Космическая академия. Любовь без кофе не предлагать (СИ)

— Боюсь, слепое обожание к одной здесь присутствующей юной леди сделало меня совершеннейшим ослом, — выдал Дитер, прижав руку к груди. — Но не предателем, дамы и господа. Никогда в жизни. Ни за что.
Он закончил торжественно и тихо, проникновенно. Подключив пси–способности.
Коварный гад!
Теперь все на его стороне, а на меня смотрят, как на глупую, ничего не понимающую в любовных делах девчонку. Хорошо, хоть с советами не лезут.
Этот раунд был за рыжиком. Но, как говорится, проиграна битва, но не проиграна война. Поражение сделает меня осторожнее и хитрее. Придётся попотеть, но своего я добьюсь.
Неприятную ситуацию сгладило выражение лица Тобса, когда мы всем составом явились пред его светлы очи.
Мастер–наставник и не думал ждать нас так быстро, потому полулежал в любимом кабинете, прихлёбывая ромашковый чай, и моделировал полосу препятствий, заставляя программу менять местами ловушки, углублять их, усиливать. Блаженствовал по–тренерски.
— … прибыли по вашему приказанию, — скороговоркой выпалил Кир, заявляясь к нему без стука.
Мы разноцветными тенями ворвались в кабинет и рассредоточились, чтобы видеть лицо любимого тренера и ничего не пропустить.
Да, немного растрёпанные, в платьях, украшениях и нарядах не по уставу, но зато уложились по времени!
Тобс недоверчиво моргнул. Заглянул в чашку, будто надеясь, что ему подмешали галлюциногенов и мы мерещимся. Моргнул ещё раз. Затем недовольно поджал губы и оглядел разноцветное воинство.
— Одежда неуставная, — процедил он, обращаясь к Киру.
— Так точно. Исправим!
Было видно, как в Тобсе сражаются гордость за подросших, оперившихся птенцов, и недовольство за испорченную великую пакость.
Гордость победила.
— Идите спать. Завтра свободный день. Так уж и быть, совсем свободный. Организую себе нормальный выходной.
Стоило только выйти из кабинета, как я услышала тихое «разрешите обратиться». Удивлённо обернулась, но дверь захлопнулась перед носом, оставляя наедине с Тобсом первую красавицу группы.
— Ставлю на Ладу, — тут же оживился Дитер.
— Селена её сделает, — поддержал Костас, ударяя рыжего по руке.
Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы понять причину спора парней. Ято, наивная душа, подумала, что девушка планирует поговорить с Тобсом о планах на будущее, а не соблазнять его.
Пора делать ноги, а то моё ошалевшее лицо отпечатается в сознании одногруппников и они лишь убедятся, что я полный профан в любовных делах.
Кстати, о них!
Набрала сообщение Марусе, интересуясь, встретила ли она Дамира в космопорту, как собиралась, но в ответ получила лишь городской адрес и интригующее «приезжай в любое время».
— Странно, — пробормотала себе под нос.
— Идарика, я бы хотел с тобой поговорить, — обратился ко мне Дитер, когда мы дружно спускались на свой этаж.
— У меня подобного желания нет, — ответила нейтрально и зевнула.
— Это касается Нариссаль, — попытался заинтриговать меня рыжик, но я слишком хорошо знала его уловки.
— Она взрослая девочка и самостоятельно принимает важные решения. А теперь прости, но я пойду к себе. Устала. Спокойной ночи, — попрощалась с одногруппниками, исчезая в своих владениях.
Прекрасно понимала, что сбежала от разговора. Я замечательно выспалась в лесу у ручья и сейчас была полна сил и энергии, вполне могла пробежать заданную Тобсом дистанцию, протанцевать всю ночь и встретить рассвет. Но говорить с рыжиком не хотела. И видеть его тоже. Любая встреча с ним — что прогулка по минному полю. Нет уж. Я заслужила перерыв.
Кроме того, указанное в сообщении Маруси «любое время» манило бросить всё и лететь по заданным координатам.
Приняла душ, надела струящееся по телу тёмно–синее платье, собрала волосы в пучок и забежала к роботу–стилисту.
— У меня пара минут, нужен естественный образ, — дала целеуказание, надеясь, что Дитер со своими уникальными способностями спит без задних ног и не кинется вдогонку.
