Удача любит смелых (СИ)

— Сейчас, — толстяк явно задумал что-то нехорошее. В глазах мелькнула ненависть, кулаки сжались, лицо напряглось.
Денис это тоже подметил и коротко ткнул «клювом орла» в печень пузана. Тот протяжно застонал и согнулся в три погибели.
— Зачем вы это сделали? — возмутилась девчонка.
— Он драться хотел, ещё чуть-чуть и начал кулаками махать, — объяснил я, пока «афганец», подхватив под руку постанывающего мужика, помогал ему дойти до скамейки. — Превентивная мера.
— Твой друг всегда такой агрессивный? — спросила девушка, пока товарищ помогал толстому дойти до скамьи. — Можно же было всё словами решить?
— Не в этом случае, — усмехнулся я, разглядывая собеседницу. Девчонка была симпатичной. Изящная фигурка, челка, черной волной падающая на чистый лобик, покрытое золотисто-коричневым загаром личико.
— Такие, по-другому не понимают, — пояснил, видя, что девушка ждёт продолжения. — Приходится популярно объяснять.
— Ну что, водичку пьем? — поинтересовался вернувшийся Денис.
— Конечно, — кивнул я.
— А бить человека всё же было не обязательно, — фыркнула девушка, и развернулась, собираясь удалиться.
— Человека — да, — сразу согласился афганец, — Да и не бил я его совсем. Увидел, что сейчас начнет кулаками махать и пресек, очень мягко и учтиво, почти без вреда для здоровья.
Девчонка обернулась, изумленно подняла тонкие черные бровки-ниточки, что-то рассмотрев на лице Дениса, саркастически хмыкнула, и звонко зацокала каблучками по асфальту.
— Миша, я на пару секунд отбегу, попробую познакомиться. Можно?
— Понравилась? — улыбнулся я.
— Очень, — признался Денис. — Тут же все равно Олег, он тебя видит, подстрахует, если что, а я сразу туда и обратно.
— Только в виде исключения, один раз, — я погрозил пальцем чуть покрасневшему афганцу, — А вообще, это непрофессионально, ты по делам со мною приехал. Твоя задача — меня охранять, во избежание проблем. Иди, но это в первый и последний раз.
— Такого больше не будет, — пообещал повеселевший парень и рванул следом за смуглянкой. — Девушка, подождите.
Я шагнул к соседнему автомату. На стойке, блестел прозрачными гранями стакан, сверкая отраженными от поверхности переливающимися золотистыми искорками летнего солнца. Тихо шумела, покачивая зеленым водопадом листьев, ива, шепча о чем-то своем. Дневная улица, залитая ослепительным теплым светом, будила ностальгические чувства. Возникло ощущение дежавю, выдернутого из прошлого момента счастливого безмятежного детства. Казалось, через мгновение на моё плечо мягко опустится мамина ладошка и родной ласковый голос спросит: «Чего застыл сынок? Бери стакан».
Теплый летний ветерок игриво ударил в лицо волной свежего воздуха, и я прикрыл глаза, отдавшись на пару секунд воспоминаниям.
— Гражданин, вы пить будете? Если нет, не загораживайте автомат! — скрипучий женский голос вернул меня в реальность.
Я развернулся.
Обиженно нахохлившаяся полная дама лет 50-ти, в летнем светло-сером костюме, неодобрительно поджала губы, рассматривая мои джинсы.
— Конечно, буду, — кивнул я. — Айн момент.
Женщина негодующе хмыкнула и отвернулась.
Я подхватил стакан со стойки, перевернул его и вставил в круглое отверстие мойки. Чуть надавил, и в стекло выстрелили прозрачные фонтанчики. Установил стакан на подставку, ухватил кончиками пальцев горстку мелочи в заднем кармане, выбрал «трешку», бросил в узкое отверстие монетоприёмника, и нажал на квадратную кнопку «Цитрусовый».
Когда допивал газировку с сиропом, появился довольный Денис.
— Ну что, получилось? — улыбнулся я.
— А как же? — довольно ухмыльнулся афганец. — Фирма веников не вяжет. Я слишком неотразим, чтобы мне могли отказать.
— Ага, — буркнул я. — Бельмондо, Клинт Иствуд и Ален Делон в одном флаконе.
— Бельмондо и Делона знаю, — заинтересованно глянул Денис. — А Иствуд, кто это?
— «Великолепную семерку» видел? — уточнил я, увидел кивок и продолжил. — Что-то вроде этих головорезов, только круче и смазливее всех их вместе взятых.
— Понятно, — ухмыльнулся афганец. — Да, я такой.
 
