин вел дела спустя рукава. И экономил на нормальных специалистах. Хотя вполне мог их себе позволить.
Пытаюсь еще одновременно просмотреть варианты дизайнерских решений.
Кого-то обзваниваю, делаю заказы проектов.
Совсем не замечаю, как проносится время.
Падаю на кровать, когда уже чувствую просто смертельную усталость. Ноги отваливаются. Голова перестает соображать.
Бросаю взгляд на часы, и только ахаю.
Не может быть!
Уже девять вечера!
А Марточке я так и не позвонила даже! Не говоря уже о том, чтобы приехать к ней сегодня пораньше!
 
День отца для моей малышки всегда болезненный. Как никогда, в эти дни она тоскует по папе, которого у нее никогда не было!
Наверное, нужно все же присмотреться поближе к Василию. И попытаться как-то сблизить их с малышкой.
Ей ведь так хочется, чтобы у нее был отец. И Василий готов взять на себя эту ответственность. Он так искренне относится к моей малышке! И ообще очень любит детей, а это такая редкость для мужчины!
Все. Хватит на сегодня работы!
Все равно я толком ничего не сделаю, даже если буду работать всю ночь. Тут как минимум на неделю. И рабство, между прочим, давно отменили. Нужно будет об этом сообщить Рогожину, а то он, похоже, не в курсе.
Быстро собираюсь. Вызываю такси.
Несусь, как угорелая, на всех парах в детский дом.
Прошу водителя гнать быстрее. Надеюсь, моя малышка не сидит где-нибудь в углу, глотая слезы!
Даже сердце разрывается, потому что так и вижу перед глазами эту картину!
— Ирочка Олеговна!
Влетаю в дверь, на ходу расстегивая дубленку.
— Как Марточка? Я совсем заработалась сегодня! Не плачет?
— Оля…
Ира Олеговна как-то странно на меня смотрит. Переминается с ноги на ногу. Опускает глаза.
— Что? Что случилось?
Меня накрывает паника.
А вдруг малышка заболела? Или, не дай Бог, полезла на чердак и сломала себе что-то?
Она у меня такая. Милая, послушная. Но может быть такой непоседой, когда все отвернутся!
— Оля. Ты не волнуйся только.
Она берет меня за руку, и мне становится совсем плохо.
Обычно такое говорят именно тогда, когда больше всего и надо волноваться!
— Что с ней?
Кажется, у меня пропадает голос.
— Ее забрали.
— Кто? Как забрали? Да что происходит?
— Рогожин. Ну, помнишь, этот меценат, который нашему дому помогает. Приехал. Забрал малышку, как узнал про день отца. Пойми. Ну, как я ему могла отказать? Тем более, Марточка сама с ним поехать захотела. У нее прям так глазки разгорелись. Она просто счастлива была! Даже про котенка своего забыла, которого от меня в своей комнате прячет!
— Ох….
А вот теперь меня нужно держать.
Потому что я медленно оседаю прямо на пол. А перед глазами становится темно.
Беда пришла, откуда и не ждали!
— Оля! Оля! Ну, ты что?
Ира Олеговна хлопает меня по щекам.
Успевает подхватит под локоть, пока я окончательно не упала прямо на пол.
— Он же не бандит какой-нибудь. Уважаемый, приличный человек! И ты бы видела, как у Марточки глазки разгорелись, как только она его увидела! Малышка прямо захлебнулась восторгом! Сама к нему бросилась! И про папин день рассказала. Правда, я даже поражаюсь, как он ее слова разобрал. Малышка так сбивчиво и восторженно лепетала!
— Ира Олеговна.
Дергаю узел шарфа, который вдруг резко начал меня душить.
Перед глазами все еще темно. Все как в дурмане.
— Ну как вы могли? Я же на вас полагалась! А вы… Ведь он… Он…
Захлебываюсь. Горло сдавливает до боли.
— Оля. Марта мне как родная. И ты. Ты ведь наша, своя! Я тебя вырастила. Да мы с Василием и Маришкой роды у тебя принимали, или забыла? Марточка мне, считай, как внучка! Я никогда бы не отдала ее в чужие, да еще и плохие руки! Но это же Рогожин! И я знаю, что теперь ты на него работаешь! Ну, что случится? Поведет он нашу малышку в детское кафе. Взбитых сливок и шоколада поесть. Она так хотела! Я не могла малышке отказать. Мне кажется, что он для нее еще важнее, чем котенок! Ты бы глазки ее видела…
— И все равно. Как вы могли!
— Думаю, что он и сам этого не планировал. Просто заехал. Узнать, что еще нашему приюту нужно. А Марточка как его увидела. Сразу к нему и рванулась. Он просто не смог ей отказать… Хотя…
— Что? Что «хотя»?
Хватаюсь пальцами за косяк двери. Так сильно, что пальцы немеют.