Космическая академия. Любовь без кофе не предлагать (СИ)

— Я отбросила мысль, как ненужную, теперь не могу вспомнить, что это было. Все показанные тобой приёмы не помогают, — призналась я, с интересом рассматривая новый дизайн кабинета учёного.
Маруська разошлась: повесила картины, расставила цветы на подоконниках, заказала яркий модный диван кислотно–зелёного цвета и застелила его белоснежной шкурой неизвестного мне зверя. Надеюсь, это искусственный мех, а то с электронной модницы станется.
— Присядь, пожалуйста, отправлю отчёт и займусь тобой. Прости, но это срочно, — извинился Дамир. — Выпей пока кофе с конфетами.
— Конфетами? — переспросила, не веря своим ушам и прямым ходом направляясь к поставщице допинга. — Марусенька, дорогая!
Однако на порог кухни меня не пустили. Пышущая праведным гневом кофемашина вылетела в кабинет и завопила во всю силу динамиков: «Дамир! Это на мой день рождения!»
— Я тебе его ещё не согласовал, — бросил учёный, не соизволив обернуться и посмотреть на театральное заламывание рук и водопад слёз на электронной мордахе.
Выглядела мадам актриса так несчастно, что я дрогнула, даже зная, кофемашина в силу своей искусственности не испытывает эмоций.
— Дамир, если тебе некогда, могу помочь Марусеньке организовать день рождения. Адмирал Монро пообещал нашей группе дать увольнительную, ведь после Амирака мы так и не отдохнули…
— Да! — завопила Маруська. — Дамирушка, дорогой, я ведь нигде не была! Не видела моря…
— Из окна посмотри, — буркнул мужчина, едва сдерживая улыбку.
— То есть, гор, — на ходу исправилась кофемашина. — Представь, как было бы замечательно отдохнуть в кругу друзей, — неожиданно практически замурлыкала она, совершенно точно задумав неладное. — Я ведь не прошу звать всю академию, достаточно скромно отпраздновать в ресторане, человек двести–триста моих поклонников и всё. А затем узким кругом отправиться на природу, в уютный деревянный домишко у реки или в горах. Ты, я, Таня с Кириллом, Идарикушка… Я за вами присмотрю, — мгновенно встрепенулась она, вспомнив о законах и моём несовершеннолетии.
Я готова была придушить паршивку! Мы не поднимали тему личных отношений, хотя оба знали, что небезразличны друг другу, и сейчас я покраснела с ног до головы, а Дамир практически потерял контроль над блоками. Однако ничего интересного лично для себя я не услышала — не успела, только уловила, что Кир в очередной раз напроказничал, подкинув вирус в программное обеспечение кофемашины, так что это не её вина. Но мужчины иногда ведут себя так вредно!
— Ты ещё маленькая, какие тебе рестораны? Детский центр и кафе–мороженое! И, наверное, всё–таки…
Дамир говорил последнюю фразу издевательски медленно, чтобы Маруська успела проанализировать свои слова, а затем понять, чего её лишат.
— Книги не отдам! — грозно ответила она вместо обычной песни «Ах, Дамирушка, золотце ты моё!» — Я уже взрослая кофемашина и знаю свои права. Поскольку ты наделил меня искусственным интеллектом я подпадаю под статью о защите разумных рас…
А дальше чертовка принялась зачитывать положения из закона, который не имел к ней ни малейшего отношения, но так уверенно, что Дамир, кажется, поверил. Тёмные брови скрылись под взлохмаченной чёлкой, глаза расширились. Я попыталась быстренько считать поверхностные мысли любимого гения, но тот укоризненно на меня посмотрел.
— Я случайно! — выдала я и отступила, «спрятавшись» за Марусю. — Кстати, лишать книг — это святотатство. Как тебе, учёному, могло такое в голову прийти? — возмутилась не на шутку.
В ладонь опустился прохладный тяжёлый кругляш. Похоже, конфета в фольге.
Быстро положила благодарность в накладной карман, там, по идее, конфетка не расплавится.
— Ида, если бы она читала книги! — фыркнул Дамир. — Любовные романы и эротика — вот её энциклопедии.
Я прочистила горло, но взгляд от учёного не отвела. Сладость нужно отработать.
