Космическая академия. Любовь без кофе не предлагать (СИ)

— Таня на Метранге, — озвучил я сообщение Дамира, просматривая данные от адмирала Монро о планете и согласованных с местными точках входа и выхода — не сомневаюсь, что эти же данные получила спецгруппа, но не поделилась со мной, по умолчанию считая салагой.
А метраны молодцы, не зря их считают одной из самых здравомыслящих и логичных рас. Они сделали исключение и позволили нам не проходить стандартную процедуру прибытия с регистрацией в космопорту. Жан–Жак Мийо, несмотря на все свои связи и хитрую схему, позволяющую проводить пиратские корабли под видом корпоративных, вынужден был зарегистрировать нашу леди по поддельным документам, и теперь наверняка отслеживал прибывающих для собственного спокойствия.
Однако я оказался не прав.
— Невозможно! — проговорил капитан самой быстроходной яхты Аруана и глава спецподразделения.
— Только, если… — заметил второй, но оборвал речь.
— Пираты с Окраин, — закончил его фразу капитан.
— Они самые, — подтвердил я, замирая от ужаса. Потому что Крауф писал прямо: «Мийо сотрудничает с Окраинными Мирами — прикрывает их деятельность на Аруане. Если псы Монро не в курсе, не сообщай, если да, передай, что он нужен для допроса, пусть не усердствуют. Таня находится в гостинице, в которой нет даже примитивного проводного интернета, так что дистанционно следить возможности нет, но к вашему прибытию на Метранг мы с Дамиром это исправим. Спаси нашу девочку»
Я закрыл глаза, впервые в жизни испытывая не страх, нет. Панический ужас.
Каким бы психом и параноиком не был Мийо, он не мог обеспечить стопроцентную безопасность Тани на борту. Пираты Окраин — самые отмороженные, беспринципные, безжалостные садисты, каких только видела Вселенная.
Если с её головы упадёт хоть волос…
Когда я открыл глаза весь спецотряд во главе с капитаном сделал шаг назад.
— Мийо должен выжить. Приказ совета, — проговорил я без капли эмоций. Пси–способности окончательно мне подчинились, больше не влияя ни на моё настроение, ни на мои решения.
Генрих оказался человеком слова. Стоило яхте выйти на орбиту Метранга, как с нами связался представляющий интересы холдинга Крауфа метран и передал необходимые данные, в том числе доступ к онлайн–камере, присматривающей за Таней. Картинка была не очень хорошего качества из–за закрывающего окно силового поля, но мы видели главное — Таня жива и здорова.
В присутствии наблюдателей я с особой тщательностью контролировал реакции организма, включая пульс и сердцебиение. Сперва дело. Эмоции позволю себе потом — когда мы с Таней останемся наедине.
Не знаю, сколько лет Мийо сотрудничал с пиратами и контрабандистами, но главное их правило усвоил плохо — прятаться нужно на виду. Отдалённая гостиница, точнее даже, впаянный в красно–оранжевую скалу дом, не мог служить надёжной защитой просто потому, что не имел путей отхода. Нам же его выбор играл на руку. Особенно с учётом пси–способностей, которые в отряде у каждого второго.
— Спа–а–а-ать, — ласково произнёс Алекс, когда мы выгрузились на одном из уступов скалы, скрывающей в своих недрах гостиничный комплекс.
Двое из его отряда кивнули и закрыли глаза, принимаясь за работу. Я же в очередной раз понял, почему официально с пси не имеют дела и почему нам приходится жить под контролем психиатров и психологов. Мы слишком опасны, притом часто сами не представляем, насколько. Для себя же сделал ещё один вывод — пси могут работать в паре. Это были очень интересные сведения, прежде я не знал, что можно усиливать другого человека. Расскажу Тане, чтобы поскорее забыла о днях в плену и переключилась на более интересный ей научный момент — эксперименты.
Царапнуло чувство вины. Не уследил. Не предусмотрел. Не предугадал!
Однако такие мысли были не к месту. Я на задании.
Кто бы знал, какой ценой мне давался рабочий процесс, ведь я чувствовал мою принцессу с тех самых пор, как мы вышли на орбиту. И следилок не нужно, когда пси любит пси.
Таня тоже знала, что я пришёл за ней, но, похоже, на ночь её усыпляли снотворным газом или препаратами, потому сейчас я чувствовал лишь её мерное спокойное дыхание и безмятежность.
