Нянька из другого мира 2 (СИ)
Гномы тоже нанесли гостям визит. Мавриди и другие старосты преподнесли магистру в дар лучшие минералы, самоцветы и каменья – все, что потребуется ему для успешного завершения его нелегкой задачи.
Слава, как могла, поддерживала Дрэго. И пусть большую часть времени он проводил в отдельной палатке, установленной на отдалении от основного лагеря, о невесте и дочерях не забывал.
– Ты почти не спишь, – не могла не заметить Слава. Вечером, прогуливаясь вдоль реки, она держала жениха за руку и всматривалась в его мрачное лицо. Черты его заострились, между густыми темными бровями залегла хмурая складка, зато глаза полыхали решимостью. – Береги себя, без тебя нам не справиться.
– Осталось совсем немного, – обещал он. Попробовал улыбнуться, но губы будто разучились это делать. Напряжение последних дней выматывало и подавляло. – Сегодня ночью я закончу зелье. Утром его можно будет опробовать.
– Хочешь, я буду тебе ассистировать? – предложила Слава. Она мало смыслила в зельях и магической ботанике, но рвалась помочь. Ожидание было для нее хуже пытки. – Или просто посижу рядом.
Он остановился – только для того, чтобы наградить невесту восхитительно долгим, полным обещания поцелуем. Его твердые, но в то же время нежные губы были красноречивее слов.
– Отдохни за нас обоих, – предложил магистр спустя несколько восхитительных минут. – Во время осады замка каждый рыцарь будет на счету. Если Ниобу не согласятся помочь… Признаюсь четно, наш шанс победить ничтожен.
– Но он есть, – горячо возразила Слава. – И я больше чем уверена – Ниобу помогут. Они не могут остаться в стороне. Если орден Золотой лилии останется под властью Пино и Дино, драконам не на что рассчитывать.
– Он очень сильный маг, – проговорил Дрэго, и голос его надломился, как сухая ветка.
Осознавать, что лучший друг оказался предателем, было невыносимо. Вместе с доном Дино Дрэго не раз оказывался в таких переделках, что только взаимопомощь и взаимовыручка помогали им выбраться. Прежде капеллан не подводил.
Карла отбежала далеко вперед. Она несла на плечах Дэлию и показывала ей удивительные желто-зеленые ирисы, что распускались только ночью.
Карина пропустила сестру вперед, а сама, прислушавшись к разговору отца и Славы, заметила:
– Дон Дино часто рассказывал нам с сестрами сказки о прежних временах. О том, как маги боролись с драконами, и как орден Золотой лилии был сильнейшим и самым могущественным в Гротеции. Прежде мне казалось, что это только сказки… – она вздохнула и, подняв на отца печальные глаза, продолжила: – Надо было сказать тебе об этом?
– Сказки сами по себе ничего не значат, – заметил магистр, крепко обнимая дочь. – Даже если бы ты тогда рассказала, я вряд ли придал бы этому значение. Дон Дино Ї знаток истории, неудивительно, что он рассказывал вам эти вещи. Хотя…
– В каждой сказке есть определенный намек, – продолжила за него Слава. – Я тоже замечала некоторые вещи, но молчала. А надо было забить тревогу еще тогда.
– Все мы иногда ошибаемся, – рассудил Дрэго.
– Эй, ну чего вы там! – окрик Карлы заставил их оторваться от тягостных мыслей. – Догоняйте!
Магистр первым сорвался с места. Карина и Слава помчались вслед за ним, ловко перепрыгивая через кочки и камни. Ничто не могло помешать быть семьей, даже предательство и опасность. Приближающееся ненастье только ярче подсветило радость от того, что они есть друг у друга.
Наутро магистр закончил с зельем. И Огонек, уже спасший жизнь дочерям магистра и Славе, решил сослужить еще одну службу – ради них, и ради всех драконов Гротеции. Он вызвался быть первым испытуемым.
– Милый, ты точно хочешь это сделать? – неверяще прошептала Карла, обнимая любимца за шею. – Это очень и очень опасно.
Девочка помнила, в какую ярость пришли драконы там, на королевской арене. Меньше всего она хотела видеть Огонька таким: озлобленным и жестоким.
– Я выдержу, – пообещал дракон, пунцовея от решимости. – Только вяжите крепче. Так, на всякий случай.
