Русская партия. 1944-1945 (СИ)
Кое-что шло из балканских стран, из Италии, однако все это были мелочи, не способные принципиально повлиять на общую картину. Ну а большая часть торгового оборота Германии в эти годы вынужденно было ориентировано на Советский Союз. Тому было ровно три причины: у СССР были нужные немцам товары, коммунисты согласны были брать оплату бартером и последнее — по счету, но не по важности — у двух стран была общая сухопутная граница, что делало логистику… возможной. Достаточно только сказать, что если до 1939 года торговый оборот между двумя странами практически отсутствовал, в 1940 году он составил около 1 млрд. марок, а в 1941 и 1942 вырос до 1.8 и 2.4 млрд. марок соответственно. В 1943 году Германия стала регулярно задерживать возвратные поставки, и оборот резко снизился, особенно во втором полугодии, а к началу 1944 года, торговля между СССР и Германией опять практически полностью прекратилась, ограничиваясь только самыми принципиально важными для сторон позициями.
Из СССР в Германию шло продовольствие и корма для скота, железный лом и руда, свинец, платина, марганцевая и хромовые концентраты, древесина, хлопок и куча других товаров. Кроме того СССР оказывал логистические услуги по перевозке товаров из Ирана, из Китая и Японии по своим внутренним железным дорогам.
В обратную сторону шли высокотехнологичные станки, оборудование, оптические приборы, был куплен крейсер "Лютцов". Потоком шли образцы самой передовой немецкой техники — самолеты, танки, а также двигатели для них, образцы радиолокаторов и прочее.
На основе немецкого оборудования в эти предвоенные годы в СССР строились целые отрасли промышленности. Так, например именно в 1941–1943 годах Советский Союз сделал решительный рывок в производстве нитропорохов, которые нужны были для насыщения армии реактивными минометами и артиллерией большой мощности. Дело было в том, что исторически сначала в Российской Империи, а потом и в СССР производился бездымный порох на основе пироколлодия, который был жутко гигроскопичен, и нуждался при изготовлении в особых условиях сушки. Соответственно если при изготовлении боеприпасов малого калибра это было не столь критично, то вот для артиллерии особой мощности это делало применение таких порохов крайне время- и трудозатратным.
Да и вообще оценить вклад немецких поставок в эти годы в развитие советской химической промышленности просто невозможно. До первой мировой войны Германия была практически мировым монополистом в этой области и лишь поражение в Первой мировой войне сбросило ее с пьедестала. Хоть рынки Германия потеряла, но компетенции-то остались и теперь именно химические технологии стали одной из основных валют, за которые СССР согласен был поставлять на запад свои природные ресурсы.
Только благодаря немецким поставкам в кратчайшее время удалось построить за Уралом целый промышленный район, со своей добычей руды, угля, кустом металлургических и машиностроительных предприятий, производством военной и гражданской техники. Были закуплены кое-какие станки, которые промышленность СССР производить просто не могла. Например, карусельные большого диаметра, которые нужны были, чтобы растачивать корпус танка под установку башен с большим погоном. Понятное дело, что в любом ином случае немцы бы ни за что не стали снабжать соседа и потенциального противника таким оборудованием и техникой, вот только никакого иного выхода они найти не смогли. Это был тот самый случай, когда из двух плохих решений приходилось выбирать лучшее.
После того, как к концу 1943 года в Германии физически закончились средства на закупку зарубежном всего необходимого для продолжения боевых действий, ничего другого Гитлеру кроме как пойти и взять их с помощью военной силы, не оставалось. По сути, повторялась ситуация 1940 года — тогда экономике Германии тоже грозило банкротство — но ограбление Бельгии, Голландии, Дании и Норвегии позволило отсрочить крах до 1942 года. А после того как немцы за полтора года переварили богатства Франции, деньги кончились вновь.
Отдельно нужно рассказать о том, как немцы крайне неудачно и недальновидно распорядились доставшимися им в захваченной Франции производственными и трудовыми ресурсами. В отличии от Чехии, которая в течение всей войны работала на оккупантов без единого сбоя; от Австрии, которая вообще была «любимой женой» Гитлера и была задействована в экономике Третьего рейха на полную катушку; от Бельгии и Нидерландов, чьи заводы так же использовались и выпускали продукцию как военного так и гражданского производства; во Франции все получилось диаметрально противоположным образом.
Большая часть оборудования с заводов, которые не были уничтожены или вывезены французами при отступлении, немцы просто погрузили в вагоны и отправили в Рейх. При этом лишней рабочей силы в метрополии для работы на этих станках взять было естественно не откуда. Как итог большая часть вполне рабочих станков бесполезно ржавела на складах, а во Франции постепенно реальные очертания приобретал призрак надвигающегося голода. Что вновь толкало людей примыкать к сопротивлению, что тянуло за собой новый виток репрессий и так далее. В целом Франция в 1943–1945 годах представляла собой весьма унылое место, и черную дыру в производственном плане. Уже в середине 1944 года немцы осознали свою ошибку и начали частично восстанавливать производства на месте, а частично вывозить рабочих на заводы в Рейх. К этому же их подталкивали и растущие потери на фронте, однако об этом будет рассказано дальше.
Кстати о потерях. За пять лет войны, начиная с 1939 года, Германия потеряла убитыми, пленными и комиссованными из армии по здоровью больше трех миллионов человек. Это тоже не могло не сказаться на экономическом положении страны, притом, что в начале 1944 года численность всех вооруженных сил Третьего рейха достигла 10 миллионов человек, при общем населении в 110–120 миллионов человек в зависимости от методологии подсчетов.
Но вернемся к экономике. С практической точки зрения постоянная нехватка ресурсов, тех же цветных металлов в Германии, привела к резкому ухудшению, например, танковой брони. Просто не хватало хрома и молибдена, чтобы соблюсти технологию. Новые немецкие тигры и пантеры при увеличенной толщине брони реального улучшения защищенности экипажа практически не давали. Броня при попадании снаряда стала трескаться и крошиться с внутренней стороны, калеча танкистов вторичными осколками. И таких примеров было масса в каждой из сфер хозяйства. Немцы оказались в настоящем цугцванге: любой их ход, так или иначе, ухудшал положение. В 1918 году в такой же ситуации они предпочли сдаться и получили Версаль. В 1944 году сдаваться немцы были не готовы.
З.Ы. Глава как-то сама написалась, обещать частую выкладку этой серии пока не буду.
З.З.Ы. Специально для читателя "AlexE", который просил написать за экономику Германии и обещал как-то помочь с читаемостью этой серии))
Глава 2
Новый 1944 году не принес миру долгожданного успокоения. По всей планете продолжала бушевать война, перемалывая огромные ресурсы и миллионы человеческих жизней. Разве что Южной Америке было относительно спокойно. Насколько на этом континенте, знаменитом своими постоянными революциями и гражданскими войнами вообще хоть когда-то бывает спокойно.
В оккупированной Третьим Рейхом Европе продолжались репрессии против мирного населения. Десятками тысяч вывозились молодые парни и девушки на принудительную работу в метрополию, и хоть подавалось все это под соусом труда на общее благо, не нужно было быть гением, чтобы понять подоплеку происходящих событий. Германия, лишившаяся огромного количества рабочих рук, остро нуждалась в дешёвой рабочей силе. Ну как дешевой? Бесплатной, по сути.
Причем процесс этот с каждым месяцем только набирал обороты: если за три года с 1940 по 1942 с территории Франции было вывезено около 1.5 миллиона человек, то только за 1943 года эта цифра составила больше 1 миллиона.