Как спасти детей и фигуру (СИ)
Впрочем, присматриваться я и не стала. Шарахнулась назад, натыкаясь на коробки, выставленные одна на другой Пизанской башней. Они покачнулись и с грохотом полетели на пол. Пискнув, я едва успела отскочить в сторону, но одна все-таки ударила меня по плечу.
– Ну, что же ты такая неосторожная? – послышался бархатистый голос.
Мужчина подошел ко мне плавно и бесшумно, как зверь. Я, потиравшая плечо, испуганно замерла. Теперь, вблизи, удалось разглядеть его лицо с четкими и решительными чертами. Волевой подбородок, резкую линию губ и хищный взгляд. Такой же темный, как черные волосы, чуть поблескивающие в тусклом свете фонаря.
– Откуда т-ты здесь? – голос дрогнул, истерично сорвался. – Что тебе нужно?! Убирайся!
– Смени тон. Или забыла, кто я? Так я напомню. Роман Ястребов. Год назад, «Камилла Холл», – мужчина усмехнулся, оценивая реакцию. – Что? Вспомнила, детка?
Пользуясь тем, как я оцепенела, он протянул руку. Сильные пальцы с чуть загрубевшей кожей отвели прядь волос. А потом и вовсе скользнули вниз по щеке, к губам.
Тело отреагировало само. В лучших (или все же худших) традициях любовных романов, к которым я питала тайную слабость. А именно сбитым дыханием, жаром и слабостью. Бред какой-то! Я встрепенулась, искренне надеясь, что это температура, неизвестный науке вирус и предвестия мучительной кончины… в общем, что угодно, но не слабость перед едва знакомым мужчиной! Да еще и Ястребом.
Глава 8
Ястреб. Человек с паутиной связей по всему городу и привычкой брать все, что пожелает. А мое тело взяло и выдало: «Ну, и пусть берет. Прямо здесь, у стеночки».
– Никакая я тебе не детка! И руки убери! Я… я кричать буду!
Я попыталась оттолкнуть его ладонь, но тут же попалась в ловушку. Ястреб цепко перехватил запястье, притягивая ближе. Казалось, даже не заметил, как я начала вырываться. Только хищные глаза чуть прищурились в полутьме. В них блеснул горячий огонек. Заметив это, я отчаянно заколотила свободной рукой в грудь Ястребу. Лучше быть истеричкой, но живой истеричкой!
Он выдохнул горячо и зло, жестко перехватывая за плечи. Я оказалась впечатана спиной в стену. Ястреб оказался близко-близко. По одному выражению лица понятно: шутки кончились. Прочувствованно шмыгнув, я постаралась оттянуть свою участь вопросом:
– Как ты вошел?
«Да легко, – фыркнул внутренний голос. – Таким, как он, все двери открыты!»
Ястреб вздохнул, закатывая глаза.
– Тебе же не хватило мозгов запереть дверь с утра. Так же, как подумать перед тем, как нагребать партию чаев и смесей для похудения, которые теперь складируются у тебя даже в туалете. Потому что ты ничего не смогла распродать. Детка, – с особым издевательским наслаждением припечатал он.
Щеки горячо вспыхнули. Ну, не вышло из меня бизнес-леди, зачем напоминать? Я и так об этом каждое утро помню, когда смотрю на два ящика чаев, стоящих напротив унитаза. И очень символично напоминающих, куда были спущены деньги.
– Пусти меня! – снова дернулась я.
Ястреб сжал пальцы жестче. Он чуть наклонился, компенсируя разницу в росте, и наши лица оказались напротив.
– А теперь послушай меня внимательно, Катя, – чеканя каждое слово, начал Ястреб. – Я выкупил твои долги. Так что я могу называть тебя хоть деткой, хоть зайкой, хоть своей личной рабыней. Тебе ясно?
Я отвернулась, только бы не смотреть в глаза, но он явно не привык уступать. Цепкие пальцы силой развернули за подбородок, и горячие губы накрыли мои жестко и требовательно. Одновременно сладко и безжалостно. Ястреб целовал жадно, как добычу. А я не могла ни дышать, ни связно мыслить. Только подчиняться, принимать уверенные касания сильных рук.
Оторвавшись от моих губ, Ястреб горячо шепнул на ухо:
– Может, и забыть о процентах? Убедишь меня, что скажешь?
