Тайное чудо для магната. Вернуть любовь (СИ)

Черт! Надо было взять с собой котенка. Может, тогда бы Марточка и повеселее была!
— И большой! Мааааам! Ну он же обещал плиехать! Он знаешь, что мне сказал? Что я самая-самая! И что он хотел бы стать моим папой! А вдлуг он прррриедет, а меня нет? Тогда он больше не пррриедет!
Ох….
Ее отчаянные глазки разрывают мне сердце.
— Ладно, малыш, — видно, делать нечего. — Возвращаемся домой.
Но даже родные стены и котенок Марточке не дают забыть большого Фила. Она так и сидит у подоконника с Филом маленьким, и, поглаживая мурчащую от удовольствия животинку, рассказывает ему о том, какой хороший и замечательный большой Фил. И как он скоро обязательно приедет!
— Прости, Вась.
Мне перед Василием безумно неловко.
Он так давно звал нас в эту поездку! Так засиял, когда мы наконец решились.
А теперь мрачнее тучи.
— Ей просто нужно…
— Время, Оль? Сколько еще нужно этого времени? Мне кажется, дело не в Марточке. Но и в тебе. И даже не пойму, в ком из вас больше. Боюсь, тут уже никакое время не поможет.
Я только вздыхаю, опуская голову.
Мне безумно жаль поступать так с Василием. И жаль того, что он сейчас уйдет. Навсегда.
Такой хороший и надежный. Но…
Увы. Он просто не наш. Не наш с Марточкой.
— Прости.
— Я пойду, — кивает и теперь я даже не подставляю щеку для привычного просто дружеского поцелуя.
Сама понимаю. Он не в моем сердце. Там другой. Как и в сердце Марточки!
Но как же жаль…
 Глава 25 
 
.
— Оля. Ты вернулась.
Я натыкаюсь на Фила, когда с самого утра следующего дня прохожу по коридору мимо его номера.
Он прислоняется к дверному косяку.
Смотрит на меня, так… Как будто мы оба на миг вернулись в прошлое! И даже с каким-то облегчением?
— Почему я не должна была вернуться? Я брала только один выходной, — выдыхаю, не отрывая взгляда от его глаз.
И что-то мне подсказывает, что наш разговор взглядами сейчас происходит на совершенно другом уровне! И совсем не о том, что говорят слова…
— Ну… Мне почему-то показалось… Кажется, ты не хотела оставаться здесь. Я готов тебя отпустить, Оля.
Его «ты» и «Оля» проносится мимо ушей.
Или, вернее, достигает самого сердца.
Неужели Фил решил перестать притворяться, что мы чужие и он меня не узнал?
Даже делаю шаг вперед. Дыхание замирает.
Как будто… Как будто я жду, что он…
Не знаю. Сделает или скажет что-то… Самое важное…
— А мне казалось, что это вы, Филипп Станиславович, решили покинуть этот город. И отель, — отвечаю хриплым голосом.
— Я?
Густая бровь летит вверх.
— Впрочем… Да, была такая мысль, Ольга Николаевна. Так что с вашим решением. Вы остаетесь?
— Да.
Выдыхаю, чувствуя, как подгибаются ноги.
Все еще кажется, что речь идет на самом деле совсем о другом.
— В таком случае, я тоже остаюсь. Попробую дать нам с вами и этому отелю еще один шанс. Кажется, в первый раз вышло не очень.
Он окидывает меня нечитаемым взглядом. Странным. Но понять не могу.
Фил изменился за эти годы. И я разучилась его понимать с полувзгляда.
— Оля. Все хорошо?
Фил поддается вперед. Смотрит на меня цепким взглядом.
Как будто еще миг, и поцелует.
Даже в горле пересыхает. И губы…
— Да.
Отвечаю, как завороженная. Тону в его глазах…
Особенно, когда вижу в его лице неподдельное, настоящее внимание. И эта хрипотца в его голосе… Она мне так знакома! Вся кожа вспыхивает мурашками!
— Хорошо, — Фил снова возвращается на место.
— В таком случае, нам с вами предстоит много работы. Я немного освежил обстановку, сами все увидите. Через несколько дней я планирую устроить презентацию в отеле. Большой прием. Соберутся сливки столичного общества. Самые известные журналисты. Покажем им, как мы можем поднять на самый высокий уровень этот отель?
Фил улыбается знакомой мне азартной усмешкой. Именно с ней он принимал всегда самые сложные вызовы в бизнесе. И его глаза уже горят знакомым мне азартом.
Как раньше…
И я улыбаюсь в ответ.
— Покажем!
Киваю, поднимая большой палец вверх.
 
