Воин из Ниоткуда (СИ)
— Я найду его. — опустил руку на плечо Олега Араз. — В Степи ему некуда податься. Мои люди отыщут его.
— Хорошо. — согласился воевода. — Главное, что он уже не опасен.
Подгоняя командами десятников, светлогорская дружина и сотня оранцев выстроились широким строем перед домом воеводы. Еще раздавались отдельные голоса и выкрики, но основная масса воинов замерла в ожидании речи воеводы. Олег восхищенно смотрел на сверкающее на солнце доспехами свое войско. Несмотря на то, что многие из них первый раз столкнулись с врагом, обнажив против него свой меч, они оправдали его надежды, могучей волной пройдясь по неприятельским ордам. Они с честью выдержали тяжкие испытания.
— Слушай, Потак, ты всю свою дружину привел что-ли? Тут же сотни две с половиной будет, если не больше, а моих-то воев всего полторы сотни осталось.
— Это не моя, это твоя дружина! — удовлетворенно хмыкнул тот. — Если бы ты сам возглавил этот поход, я думаю, их еще больше было бы. Это все те, кто захотел идти с тобой к князю. Примешь под свою руку?
Не в состоянии проронить ни слова от нахлынувших чувств, Олег лишь благодарно пожал руку довольному воеводе.
— Вои ждут тебя. — шепнул ему на ухо Межата, указав головой на собравшихся.
Кивнув, Олег сделал шаг вперед и оперся о резные перила крыльца. Позади него встали Араз, Потак и Межата. Вздохнув побольше воздуха в легкие, Олег начал говорить срывающимся от волнения голосом. Но по мере того, как он успокаивался, его голос набирал силу и уверенность, звонким металлом разрывая холодный воздух.
— Други мои, братья! Вы сделали великое дело. Вы не только освободили наши земли от вероломного врага и отомстили ему за сожженные веси, безжалостно убитых селян, вы нанесли ему окончательное поражение, разгромив его в его же норе. Много лет ваши братья и сестры прятались по лесам, спасая детей от поганых шакалов. Теперь с этим покончено. Вы с честью пронесли княжеский стяг по безбрежной Степи, снискав себе славу непобедимых. — переждав бурные крики, Олег продолжил. — Но я еще больше горжусь вами оттого, что вы не очерствели сердцами, не стали подобно каменным глыбам. В последней сече с вами бок о бок бились те, кого мы еще вчера называли врагом. Но ваши горячие сердца помогли вам отличить друга от недруга и протянуть ему открытую ладонь. Не оранцы наши враги, а те озверевшие похотливые твари, что нарушили честь воина, покрыв себя несмываемым позором. И они захлебнулись в проклятьях убитых ими женщин и детей, беспомощных стариков. Но оранский народ, очистившись от этого смрадного отребья, призывает нас к дружбе, и мы с открытым сердцем принимаем ее. И последний бой тому доказательство. — Олег видел, как осветились улыбками хмурые лица степных воинов, как стоящие рядом с ними дружинники дружелюбно похлопывали по спине. Дай бог, чтобы так было всегда. — Я пришел сюда малой дружиной, в сто пятьдесят мечей, сейчас же вас почти в два раза больше. Нас еще ждут большие испытания. Не так много времени осталось до того, как мы должны выступить на помощь нашим соседям танагорцам. И здесь тоже еще наши дела не завершены, настал черед созидать. Но в одном я совершенно уверен — мне никогда не будет стыдно за вас, и я благодарю Корса за тот день, когда он свел нас вместе. Слава павшим, и Слава вам, живым героям!
Гром трех с лишним сотен голосов и блеск трех сотен клинков выразил всеобщее чувство ликования.
— А ты не только мечом махать горазд. — выразил свое удивление Потак. — Всех за душу зацепил.
— Я только сказал, что думаю.
* * *В тот же день Араз, тепло простившись со всеми, повел оранскую сотню обратно в степь. Перед ним стояла нелегкая задача объединить разрозненные рода оранского племени в одно кагарство и разгромить шатающиеся по степи уцелевшие отряды шурусов. Арана долго махала ему в след с крепостной стены, провожая взглядом удаляющихся соплеменников. Дождавшись, когда последний оранский воин исчез из виду, она повернулась к стоящему позади нее Вадару.
— Я люблю тебя, мой повелитель. — улыбнувшись сквозь слезы нежным голосом прошептала она. — Теперь я вся в твоей власти.
— Ты — княжна моего сердца, мое сокровище. — Вадар притянул девушку к себе и ласково поцеловал, стирая губами с ее лица полосы слез. — А он обязательно еще вернется и очень скоро. Иначе я с братьями и друзьями сам к нему наведаюсь.
