Выход в общий мир (СИ)

— Лорд, вы знаете, какого колдуна отхватили? — спросила Непрития, покосившись на Себеша.
— Ергрид, будь добр, расскажи мне, непутёвому, какого колдуна я отхватил, — тут же повернулся я к магу.
— Почти всё либо на управление и усиление нежити, либо из Разума, который на нежить действует на ноль целых и ноль десятых процента. Это помимо прорвы заблокированных, но не отменённых заклинаний тёмноэльфийского мага, которые только баластят его книгу магии, — ответил он с явным непониманием происходящего, при этом дословно цитируя то, что сказал про Себеша я.
— Так что же ты хочешь мне нового сообщить, яхонтовая моя? — спросил я жену Ирсинда.
— Сейчас что-то будет, — вполголоса пробасил Буран, прекрасно зная, что я услышу.
— Может, посоветовать ей на всё соглашаться? — добавил Ас. — Глядишь, лорд не так буйствовать будет.
— Его можно допревратить в полноценного лича и равных ему не будет, — никого не слушая, с вызовом произнесла Непрития.
— Мы не будем использовать то, против чего боремся, на живом противнике, — отрезал я. — Надеюсь, это понятно.
— Но у него такой потенциал! — не сдавалась дриада. — Он мог бы поражать сотни и в одиночку выходить на архангелов!
— Я СКАЗАЛ НЕТ!!! — добавив металла в голос, сказал я. — До тех пор, пока правитель здесь я, мы не будем использовать Смерть против живых.
— Ну нельзя же быть таким упрямым! Вы своими руками губите отличного колдуна! Вы… вы…
— Самодур, всё верно, — кивнул я. — Что-то не устраивает — не держу. Хотите устроить бунт, элень Непрития? Всё в ваших руках, желаю удачи.
— Не хочу, — тихо произнесла дриада.
— Так вот, — продолжил я, — о том, что вы должны были услышать, если бы не странный выпад. Все молодцы, задача выполнена на отлично и даже перевыполнена, — бросил я быстрый взгляд на Вику. — Пока не известно, снят ли вопрос захвата Кадага на сто процентов, но хотя бы на время угроза устранена. Больше мы здесь не нужны, можем отбыть в Баг-Даад.
— А как же трофеи, лорд? — спросила Сестерия. — Мы что, вот так их бросим, как неразумных волчат?
— Трофеями займётся Обозная команда, — вместо меня ответил Ордрин. — Это не ваша проблема, тергер верз. Кроме случаев уже добытых трофеев.
— Например, вот таких? — спросил Кабидар, протягивая большой синий неогранённый камень.
— Неожиданно, гадар сиб, — прокомментировал казарег. — Похоже, у нас собирается портальная площадка.
— Бери выше, — хмыкнул я, — мы замахнёмся на площадь.
— Не много для одного города?
— Для столицы площади лишними не бывают, — назидательно произнёс Себеш и тут же, округлив глаза, закрыл рот руками.
— И всё же он прав, но сейчас это совсем не важно, — тряхнул я головой. — Идём в Кадаг, оттуда телепертируемся. Всем ясно?
— Да, лорд! — едва ли не хором произнесли бойцы. Солировали, естественно, феи.
— А можно я останусь, лорд? — попросил Ас. — Я найду все-все тайники, я открою их. Я даже привезу в Баг-Даад казгарда. Он всё равно ещё долго не оторвётся от своей прелести, я смотрел.
— Хорошо, пусть так, — решил я. — Но если хоть один тайник будет пропущен…
— Понял, лорд, — ощутимо сглотнул дракон. — Ничего не пропущу, обещаю.
— Смотри у меня, а то ведь награжу ещё за пропуски. С разбегу. А теперь все дружно в сторону центральной площади Кадага. И чтобы без пререканий.
  
Глава 14
 
— Ну что, лорд, насыщенной выдалась полунеделя? — вместо приветствия спросил Магриш, стоило мне зайти на кухню.
— Да уж, такого я даже представить себе не мог, — вздохнул я, опускаясь на стул. — Знал, что будет тяжело, но одновременно вести по изменениям Ергрида и Аастию, отчерчивать Грифоний форт, биться с нежитью и варить многочисленные зелья оказалось совсем не просто. Поспать не всегда нормально удавалось, про поесть я и вовсе молчу.
— Касательно поесть, — хмыкнул повар, ставя передо мной тарелку гречневой каши с тыквой и кладя кусок темноватого хлеба. — До меня тут информация дошла, что у нас появится сахар.
— Так и ефть, — с набитым пищей богов ртом ответил я. — Кавфаг наф, фтекло фудет, теплиссы пофтавим, бувфет и фахар.
 