— Это отличное пособие для изучения… взаимоотношений мужчины и женщины. Кроме того, это художественная литература, а она развивает воображение, логику…
— Какая логика в любовных романах? — рыкнул недовольный моим сопротивлением Дамир.
 
— Женская! — в том же тоне ответила ему. — Любовные романы помогают женщинам терпеть ваши мужские выходки!
— Вот–вот! — поддакнула Маруська и сунула мне в руку ещё одну конфету, затем подумала и добавила ещё две. На всё готова, лишь бы её не лишили интеллектуального занятия — чтения.
— Доказано, что женщины, которые читают любовные романы, более верные, преданные, заботливые, нежные, женственные, они лучше понимают мужчин, кроме того, меньше их нагружают своими проблемами. И попробуй сказать, что Маруся не такая, — закончила я с триумфом.
— Э-э, — протянул Дамир, совершенно дезориентированный нашей сплочённой работой.
Кофемашина всё это время смотрела только на властелина банковской карты. Её «лица» я не видела, но не сомневаюсь, что она вновь демонстрировала слёзы. При этом старательно передавала мне шоколад.
Справившись с набежавшей слюной, продолжила.
— Я думаю, тебе стоит поговорить с адмиралом Монро, чтобы он не тянул с нашей увольнительной, а то Марусенька и так долго ждёт праздника. Со всеми заботами и волнениями мы пропустили самый важный день в году. Скоро будет выставка–ярмарка инновационных технологий, можно заехать туда, выбрать достойный подарок нашей драгоценной, милой…
— Не перегибай, — шепнула кофемашина.
— … Марусеньке, — закончила я, убрав из предложения два десятка комплиментов. — Погулять по городу или пролететь над ним, может, заглянуть в какой–нибудь музей. Что касается вечера, мы с группой давно запланировали собраться и отметить окончание первого учебного года, но уверена, все будут рады, если вы присоединитесь. Кстати, забавное совпадение, но ребята как раз выбрали домик в горах. Точнее, огромный дом. Не знаю, есть ли там река рядом, но вид обещали шикарный.
— А чей дом? — неожиданно резко уточнил Дамир.
— Не знаю. Я печатала отчёт, когда народ обсуждал, куда мы поедем, так что не обратила внимание.
Пальцы мужчины запорхали над клавиатурой и через несколько мгновений он получил ответ на свой вопрос, однако озвучивать его не стал, только нахмурился.
Кажется, это дом Дитера. Упс.
— Мы будем, — проговорила Маруська серьёзно и важно. — Непременно будем. И я за вами присмотрю, ведь я ответственная, заботливая и очень начитанная. Да, Дамирушка?
— Да! — проговорил он, размышляя о своём. — Идарика, в кресло. Маруся, кофе. За работу.
Я послушно упала, куда велено, и распахнула сознание, вызывая в памяти нужный фрагмент.
— Всё, — в следующее мгновение произнёс Дамир.
Непонимающе моргнула. Посмотрела на морщинку меж тёмных бровей, на поджатые губы учёного. На то, как посерело его лицо. Устал.
Я же не чувствовала ничего, кроме удивительной безмятежности. Непривычной. Несвойственной мне. Подозрительной. И… разве мы уже что–то сделали?
— Блоки? — спросила раньше, чем осознала, насколько глупо сейчас выгляжу. Разумеется, они самые! Неспроста он полулежит в кресле и до сих пор не прикоснулся к кофе с конфетой, что подала Маруська до начала процедуры. — Почему? Информация представляет для меня опасность, да? Ты их потом снимешь или мне самой придётся?
— До высадки на К-7412 не лезь, затем… у тебя всё получится.
— Ладно.
Я испытывала смешанные чувства. Было неприятно, что Дамир подчистил мне память, притом принял решение в одностороннем порядке. Однако я знала, что его поступок продиктован заботой о моей безопасности, и в глубине души получала удовольствие от осознания, что небезразлична ему.
Отчего–то вдруг показалось, что причина установки блоков несколько иная.
Я не могла объяснить, откуда взялась эта идея, но её определённо стоило проверить.
— То есть о мыслях Дитера ты не расскажешь? — уточнила нейтральным тоном. Незачем показывать эмоции.
— Почему же? Расскажу, — огорошил мужчина. — Тебя насторожило то, что он слишком много знает о планете и отчего–то уверен, что всё пройдёт гладко, тогда как у руководства академии и совета иное мнение. Это всё.