Возрожденная (СИ)

Это случилось через неделю после ухода нера Мирта. Днем я решила все — таки не выходить в ясную погоду, чтобы нас не обнаружили из космоса. Навряд ли это будут дружественные силы, тем более те кто владеет кораблями точно не испытывают восторга лишиться всего в пользу Ансеа, а значит кто бы нас ни нашел, нам не друзья. Даже неру Мирту я не рассказывала кем на самом деле являются мои мужья. Он считает меня элхе и человечкой, смысл набивать себе цену. Я все еще не уверена в альмине. Одно дело из благородства помочь чужой нищей элхе, а другое иметь козырь и дорого продать единственную жену и сына Правителя Ансеа.
Навряд ли нас вообще вернут Арлану, куда выгоднее самим воспитать наследника, ведь от родной крови он не сможет отречься, а другой жены у Арла не будет. Живой я нужна только своим мужьям, а мертвой — всем врагам, ведь это верная смерть для Правителя.
Нет, свою тайну я не открою никому. Я элхе, жена рядового ансейца. Нер Мирт видел Лаена, даже принял его за нага, кто меня дергал за язык говорить что это не так? Цвет кожи у Аарона серебристый, Лаен тоже имеет пепельные волосы. И почему нужные мысли приходят поздно?
Сегодня был на редкость ясный день и прогулявшись до родника внутри Храма мы на улицу не пошли, я как могла объяснила сыну и Аарон согласился весь день просидеть в лаборатории. Кстати чем тут занимались мы так и не выяснили. Деревянные и железные детали давно сгнили от времени, остался каменный стол, каменные полки и запечатанные древние колбы с кристаллами содержимого. Тонны пыли, которую я немного прибрала, сметая самодельным веником на камень — совок. Собственно это было единственное помещение, которое я прибрала. Не нужно чтобы кто — то заподозрил наше присутствие.
А вот сегодня вечером малыш занервничал и не подпускал меня к дверям. Шипел, преграждал дорогу и я решила проверить наши сферы, удивляясь что вызвало беспокойство нага.
Включила комм и сердце ушло в пятки. По склону холма бродило шесть огромных боевых машин. Переступая паучьими лапами они уничтожали все, что движется или имеет температуру выше камней. Без разбора досталось и птицам и местным кроликам. Свою убитую лазером добычу они складывали в свои контейнеры от которых шел пар. Я не сразу сообразила, что это охотничьи машины, а их добыча перерабатывается на концентраты для бедного населения. Вот почему нам пока не встречалось крупных хищников — терраформирование этого не предусматривало. По крайней мере в больших масштабах.
А мой сын как наг хорошо слышал поступь тяжелых машин. Не сомневаюсь, они бы стали стрелять и в меня. Оставалось только надеяться, что нер Мирт не погиб.
Мы просидели тихо всю ночь, хотя сферы наблюдения, спрятанные среди развалин не видели опасности. Одна машина заглядывала и в Храм, но не нашла ничего интересного, да и не пошла исследовать дыры куда не пролезет.
А потом наши выходы стали еще осторожнее. Зверья после облавы машин убавилось и Аарон с тоской поглядывал в сторону леса у подножья плато. но далеко от меня не уходил. А я ставила силки на птиц и местных аналогов зайцев, вернее я решила что зайцев из-за длинных ушей, а кто-то бы сказал крыс, так как зверьки более мелкие. Иногда Аарон находил яйца и глотал, однажды принес мне довольно большое яйцо и мы его сварили и съели. Я старалась не задумываться, что это могла быть рептилия. Чем была хороша лаборатория, так это вытяжкой и подобием печи.
Жили мы тихо как Робинзоны и я старалась рассказать Аароше все, что знала или помнила. Малыш хорошо рос несмотря на скудность нашего рациона, постепенно он стал уходить на охоту сам, даже приносил мне добычу, чтобы я не ругалась если он задерживался. Иртэ давно уже смотрел на меня остекленевшим взглядом. Я по привычке разговаривала с ним тоже. Арья общалась крайне неохотно, все чаще засыпая надолго. Ей мешала новая энергия. Зато ко мне все чаще возвращалась память настоящей Арьи. Это была другая жизнь и другая трагедия боевого лейтенанта Анраима, но ничего стоящего отдельного внимания эти воспоминания не сохранили. Разве что я могла назвать расположение крупных городов, которые исчезли три тысячи лет назад и разграблены тогда же.
 
