Как спасти детей и фигуру (СИ)
При виде него Ястреб отступил на шаг. Конечно, девчонку можно легко скрутить, если нападет, но зачем связываться с чокнутой? А вот Кима, как назло, бросилась вперед, прямиком в ритуальные знаки. Девушка вскрикнула от неожиданности, и томик выпал на пол.
– Черт возьми! – она возмущенно взвилась на ноги. – Кто пустил сюда собаку?!
Кима понюхала увесистый магический томик и, презрительно чихнув, потерла лапой нос.
– А что? – нахально усмехнулся Ястреб, скрещивая руки на груди. – Демон не призовется? Придется младенца в жертву приносить?
Девушка стиснула кулаки. Волосы слегка растрепались, а в голубых глазах вспыхнули злость и вызов. На эмоциях дыхание сбилось, и пухлые губы слегка приоткрылись.
– Сейчас я сама тебя в жертву принесу! Такой ритуал испоганил! Теперь только через месяц, на подходящую луну.
Глава 20
– И что за ритуал? На вселенское могущество, госпожа великая ведьма? – презрительно фыркнул Ястреб. – Или на скатерть-самобранку с тирамису?
Девушка сощурила ярко-голубые глаза. Подобрав книгу, она прижала ее к груди, будто желая закрыться.
– Меня зовут Милли, – холодно отрезала девушка. – По-твоему, я похожа на идиотку?
– Нет? Не тирамису? На диете, что ли? Тогда для похудения, наверно? – издевательски усмехнулся Ястреб.
– Хотела спросить у духов, кто мой суженый! Не приведи вся магия Моорема, что это знак, что мой жених будет таким же безмозглым, – закатила глаза Милли.
– Ты что себе позволяешь, девочка? Ты знаешь, кто я? – прошипел он.
Ястреб шагнул вперед. Так и захотелось выдернуть книжку у нее из рук, а саму нахалку встряхнуть, как следует!
– И кто же? – изогнула бровь Милли.
«И правда, кто? – поддакнул внутренний голос. – Попаданец, у которого где-то на Земле сеть ювелирных магазинов и заводов? Супер достижение, ничего не скажешь!»
Решив сыграть по-грязному, Ястреб приосанился.
– Скоро буду охранять саму императрицу! – гордо заявил он. – Не слышала разве о боевом маге Ястребе?
Милли не впечатлило. Склонив голову набок, она со скучающим видом подытожила:
– Стражник, значит.
– Зато не девчонка, гадающая на суженного в подвале.
– Да если я щелкну пальцами, тебя до конца дней будут преследовать во снах безумцы и убийцы всех времен! – Милли возмущенно шагнула вперед.
Они оказались так близко, что Ястреб ощутил аромат духов. Цветочный, чуть отдающий липовым медом и травами. Вплотную Милли показалась еще более изящной: ниже на голову, с осиной талией и тонкими запястьями, украшенными амулетами. Так что в ответ на угрозы Ястреб лишь хмыкнул:
– Детка, я сплю, как убитый. Так что не напугала. А теперь лучше проводи меня к дворцовой страже. Нужно оформиться. Или как там это у вас называется.
***
Дамиан затолкал меня в ближайшую небольшую гостиную. Несмотря на теплую ночь, в пасти камина тлели уже гаснущие угли. Они и позволяли разглядеть хотя бы контуры мягкого диванчика и пары кресел, а также нескольких книжных шкафов у стенки. Хотя какие, к черту, книжки, когда на тебя надвигается крайне злой муж?
– О чем ты только думала? – прошипел Дамиан, оттесняя меня вглубь комнаты.
Я попятилась, но в итоге, наткнулась на обитое бархатом кресло. Так и замерла возле него, вздернув подбородок. Нужно же как-то показать, что загнана в угол, но не сломлена!
– А какая разница? Сейчас я имею все права на это тело! – ядовито выпалила я в лицо Дамиану. – Как хочу, так и рискую!
«Я же нужна тебе только, если веду себя, как копия Кассии, – с обидой подумала я, глядя в его зеленые глаза, темнеющие от ярости. – Но меня достаточно ломали с самого детства, вылепливая правильную девочку! Теперь ты примешь меня настоящую… или не примешь».
Лицо Дамиана ожесточилось. На миг я даже испугалась, когда он шагнул ко мне. Я за такой тон точно залепила бы пощечину. Но Дамиан лишь резко толкнул в кресло. Он навис сверху, упираясь ладонями в подлокотники.