— Тогда готовьтесь, Ольга Николаевна. Работы предстоит нам с вами очень много. Тем более, что Виктория нас покинула. Так что… Теперь вы моя правая рука!
 Глава 26 
 
Работы предстоит и правда много. Я даже и наполовину не представляла себе, сколько!
Фил к презентации отеля подошел в привычным ему размахом.
Приходится нам каждому работать в семь, а то и даже в десять рук.
Но и ему надо отдать должное. Фил и спрашивает строго, но и работает за десятерых!
— Ну зачем вы? Сами?
Петрович, наш сантехник, в шоке округляет глаза, когда Фил просто сбрасывает свой дорогущий пиджак и отправляется вместе с ним прочищать центральную трубу.
— Некому больше. А ты сам не справишься, — как ни в чем не бывало, пожимает плечами Фил. — Или тут все думают, что новый хозяин у вас криворукий? Только в кабинете над бумагами сидеть умеет? Разочарую. Я считаю, если хочешь чем-то управлять. Надо весь путь с самого низа пройти. Пока сам этого хлеба не поешь и не научишься, руководить рано!
Петрович даже присвистывает, что у него означает крайнюю степень восхищения.
И все же качает головой. Подозрительно прищуривается. Явно все ждет то ли какого-то подвоха, то ли катастрофы, которая обязательно будет после того, как золотые пальцы миллиардера полезут на его территорию.
Но у Фила и правда руки золотые. В самом хорошем смысле этого слова.
Поэтому, закончив, Петрович снова присвистывает.
А после восторженно жмет руку новому руководству.
— Удивили, Станиславович. Вот так удивил. А? Сколько лет живу, а впервые вижу, чтобы само начальство…
— С меня премия, Петрович. За срочность, — Фил пожимает ему руку в ответ. — Только до утра все проверить нужно.
— Сделаем, Филипп Станиславович, — глаза Петровича, который в жизни не соглашался остаться сверх положенного времени, восторженно горят. — Для вас все сделаем в лучшем виде!
Все мечутся. А сам Фил успевает повсюду. И, надо признать, успевает очаровать каждого!
Хотя, чему я удивляюсь? Это же Фил!
Он самый лучший. И никогда в нем не было пресловутой и ненавистной всем миллиардерской надменности!
Потому я и полюбила его. А как такого не полюбить?
Он идеальный. И только со мной почему-то… Поступил вот так…
— Ольга Николаевна? Вам домой не пора?
Вздрагиваю, когда дверь в мой небольшой кабинет приоткрывается.
Да. Это свершилось. Фил даже выделил мне кабинет. А я даже успела его обжить. Вот так. За один день! И теперь весь стол завален бумагами. Пометками и записями того, что мы уже успели и что еще только предстоит сделать.
Отрываюсь от монитора, потирая переносицу.
Глаза пекут от долгого сидения за компьютером.
— Прошу прошения, если напугал. Но я стучался.
— Да-да, — рассеянно киваю.
Скорее всего, он действительно постучал в дверь. Просто я слишком погрузилась в эту сумасшедшую подготовку.
И снова меня на миг переносит в прошлое.
Фил…
Сейчас такой теплый. Такой настоящий. Без всяких заноз в голосе. Не поддергивает меня. Не смотрит свысока…
Такой… Родной. Я как будто перенеслась в те счастливые, прежние времена.
— Поздно уже.
Шумно выдыхаю сквозь зубы, когда он приближается к столу. Ставит прямо передо мной поднос с чашкой ароматного кофе.
Ну точно. Все, как раньше. Только тогда я сидела в приемной.
Всегда дожидалась Фила. А он, даже если его очередная встреча очень затягивалась, всегда возвращался. Неизменно с чашечкой кофе. Я его могу пить даже глубокой ночью. Или с каким-нибудь деликатесом. Или с десертом…
Даже вздрагиваю.
Он сейчас… Точно такой, как тогда.
И в глазах, как в те дни, плещется забота…