— Ладно, ты сначала поешь нормально, потом поговорим, — произнёс Магриш. Прозвучало как угроза.
Буквально за десять минут я умял всю кашу и приличный ломоть хлеба. Пёкся он явно в форме каравая и это было хорошо — не придётся принудительно вводить стандарты и прописывать форму того или иного хлебо-булочного изделия. Впрочем, посмотрим, как будут развиваться события.
— Лорд, скажи, ты делаешь новую гномью кухню? — в лоб спросил повар, забрав у меня тарелку.
— Нет, — ответил я, — мне просто нравится заботиться о гражданах Королевства.
— И эта забота заключается в переписывании всех возможных канонов гномьей кулинарии?
— Нет у гномьей кулинарии канонов, Магриш, тебе ли это не знать. В горах, знаешь ли, проблематично что-либо растить, даже порой на всех не хватает. А уж водоросли, лобстеры и форель и вовсе далеко не каждый день на столе. Впрочем, тут смотря у кого. И всё же, большую часть еды приходится закупать на стороне. А сторона имеет свойство меняться подчас намного стремительнее, чем хотелось бы. Ну и о каких канонах может идти речь, когда ещё месяц назад тебя заваливали пшеном, сейчас приходится есть репу, а через неделю будет много настреленной дичи?
«Ну ты ещё расскажи ему, что книгу «Агроном» брал именно для независимости от таких абсурдных поставок по остаточному принципу».
Сам догадается, Ярик, немаленький. И этот разговор он тоже затеял не просто так. Точно не для обвинения в попирании канонов.
«А если только для этого? Ответишь за свои слова?»
И чего ты хочешь?
«Хочу в следующий раз, когда ты будешь что-либо ковать, занять твоё место у наковальни».
Это, прости, как?
«Увидишь. Или боишься? Вдруг я займу твоё место полностью?»
Если бы мог, давно занял бы. Так что давай, если я не прав — один раз ковать будешь ты, как бы странно это не воплощалось в жизнь.
— Ну так-то да, чуть больше общей предсказуемости, на которой можно строить планы и воплощать их в жизнь, — задумчиво протянул повар. — Сейчас и мясо предсказуемо идёт, постоянно говядина, а не миллион тонн дятлятины за раз и делай с ней что хочешь.
— Ну, допустим, не миллион тонн, не надо.
— Да, не миллион, но было много, я смог немало попробовать рецептов с ней. А потом она закончилась, и все эти рецепты, считай, пропали к использованию. Но я не о этом, лорд, у меня другой главный вопрос, — произнёс, замявшись, Магриш.
— Ну давай, спрашивай, отвечу так полно, как только смогу, — понимающе сказал я. Похоже, вопрос повара будет из категории жизни и смерти, то есть для гномов это в принципе любые вопросы, круто меняющие их жизнь.
— Вы собираетесь узаконить создаваемую кухню? — выпалил гном. — От набора продуктов до точнейших рецептов без права на изменения?
— Нет, — так твёрдо, как только мог, ответил я. — Во-первых, я не создаю никакую кухню, этого не делаем даже мы. Во-вторых, вот тебе моё искренние мнение, кулинария как поэзия, загонять её в строжайшие рамки — преступление против искусства.
— А вы любите поэзию, лорд? — удивился Магриш.
— Обожаю. Даже сам сочинять пробовал. Слушай.
Сварить бульон из мяса и костей,
Заранее низпотушить зажарку,
Добавить овощи всех видимых мастей,
И полностью отдасться варке
Вдыхать этот чудесный аромат,
Картошку крупным кубиком нарезать,
Вложить в зажарку рубленный томат,
Лимончиком ты тоже не побрезгуй.
Поймёт, что всё пучком, не только спец,
Тарелку подставляй под это дело,
Сметаны ложку бахнуть — и конец.
Ах, вкусным получается борщец!
— Отлично, — искренне восхитился повар. Только что такое «борщец» я не знаю. Блюдо такое, да?
— Сметанка, значит, тебя не удивила, — констатировал я.