Враг с планеты Земля (СИ)

Первый желающий возвратиться из Княжества в мир-без-времени появился как раз в период затишья в космосе. Крупный торговец из юго-восточной провинции прибыл в баронство в сопровождении десятка охранников и сообщил, что хотел бы воспользоваться порталом «в прошлое». Но перед этим ему, вынь да положь, требовалось переговорить лично с бароном.
Паорэ передала мне его просьбу по гиперсвязи. Я возражать не стал. Хочет, значит, встретимся. Тем более мне самому было любопытно, какие конкретно причины побудили вполне обеспеченного и имеющего положение в обществе господина Ломантия оставить привычную жизнь и сбежать в неизвестность.
— Видите ли, милорд, — сказал мне при встрече торговец, — я просто устал стареть, а там, откуда мы когда-то ушли, время застыло на месте. Кто-то, наверное, скажет, что это скучно, а я после стольких лет жизни так мечтаю о скуке. Сегодня мне нужен покой. Просто покой, изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год, пока это снова не надоест…
Хоть я его в этой мечте не поддерживал, но, в общем и целом, понял. Каждый, в конце концов, сам выбирает свой путь, и кто я такой, чтобы мешать ему в этом выборе? Тем более что за переход в «новую старую» жизнь господин Ломантий заплатил нам бочонком, доверху набитым золотыми рехинами… Хороший источник дохода, если подумать. Именно поэтому, кстати, мы и не рекламировали переход в мир-без-времени среди обычных людей, а только среди богатых и знатных, и то не впрямую, а через доверенных лиц, практически по «сарафанному» радио.
Когда торговец с юго-востока исчез в портале, я тихо поинтересовался у стоящей рядом Паорэ:
— А что, как ты думаешь, мы будем делать, когда сюда двинутся архистратиги, бароны, наместники?
— Полагаешь, они устали от власти? — удивилась Паорэ.
— От власти, может быть, нет, но от старости… — кивнул я на затянувшуюся плёнку прохода, намекая на сказанное Ломантием.
Баронесса молчала почти минуту, но всё же ответила:
— Да. Старость — это серьёзно. Но, как по мне, уставать от неё — то же, что и от жизни…
На Тарс я вернулся вечером и перед тем, как заснуть, долго думал над словами Паорэ.
А утром по экстренному каналу на меня вышел Гас:
— У нас ЧП. Только что похитили Риду и пытались убить миледи…
  
Глава 18
 
На Флору я прибыл всего через пять минут после полученного сообщения, обратным ходом, через портал. Тратить драгоценное время на «легальные» перелёты было сейчас сродни преступлению.
Дежурящий возле портала боец встретил меня выпученными глазами, но, надо отдать ему должное, с удивлением справился быстро и доложился по форме:
— Здравия желаю, милорд! Охотник второго призыва Талкус.
— Селенц и миледи в поместье?
— Так точно, милорд.
— Проводи…
Кроме баронессы в её кабинете находились Нуна, Сапхат, Гас и Борсий. Сама Пао стояла у дальней стены и прижимала к себе малыша Фавия. Напротив стола лежал труп. Ничком. Из-под него по паркету растеклась кровавая лужа.
— Дир! Ты пришёл… — выдохнула Паорэ, делая шаг навстречу и начиная оседать на пол.
Подхватить я её не успел. Вместо меня это сделали Борс и Сапхат, а Нуна аккуратно забрала из её рук Фавия.
— Что с тобой? Что?! — наклонился к усаженной в кресло женщине.
— Риду… украли… — прошептала Паорэ и потеряла сознание.
— Милорд, разрешите мне? — бесцеремонно отодвинул меня в сторону доктор.
Только сейчас я наконец заметил кровь на плече баронессы.
— Как это было? Кто-нибудь объяснит?
Вперёд выступил Гас.
— Вот этот, — кивнул он на труп, — попытался убить миледи из карамультука. Здесь была Нуна. Она успела выстрелить раньше. Диверсант тоже выстрелил, но промахнулся. Миледи задело дробью. Надеюсь, несильно.
— Жизненно важные органы не задеты, — буркнул Сапхат. — Но госпожа баронесса никак не давала себя осмотреть. Видимо, шок. Боялась за сына, говорила, что с ней всё в порядке. И, как результат, обморок…
Я слушал Сапхата и чувствовал, что нахожусь в каком-то театре абсурда. В баронстве случилось немыслимое, но все, включая меня, абсолютно спокойны, как будто давно уже ждали чего-то подобного, а когда оно произошло, начали действовать по заранее отработанному алгоритму.
 