– Что за детские выходки? Хочешь страдать ерундой – хотя бы позаботься о безопасности! Отряжу кого-нибудь из стражи дежурить рядом с лавкой. А Милли приставлю тебе в помощницы. Она – сильный и опытный маг, ты с твоими десятью заклятьями и рядом не стояла.
– Что?! Милли?! – я дернулась, надеясь ускользнуть. – За какие такие грехи?!
Дамиан ухватил за подбородок, заставляя посмотреть в глаза. Зрачки резко расширились, закрывая зеленый окаем.
– Еще одно слово – и я найду способ справиться с твоим упрямством. Прямо на этом ковре, – Дамиан кивнул на пол, а потом потянулся за поцелуем.
Я резко вырвалась и оттолкнула. Бежать, бежать, бежать! Пока тело снова не поддалось на эти сладкие искушения.
Каждый из нас помнит незамысловатую игру детства: кошки-мышки. Сразу по возвращению во дворец после охоты я успешно занялась этим с Дамианом. Я выдумывала себе новые и новые дела, часами пропадала в своей лавке с чаями для похудения, принимая посетителей. Все, что угодно, лишь бы не оставаться наедине с мужем.
Можно сказать, во дворец я приходила только ночевать. И то, проскальзывала в покои мышкой, лишь бы не потревожить Дамиана, и он не начал ни о чем меня расспрашивать. Я видела, как недоумевает мой муж, ведь мое поведение разительно изменилось. Раньше я сама игнорировала его равнодушие, висла на нем, желая пообщаться, узнать его получше, обменяться новостями. Подкарауливала после аудиенций, утаскивала в кабинет, где усаживалась прямо на стол, болтая ногами и пытаясь со смехом потребовать открыть виски из его личной земной коллекции. Мы болтали обо всем на свете. О детишках из приюта Элеоноры, о сорванцах, что бродили по комнатам нашего дворца. Вспоминали и про Землю, ведь Дамиан часто бывал там и оказался приятным собеседником. Однажды рыжий кот рассказал мне, как попал на футбольный матч, причем, в таких красках, что я просто легла на стол от смеха.
Я шмыгнула носом. Мне не хватало этого нашего общения. Легкого, дружеского, но с нотками флирта, когда Дамиан отпускал мне комплименты, а я имитировала смущение, но с удовольствием их принимала. Или когда я валялась на кожаном диване в его кабинете, провоцируя распущенным корсетом, а он в какой-то момент прижимал меня к нему, набрасываясь с поцелуями… Да, определенную грань мы не переступали. Но… С каждым разом заходили все дальше.
Слезы навернулись на мои глаза, когда я подумала об этом. Ведь теперь все это стало прошлым. Сладким прошлым, сотканным из иллюзий, когда я еще думала, что могу однажды встать на первое место в сердце Дамиана. Когда мечтала, что он полюбит меня, а ее – забудет. Свою покойную жену. Но теперь каждый раз при одном взгляде на Дамиана я вспоминала пушистый рыжий хвост анелоны. И жестокие, но правдивые слова моего мужа: «Я ненавижу тебя! Лучше бы ты умерла! Ты, а не она…»
Ком подкатил к горлу. Я не знала, как это простить. Как смириться с таким отношением Дамиана ко мне. Поэтому, чтобы не наломать дров, предпочитала избегать его общества. Это было сложно. Привыкший к нашим посиделкам муж учуял неладное, как охотничий пес. Он подкарауливал меня рано утром, когда горничная зашнуровывала на мне корсет и расчесывала волосы. Изредка заходил в мою лавку, которая, к счастью, находилась в городе, на главной улице, и поэтому Дамиан не мог постоянно пропадать, сбегая из дворца ко мне.
Я слегка забросила дела империи, полностью погрузившись в жалость к себе и работу в лавке. Пытаясь отвлечься.
Даже сестра заметила неладное и несколько раз пыталась осторожно вывести на откровенный разговор. Я отмалчивалась, не готовая открыться даже Элеоноре. Меня душил стыд. Как я, взрослая самостоятельная девушка, могла так низко пасть, попрошайничая взаимность у человека, которому не была нужна ни капли?! При одной мысли об этом меня тошнило. И слезы в подушку по ночам сделались моими частыми спутниками.