 
Хотелось напрямую отправиться к ней, убедиться, что она в безопасности, что она со мной, но сегодня я подчинялся Алексу и он, словно испытывая на прочность, отдавал совершенно иные распоряжения.
Пока вязали Мийо и подельников, пока переносили их в транспорт, пока ломали базы данных и копировали информацию, я безостановочно сканировал пространство не только с помощью контрольной сети, но и с помощью маленьких, встроенных в браслет датчиков. Дамир не любил делиться информацией, потому все тестовые модели испытывал я, его сёстры и с недавних пор ещё Идарика. И кто мог подумать, что именно это спасёт жизнь Тане!
— Движение в спальне, — проговорил я, молниеносно перемещаясь от рабочего стола Мийо к двери, которую давным давно взломали, но пока не открывали. Алекс не любил свидетелей и для дочери адмирала не собирался делать исключение.
В спальню мы с командиром влетели, едва не столкнувшись плечами в дверном проёме. Однако нарушителем спокойствия оказался безобидный робот–полотёр, мы его даже не сразу заметили в полумраке.
— Они на батарейках, — проговорил Алекс едва слышно.
Я отключил бесшумную и в общем–то никому не мешающую технику, но вернуться к рабочему месту не смог. Не сразу. Сперва один взгляд на безмятежно спящую Таню, такую красивую, нежную, ласковую. Один — потому что оторваться от неё не было никаких сил.
В следующее мгновение часть стены отошла в сторону и к Тане прямым ходом направился робот–официант. Он двигался совершенно бесшумно, с погашенными индикаторами, но интуиция завопила об опасности и я без промедления прожёг ему дыру в голове, а затем в грудине.
— Ломаешь оборудование, — хмыкнул кэп, однако схватил обездвиженного робота и отнёс в кабинет на свет для проверки. — Кир, уходим! — резко рявкнул он, нарушив свой же приказ соблюдать тишину.
Я подхватил Таню на руки и побежал к окну в гостиной — именно туда направлялся сам Алекс в контрольной сети, остальные члены команды уже находились на борту небольшого замаскированного бота.
— Будет взрыв? — тихо спросил, устроившись на своём месте со спящей Таней на руках.
— Нет. Этот псих в своём репертуаре, — Алекс кивнул головой в сторону связанного, мирно спящего бизнесмена. — У робота был шприц, подозреваю, что с ядом.
Сжал челюсть, чтобы не выругаться и не стиснуть любимую до хруста костей, чтобы убедиться — всё хорошо, она жива–здорова, в безопасности. Похоже, у меня появляется новый пунктик, а у моего руководства — безотказно работающий рычаг управления. Я не скоро справлюсь с эмоциями, безопасность Тани будет угнетать меня… всегда. Как живёт адмирал Монро? Наверное, стоит спросить у него совета, когда выдастся возможность.
На яхте практически всё свободное пространство занимали оружие, техника, реагенты, снаряжение. Пленников накачали препаратами и заперли в одной из кают, той, что была моей на пути к Метрангу, сейчас же мы с Таней базировались в кают–компании, притом мне не разрешили её будить.
— Она пси. Лучше крепкого длительного сна для нас ещё ничего не придумали, — объяснил мне экипаж яхты.
Я поддерживал её восстановительный сон и постоянно находился рядом, зная, что она чувствует меня, а потому спит крепче и спокойнее. И многое передумал за время в пути. Много обещаний дал себе и ей. Со многим смирился. Повзрослел. И могу сказать точно — стал совсем другим человеком, в какой–то мере новой, усовершенствованной версией себя. Наносная шелуха отсеялась, я точно знал, чего хочу, кого хочу и как этого достигнуть. Заодно многое понял о ситуации в Объединённых Землях.
У нас неплохие руководители, объективно неплохие. Но и они — лишь люди, со своими комплексами, амбициями и страхами. И это стоит учитывать. Всегда.
В академии я отнёс Таню в мед–бокс. Созданный расой орти аппарат продержал её не больше пятнадцати минут и вернул подлеченной или всего–навсего просканированной, допуска к сведениям у меня не было, а ломать программу не хотелось. Я был рядом с Таней и её пробуждение казалось куда более важным мероприятием, чем какие–то цифры.