— Так парни, поехали. Я созвонился с Германом. Он нас ждёт, — сообщил подошедший опер. — Сейчас уйдет с работы, забежит в магазин и приглашает к себе.
— А что его так спокойно отпустят? — поинтересовался я.
— Запросто, — кивнул Сергей. — Он начальник охраны. Даже машину от завода выделили. Попросит своего зама всё проконтролировать и свалит. Благо, однушку ему завод выделил рядом. А вообще он постоянно на работе, охрану наладил отлично, с воровством разобрался, начальство его ценит. Поэтому придираться по поводу отсутствия на рабочем месте не будет. Когда Леопардычу нужно, он всегда может отойти по своим делам. Правда, он — мужик ответственный и этим не злоупотребляет.
— Просто ангел во плоти, этот твой Леопардыч, — усмехнулся я. — А вообще, хорошо устроился. Молодец.
— Он — нормальный, — Денис залпом выдул газировку, и поставил стакан на место, в соседний автомат. — Умеет общаться с людьми, но спуску никому не дает. Когда, мы с ним тренировались, еле приползали в казарму. Правда, гонял он нас, когда уверенность была, что завтра мы в рейд не рейд не пойдем. А перед боевыми никогда сильно не нагружал, давал возможность отдохнуть. Хотя, и Леопардыч мог лажануться, война, как и приказы начальства, штука непредсказуемая. Но всегда заботился о своих бойцах. Никогда дурных приказов не отдавал, берег людей, за что и уважали.
— Понятно, — я чуть улыбнулся краями губ. — Тогда поехали. Мне уже интересно увидеть этого вашего Леопардыча.
— Германа, — напомнил, прищурившись, опер.
— Хорошо, Германа, — покладисто согласился я…
Когда автомобиль тронулся, я расслабился. Откинулся на сиденье и прикрыл глаза, вспоминая прошедшую гулянку. Да, оторвались мы тогда славно, даже несмотря на драку у озера и хамское поведение зазнобы Олега. Наелись горячих, ароматных, истекающих мясным соком шашлыков, салатиков, потанцевали с девчонками, выпили хорошего вина. Марина, правда, сидела надутая в стороне. Ей уделять внимание, после произошедшего, никто особо не рвался. Девчонки подчеркнуто игнорировали, парни предпочитали общаться с подругами и друг с другом. Только десантник пару раз пробовал что-то втолковать. А я славно потанцевал с Евой. Хитрец Ашот специально кассету с романтическими советскими песнями подобрал.
Теплая волна воспоминаний нахлынула неожиданно. Я даже прикрыл глаза и откинулся на сиденье, воссоздавая до мельчайших деталей картинку летнего субботнего вечера…
Солнце, оранжевым кругом медленно уплывало за горизонт. Рядом качались, обнявшись под музыку Ашот с Валей и Сергей с Наташей. Я глядел в бездонные синие глаза с длинными пушистыми ресницами, частично спрятанные за длинной белоснежной челкой, нежно обнимал ладонями стройную девичью талию, аккуратно сжимал пальцами хрупкую девичью ладошку, а над двориком плыл бархатный проникновенный голос неизвестного певца, исполняющий бессмертный хит Геннадия Старкова:
А ты опять сегодня не пришла.
А я так ждал, надеялся и верил.
Что зазвонят опять колокола, колокола
И ты войдешь в распахнутые двери.
Перчатки снимешь прямо у дверей.
Небрежно бросишь их на подоконник.
Я так замерзла скажешь обогрей, ты обогрей
И мне протянешь озябшие ладони.
И я возьму, и каждый ноготок
Перецелую, сердцем согревая.
О, если б ты ступила на порог, на мой порог
Но в парк ушли последние трамваи…
  
Глава 21
 
Звонок истошно заверещал, действуя на нервы. Я поморщился. Что-что, а делать звонки в Союзе умеют. Такие душераздирающие визги игнорировать при всем желании не получится. 
— Хватит, — попросил Дениса. — Эта какофония мертвых из могил поднимет. 
— Како, что? — любознательно поинтересовался афганец, продолжая держать палец на выпуклой кнопке, утопленной в квадратное гнездо.
— Не важно, — отмахнулся я. — Просто перестань воспроизводить эти тошнотворную симфонию. Тем более, что хозяин уже сюда идёт.