В замок проник диверсант — диверсант уничтожен.
Баронесса ранена, но, слава богу, легко (я это видел через барьер), ей оказывают помощь, её жизни ничего не угрожает.
Похитили наследницу — по следам похитителей уже отправили четыре тройки разведчиков.
Убили одну из нянек Риды — периметр перекрыт, на стенах выставлены наблюдатели, всех находящихся в замке проверяют на причастность…
— Чем ты его? — спросил я у Нуны, взглянув на труп.
Женщина молча показала трофейный «Глок».
Я так же молча кивнул. Выдать ей пистолет оказалось решением правильным. Отпора от неё убийца не ожидал. Кстати, об убийце…
— Кто это, уже выяснили?
— Да, — наклонил голову «третий». — Прибыл сюда с продовольственным обозом. Арку́ш его опознал. Дарва́з из Державки. Ни в чём предосудительном никогда раньше не замечался. Обычный крестьянин, как все.
— А сам Аркуш?
— Он и привёл тот обоз. И тоже теперь под подозрением.
Тело диверсанта перевернули.
— Ничего любопытного не находишь? — взглянул я на Гаса.
— Двуликий, — пробормотал напарник секунд через десять.
Определение исключительно точное.
Действительно, при взгляде на труп, могло показаться, что у него два лица, если смотреть с разных ракурсов. Похоже на своего рода развитие предыдущих вражин, которых мы называли «безликими». У тех лица словно вообще отсутствовали, а вместо них на головы были натянуты маски, одинаковые и безжизненные.
— Я, кажется, видел такого же в обозе дядьки Аркуша, — вспомнил внезапно Борсий.
— Уверен?
— Уверен, милорд.
— Пошли, покажешь. Только осторожно, чтоб не спугнуть…
В кабинете вместе с потерявшей сознание Пао и Фавием остались Сапхат и Нуна. Я, Борсий и Гас, держа наготове оружие, направились во двор замка, туда, где стояли телеги с провизией.
Прибывшие в поместье обозники сидели рядком на корточках возле внешней стены. Время от времени кого-то из них поднимали и уводили в караулку, а затем возвращали, только уже к другой стене.
Нормальный процесс дознания и проверки.
Допросы, насколько я понял, вели Калер и Таг. Так, по крайней мере, мне объяснил Гас.
Когда мы обошли оба ряда подозреваемых, Борсий покачал головой:
— Нет, милорд. Этого кадра здесь нет.
В допросной подозрительный тип тоже не обнаружился. Но Калер, выслушав примерное описание подозреваемого, тоже припомнил, что вроде бы да, он видел такого.
— Надо у дядьки Аркуша спросить. Он точно знать должен.
Старосту Склинки, пока шло расследование, посадили под замок в караульной. На всякий пожарный и чтобы проникся: раз диверсант и, вероятней всего, похитители Риды прибыли в замок с его обозом, ему за них и ответ держать.
Сам Аркуш такой подход, по всей видимости, понимал и строить из себя обиженного не пытался. На прямой вопрос «Был ли в его обозе такой?» ответил настолько же прямо:
— Был, милорд. Как есть, был. Лупа́к из Державки.
— Из Державки? Так же как и Дарва́з?
— Да, милорд. Токмо за Дарваза я ничего сказать не могу, не знаю, куда он делся, а вот Лупак и где-то, ить, половина державских, уехали, стало быть, первыми. Они живут дальше наших и лу́тошских, поэтому первыми и разгружались, а вся сумятица тут уже опосля началась.
— Когда, говоришь, они убыли?
— Ну… минуток за двадцать, как кто-то на миледи напал…
Благодаря новым вводным, ход расследования резко ускорился, картина преступления прояснилась, круг подозреваемых сузился до четырёх человек.
Как оказалось, сегодня к поместью прибыло около полусотни телег из четырёх сёл и нескольких больших хуторов. День сбора натуральных налогов за четыре последних месяца — привычное дело для любого баронства, можно сказать, рутина. Десять телег и два десятка сопровождающих прибыли из Державки. Командовал ими Лупа́к, племянник местного старосты. Ему помогал Дарва́з, его старый приятель.