— Будет сделано! — проговорил стилист, вызывая подмогу с кистями для макияжа и начиная накручивать светлые локоны, чтобы распустить их шёлковым изяществом по спине.
 
Я так привыкла наскоро собирать волосы в узел или косу, что лишь готовясь к празднованию у Маруси осознала, что они отросли ниже талии и привлекают внимание. Нариссаль точно уловила момент, когда комплименты мужчин доведут меня до решения отрезать лишнюю длину, а затем одним аргументом убедила не совершать ошибку. «Дамиру они тоже понравятся», — заметила она кротко. Если бы не бесстыжее выражение её лица, я бы даже поверила, что она не пытается манипулировать.
Вызвала крохотный одноместный флай, отключила автопилот и с удовольствием подняла транспорт в небо. До чего здорово иметь официальный допуск ко всей гражданской технике, включая такси, не передать словами.
Указанный дом располагался в деловом районе города и не вызывал подозрений, однако я немного покружила вокруг, собираясь с духом и присматриваясь, пока на браслет не пришло сообщение, что меня заметили и с нетерпением ждут, а следом вспыхнуло огнями посадочное место.
Стоило выбраться из салона, как навстречу выкатилась довольная Маруся и принялась кружиться, демонстрируя супермодный наряд из белоснежного партиса.
— Дамир специально летал мне за подарком, представляешь! Знал, что я хочу быть в тренде! — восторженно болтала она, млея от комплиментов, которые я едва успевала воткнуть в те редкие мгновения, когда кофемашина делала театральные паузы.
— Ты шикарно выглядишь! Тебе очень идёт! — заверяла я, следуя за довольной модницей. — А где мы?
— Дома, — ответила принцесса–невеста в белом.
Едва не переспросила, где–где мы находимся, но не позволила себе настолько выразить удивление. С шага тоже не сбилась. Дома, так дома. Главное, на безопасной территории. Можно расслабиться и снять часть щитов. Не все, конечно. Несмотря на то, что Дамиру я доверяю на двести процентов, предпочитаю хранить некоторые данные за семью замками, особенно это касается снов с его участием. Подсознанию ведь не объяснить, что мне нет восемнадцати и эротику смотреть и тем более генерировать категорически запрещено.
Хорошо, законы не распространяются на подсознание!
Мысль подняла настроение.
— Привет. Люблю, когда ты улыбаешься.
От неожиданности вздрогнула. Замерла на долю секунды. Осознала, что в присутствии Маруси и учёного настолько привыкла ощущать себя в безопасности, что даже вне стен суперзащищённой лаборатории преступно расслабилась. Не отследила ни–че–го! А ведь я нахожусь на просматриваемом и прослушиваемом открытом пространстве, мы ещё не вошли в безопасную зону.
Сделала зарубку на будущее не руководствоваться привычками, отследить все приобретённые условные рефлексы, научиться их контролировать и предотвращать подобное безобразие.
К Дамиру подошла собранная, уверенная в себе и спокойная.
— Привет. С возвращением, — проговорила с нежной и немного смущённой улыбкой.
Тяжёлая рука опустилась на талию, притянула меня к огромному, горячему мужскому телу, оставив расстояние в несколько миллиметров. Для приличия.
Щёки обожгло кипятком.
— Пойдём в дом.
— Угу, — выдавила, потому что голос отказался повиноваться. Я не привыкла к прикосновениям, тем более — к прикосновениям любимого мужчины, и сейчас млела и таяла со скоростью упавшего на горячий песок кубика льда.
— Всё в порядке? — уточнил Дамир, останавливаясь.
Почувствовала, как нажим на талии начал ослабевать. Ну нет, я так не играю.
— Да, пойдём, — проговорила уверенно и твёрдо. И всё бы хорошо, если бы не пришлось прочистить горло коротким кашлем. Не сомневаюсь, что он отметил этот факт, но смущать меня больше не стал.
В отличие от Маруськи. Хулиганка в белоснежном кружеве на бешеной скорости пролетела мимо нас, в центре просторной гостиной резко остановилась и закружилась, заставляя платье взлететь невесомым облаком вокруг стального брюшка. Очень симпатичного и довольно мигающего всеми лампочками, надо сказать.