Он потерся кончиком носа о мою шею, жадно вдыхая аромат духов. Я мигом пожалела, что выбрала именно эти. С феромонами, как обещала продавщица. Лучше бы чеснока по карманам насовала! Авось и отпугнула бы, как вампира из фэнтези-книжек, которые строчит моя мама.
Кое-как восстановив дыхание, я оттолкнула Ястреба. Дыхание сбилось, а волосы растрепались. Во взгляде наверняка разгорелся лихорадочный блеск. И все же я выдохнула, гневно сверкая глазами:
– Уходи… убирайся из моего дома!
Ястреб усмехнулся, отпуская. Он захватил свою кожаную куртку, которую бросил на подлокотнике кресла, и расслабленно перекинул через плечо.
Я замерла у стены, напряженно следя взглядом. У двери Ястреб обернулся, с усмешкой бросив:
– Еще увидимся.
Он ушел, и я медленно сползла по стене на пол, чувствуя, как еще подрагивают пальцы от страха.
***
Придержав подол простого платья, Кассия бросилась в узкий переулок. Несколько горожан тоже ринулись на помощь, но отсеялись где-то в сплетении улочек. Кассия осталась одна, задирая голову, чтобы уследить за Дамианом. Он отбивался от обеих гарпий, перескакивая по крышам.
На ходу Кассия пошевелила пальцами, собираясь использовать магию. Она заколола на кончиках тонкими молниями. Дамиан глянул было вниз, заметив знакомый силуэт между домами. Но в этот момент гарпия с ребенком взмыла высоко-высоко… и разжала когти. Мальчишка закричал, беспомощно размахивая руками в воздухе, и полетел к земле. Дамиан бросился вперед.
Так же сделала и Кассия, но тут ее грубо схватили сзади. Пробегая мимо аккуратных двухэтажных домиков, она и не заметила, как в щели между ними притаился человек в черной одежде. А сейчас он жестко зажал рот ладонью, затягивая туда, в густую тень.
Кассия забилась в хватке, попыталась использовать магию… Не успела. Тонкая иголка кольнула кожу на шее. Не слишком сильно. Наверно, даже не до крови. Но в голове резко помутилось. И когда хватка сильных рук разжалась, у Кассии ослабело все тело. Она ухватилась за стену, лишь бы не упасть. А напавший мужчина бросился прочь. Гарпии тоже взмыли ввысь, растворяясь в ярко-голубом небе.
В переулок забежало несколько человек с площади. Они встретили Дамиана, спрыгнувшего на землю. Он все-таки успел поймать малыша и теперь сунул его рыдающей матери. А сам завертел головой, выкрикивая:
– Кассия! Кассия, где ты?
Из последних сил Кассия вышла из тени, едва держась на ногах.
– Я… здесь… – еле-еле шевельнулись губы.
Дамиан испуганно бросился к ней. Вовремя. Ведь в ушах оглушительно зазвенело, и колени подкосились. Кассия обмякла на руках Дамиана, проваливаясь в вязкую, как болото, темноту.
А в голове напоследок промелькнуло: «Значит, тогда, год назад… та ведунья, которую мы посчитали преступницей, была права».
***
Дамиан подхватил на руки оседающую жену. Он сам не понял, как добрался с ней до коновязи. Как вскочил на лошадь, чуть не загнав ту, пока мчался во дворец. Стражники быстро-быстро открыли ворота, едва увидели императора с развевающимися на ветру огненными волосами и почти безумным блеском в глазах.
К счастью, целитель – старик-маг по имени Карл – оказался на месте. Он влетел в покои, где Дамиан суетился вокруг кровати с Кассией. Она лежала неподвижно, только грудь мерно вздымалась. С каждой минутой – все медленнее и слабее.
Подскочив к кровати, Карл ухватил Кассию за руку. Сжал запястье, смерив пульс, потом тронул лоб и приподнял ее веко, посветив искоркой магии. Послышался шумный старческий выдох. Карл качнул головой, отчего всегда чуть растрепанные седые волосы еще сильнее разметались. Он стал перед кроватью, протянув вперед руки. Несколько медленных пассов – и Кассию окутало зеленоватое облако магии.
Дамиан нетерпеливо подался вперед. Он взволнованно сжал кулаки. От магии повеяло легким, чуть прохладным ветерком, шевельнувшим волосы. А потом она мгновенно погасла. Лицо Кассии показалось еще бледнее, чем до этого.