Ждать становилось все труднее. Альмин предполагал вернуться через две недели… Но прошел месяц, а я все еще ждала нера Мирта…
  
Глава 48. Лаен
 
У широкого смотрового окна Первого флагмана Ансеа стоял высокий худой лим и с тревогой всматривался в самые темные места космоса, раскинувшего свои бескрайние объятия за бортом. Огромный флагман казался песчинкой на фоне бескрайних просторов. Но не красоты волновали сейчас лима.
Где-то там исчезла любимая. Его жизнь. Но она определенно жива. Это место, пропитанное тоской, стало его постоянным убежищем в те минуты, когда лим оставался один, что случалось нечасто, ведь он продолжал изучать технические особенности военных кораблей. Раньше он никогда не задумывался над стремлением побыть одному, теперь же почти все свободное время он сидел здесь. Казалось это место хоть немного приближает к Лине, а ее сердце продолжает биться в черных провалах космоса.
Лаен.
Ответственность… Так легко ее перекладывать на других, когда кто — то сильный сам решает все и ты только присутствуешь. А сейчас то, что случилось с Линой напрямую моя вина. Тысячи раз я себя спрашиваю, а если бы тогда поступил иначе?
Я не знаю правильный ответ. Другой ответ. Уравнение не сходилось от слова совсем. Что я мог сделать? Не отходить ни на шаг? Крейсер марки Граув -15 улетел бы с нами, не факт что не потерялся бы и я. Зато остался с женой и возможно ей не так бы было страшно. С другой стороны против нойтов только я имел силу на флагмане на тот момент, остальные защищали его в открытом космосе. А это значит, что пары всего нашего экипажа могли погибнуть до прихода деосов — моих побратимов. Это жизни всего офицерского состава. Ансейцы без пары не живут.
Я выполнил свой долг перед экипажем, своей Родиной и народом, но потерял свою неру. Кроме того, потерял истинную Правителя и наследника Ансеа. Драгоценные неры и самые достойные офицеры нации, а на центральном флагмане случайных ансейцев нет, и здесь не просто знатные высшие, а самые сильные, умные и преданные. И Лина. Я действовал не задумываясь, спрятал жену и бросился в бой, почувствовав врагов.
Знай я наперед что случится, не смог бы выбрать ни тогда, ни сейчас. Да, это моя вина и я ошибся, но где? Я верил, что Лина будет в порядке. И не мог поступить иначе.
Посмотрел на свои руки. Вместе с Наи мы самые молодые из мужей Лины. Теперь суставы перестали болеть, гоур, магическая субстанция досталась жене когда образовалась магическая связь, а мы еще немного вытянулись верх, став стройнее. Я надеялся, что магия ей поможет и спасет. Раньше я злился, что стал аккумулятором магии для неизвестной неры, теперь рад, что мы с Наи отдали часть магии ей.
Ответственность…
Все лимы в детстве выглядят болезненно. Нас никто не учил драться. Не учил так, как всех остальных с детства. Только угождать нере. Но Лина не такая, как другие неры, ей слепое поклонение не нужно. Зато нужна защита, а я… мы… не справились.
Конечно я поклялся себе, что больше не допущу, чтобы меня вырубили электрошокером, если честно не ожидал от благородного нера во дворце Правителя столь подлого приема. Лина простила. Даже ни разу не обвинила нас, зато я изгрыз себя сам. Другие мужья намного старше и умнее. Нам просто повезло, что вмешался Арейа. До сих пор чувствую себя должным суровому техо. Он ведет свою игру за сердце элхе, втихую соперничая с нагами.
Но я снова ошибся. Потерял Лину. Никто, даже Арлан, не упрекнул. Плохо! Так хотелось поругаться с кем — то стало бы легче, наверное.
Я сжал кулаки и ударил в стену. Да! Теперь я могу драться, начать учиться постоять за себя, безнадежно отставая ото всех… не важно! Но… Лина! Как бы не было поздно! Она еще жива, мы чувствуем это. Еще. Сколько времени она сможет жить? На сколько у нее хватит кислорода, еды, воды? Где она, наша жизнь в этой черной мгле? Ее ищет весь флот Ансеа.