— Ты у меня прямо грозный тигр! — счастливо засмеялась оранка.
* * *Не задержался в крепости и Потак. Обсудив с Олегом последние события и одобрив строительство крепости на Рожке, он отбыл в Белогоч к князю, взяв с собой лишь пятерых дружинников. От него Олег и узнал, что наместник Дикой земли Добрав так и не оправился от болезни, и не дождавшись освобождения Стельца умер, и кто возьмет осиротевший край под свою руку, ведает только князь.
Проводив воеводу, Олег не спеша возвращался к себе. Сердце тоскливо щемило от грусти, он уже успел соскучиться по Белогочу, по Божару с Весенкой, Обруду с Могуром. Скоро месяц, как они оттуда уехали. Быстрее бы вернуться и… дальше, за горы. Как она там, его Олана? Хоть бы одним глазом взглянуть на нее. Тяжело вздохнув, Олег прибавил шагу и почти нос к носу столкнулся с Рогводом.
— Ты что бродишь, друже? Лежал бы себе, да лежал, Межата того и гляди за хворостину возьмется.
— Да ну его. — отмахнулся Олег. — От Вочары что-ли ворчать научился, проходу не дает. Можно подумать, кроме меня других раненых нет. Еле вырвался, чтобы Потака проводить.
— Силен медведь. — уважительно отозвался о последнем ханкас. — Только все равно годы свое берут, тяжело ему за молодыми гоняться. Неужели и мы такими будем?
— Будем. — весело рассмеялся Олег. — Представь, сидишь ты у печи, внуков нянчишь, сказки про свои подвиги им рассказываешь.
— А за спиной бабка ворчит. — подхватил Рогвод. — Нет, это не для меня, мне даже думать об этом страшно. Я в какой-нибудь битве рядом со своим мечом лягу, по мне, так это куда привычней.
— Нашел к чему привыкать. — усмехнулся воевода. — Успеем мы еще к Корсу, столько ждал, и еще подождет. У нас и тут дел не в проворот. А тебе жениться надо.
— Так вы ж всех девок расхватали! — гаркнул с хохотом Рогвод. Олег лишь покачал головой, смеясь над словами ханкаса.
— Ладно, сам тебе подыщу. Слушай, будь другом, собери всех десятников, надо кое-какие вопросы обсудить.
— Это я мигом. Только надоела мне твоя присказка. Вроде давно друзья, а ты все «будь другом».
— Да ладно тебе, к словам цепляться. Лучше скажи, как Кураб уйти смог? А то все не до этого было, забывал спросить.
— Да пес его знает. — пожал плечами ханкас. — Толи его не было под Стельцом, толи нюх у него как у лисицы. Мы ж налетели с трех сторон, раскидали всех как щенят. Ну никого в полон и не брали, а когда кинулись эту гадину искать, уже и спросить некого. Глупо получилось. Да и куда он мог деться? Этот мальчишка Сагер со своими сопляками сразу же к его шатру прорвался, мы с Андреем еле успели за ним.
— Ну? — вопросительно посмотрел на него воевода, хмуря брови.
— Что, ну? Это они только с виду сопляки. Мы когда подскочили, там уже и делать нечего было, они всю личную стражу Кураба собакам на корм порубали. Только в шатре никого и не было, лишь добро награбленное.
— А в крепости?
— Да мы туда и заходить не стали. Они же сами сдались, без боя, мы их даже попросить не успели. — со смешком прогудел десятник. — Там только Араз был, да Андрюха с Клюдом. Пусто.
— Ладно, если он в степи, Араз его сыщет, а если к ваглам подался, разберемся и с ними. Собирай совет, а я пойду. — Олег зябко поежился на морозе. — Ни как сил не наберусь.
— Главное, выжил, а остальное со временем. Ты и так Межату до белого колена доводишь.
* * *Небольшая комната, где собрался Совет, напоминала пчелиный елей: спорящие друг с другом десятники производили такой шум, что гул голосов, повиснув в воздухе, заполнял все пространство помещения. Камнем преткновения стал вопрос о том, где ставить крепость, а самое главное — когда. Некоторые предлагали вообще отложить это дело до возвращения из похода на Ларконию, и, не задерживаясь более, отправиться в Белогоч. Наконец после долгих споров и препирательств было решено ставить крепость на месте покинутой веси Луда, на речке Рожке. И чтобы не откладывать строительство цитадели на долгий срок, также было решено задержаться еще на две-три седмицы и подготовить место под застройку.