Чтобы дракон не причинил вреда себе и другим, его приковали цепями к самым крепким дубам во всем лесу. Только после этого магистр поднес ему приготовленное зелье. На серебряной тарелке лежал сизо-белый порошок, без цвета и запахла.
– Просто вдохни это, – попросил Дрэго. И, обернувшись к остальным, показал: – Отойдите подальше! Небезопасно находиться рядом с драконом.
Огонек послушно вдохнул порошок. Закашлялся и прослезился, сказав, что чувствует себя так, словно наглотался пепла.
Впрочем, побочное действие было недолгим. Спустя минуту Огонек дышал спокойно и ровно.
– Готов? – спросил Дрэго, доставая из нагрудного кармана непроницаемый мешочек. В нем хранился остаток цветка золотой лилии – совсем маленький, но все еще ядовитый. – На счет три снова вдыхай. Один. Два. Три!
Ноздри Огонька раздулись. Он вдохнул полной грудью и прикрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям.
– Ничего, – проговорил, склоняя голову то к одному, то к другому плечу. – Ни головокружения, ни беспричинной ярости.
– Ура!!! – хором выкрикнули Карла и Карина, высовываясь из укрытия. – Папа, у тебя получилось!
Магистр выждал время, прежде чем отпустить Огонька. Если бы цветок подействовал, дракон мог натворить множество бед. Дрэго развлекал его разговорами. Кормил с руки фруктами и поил из собственной фляги.
Но эксперимент удался на славу. Осталось лишь предложить это снадобье всем драконам Гротеции и ее запределья. А после вернуть ордену Золотой лилии его доблесть. Радость рыцарей была безмерной. Весь день и всю ночь они готовились к предстоящей битве.
А наутро объявились Ниобу.
Глава 51
Виления, даже эта гордая эльфийка, вздрогнула, когда три мощных тела опустились в их лесу. Гигантские, величавые, преисполненные достоинства Ниобу осмотрели собравшихся.
– Такого в пророчестве не было, – со страхом в голосе произнесла госпожа Литаена, сгорбившись сильнее обычного. В сравнении с огромными крылатыми существами она казалась самой себе песчинкой и поспешила затеряться среди бархана подруг и родственниц.
– Будет то, что должно быть, – проговорил Дрэго, проследив путь скрывшейся в толпе пророчицы. – Это единственное предсказание, которому я верю. Все остальное Ї лишь возможные варианты.
– Ты, славная чужеземка! – один из драконов указал на Славу. А потом на Дрэго: – И ты, великий магистр. Выходите вперед, не бойтесь. Мы огласим свое решение вам, а вы передадите остальным. Простым смертным не стоит приближаться к нам, мы очень долго отдыхали, и теперь в нас скопилось слишком много сил.
По их мощным телам и вокруг пробегали разряды, воздух наэлектризовался. С каждым шагом Слава все сильнее ощущала, как волосы встают дыбом, а на языке ощущается такой непривычный привкус озона.
– Вы поможете нам? – спросила она, поклонившись.
– И своим потомкам? – поддержал ее Дрэго. Нашел ладонь невесты и крепко пожал, подбадривая и внушая уверенность. – Вы сочли нас достойными?
Драконы поклонились в ответ.
– Мы поможем избавиться от проклятья цветов. Но нападать на магов не будем. До тех пор, пока в замке томятся узники. Ты, магистр, не нападал на врага, пока не освободил своих дочерей. Мы поступим так же: вызволи из темниц наших потомков, и мы вступим в войну вместе с тобой.
Ниобу говорили о драконах, плененных в присвоенном Пино замке.
– Но почему вы сами не… Не вызволили потомков? – спросила Слава, рискуя прогневить Ниобу.
Магистр не остановил ее. Его и самого волновал озвученный вопрос.
– Мы не можем помогать тем, кого не испытали, – с важностью и присущей им степенностью ответили Ниобу. – Вы показали, на что готовы ради возвращения ордена. Но мы не уверены, готовы ли вы рискнуть жизнью ради нас, драконов. Освободите пленников, и мы поможем вам. Это наше последнее слово. А до тех пор ни один наш потомок не станет помогать вам.
Слава и Дрэго обменялись напряженными взглядами. Вместо того чтобы обрести союзников, они получили задание – практически неосуществимое. Условие Ниобу связывало руки рыцарям и магистру.