Как спасти детей и фигуру (СИ)
Мышь в лице Кимы презрительно чихнула, надышавшись библиотечной пыли. Стражник извинился, что помешал, и прикрыл дверь. А я вернулась к ритуалу. В компании надоедливой овчарки.
– Так! Так дело не пойдет! – когда я зажгла свечи, то помахала на Киму руками. – Еще или библиотеку спалишь, или всех духов распугаешь! Брысь отсюда!
«Брысь. Ну, да, – полезли в голову ироничные мысли. – Сейчас скажет, чтобы я мужа так своего прогоняла, кошака наглого».
К счастью, псина у Ястреба была, хоть и вредная в хозяина, но молчаливая. Она отошла в сторонку, чинно садясь в полутьме, подальше от свечей. Глаза приглушенно засветились болотно-зеленым, как всегда в темноте. Я поежилась, но решила не обращать внимания. У меня были дела поважнее. Стать на колени в центр ритуального круга, прикрыть глаза и начать читать заклинание.
Поначалу ничего не происходило. На пятой строчке я даже засомневалась, а вдруг ту книгу написал не маг, а автор-фэнтезист вроде моей мамочки?
А потом прохладный ветерок взъерошил волосы. Даже с закрытыми глазами я почувствовала холодный потусторонний свет. Дыхание испуганно сорвалось. Осмотревшись, я увидела, что зеркало светится. А вокруг ритуальных символов кружат призраки.
– Мамочки! – при виде призраков тихо пискнула я, прижимая ладони к груди, к бешено колотящемуся сердцу.
Кима прыснула куда-то между рядов книжных шкафов. Я попыталась окликнуть ее, но без толку. Только хвост мелькнул.
– Вот крыс-с-са… первая с корабля, – прошипела я.
Кима гулко гавкнула на меня, скрываясь в темноте. Видимо, сообщила, что ей больше нравится участь живой крысы, чем мертвой Катеньки.
Мы остались наедине. Я и призраки.
С ностальгией вспомнились привидения из книжек: благородные старушки в чепчиках и ночных рубашках или печальные юные девы. Здесь таких не было. Зато среди прочих я насчитала троих висельников с петлями на шее и двоих утопленников. Или кто там синеет и оставляет лужицы воды на полу.
Полупрозрачные, парящие над полом, призраки кружили вокруг ритуального круга и тянули ко мне руки. Остекленевшие глаза смотрели на меня безотрывно, не моргая.
– Иди к нам… иди… – шелестели голоса.
– Сами идите! Лесом! – истерично выкрикнула я, все так же стоя на коленях перед зеркалом.
«Они не могут пройти через круг, не могут», – как заклинание, снова и снова вертелась в голове мысль. Но особо не успокаивала.
Ближайший висельник вдруг сдернул петлю с шеи и замахнулся ей на манер лассо. Я машинально вскинула руку, закрываясь локтем. Толстая веревка тут же затянулась на запястье. Один рывок – и меня потянуло по полу. Прямиком к границе ритуального круга.
– Нет! Пусти! – задергалась я.
Один из утопленников опал лужицей воды. Она змеей подползла к линиям на полу, пытаясь размыть, убрать защиту. А висельник тем временем хищно усмехнулся.
– Что ты скалишься?! – заорала я на него. – Сожрать хочешь?! На том свете плохо кормят?!
Он нагло ухмыльнулся еще довольнее, перебрав по веревке узловатыми пальцами с отросшими желтыми ногтями. Еще и облизнулся, гад!
Окончательно запаниковав, я ударила магией. Яркая молния пережгла веревку. Висельник тупо моргнул, уставившись на огрызок, оставшийся в руках.
– Так тебе и надо! – я недовольно сдернула оставшуюся на запястье петлю. – Веганом становись, придурок!
Я вскочила на ноги, гордо отряхивая платье. Правда, долго мое ликование не продлилось. Ведь призраки накинулись все разом.
Они бились о невидимую стену, как бабочки о стекло. Какие-то вслепую ползали по полу, скребли ногтями доски возле линий. Другие пытались процарапать саму преграду в воздухе, и слышался въедливый скрип.
В меня то и дело летели веревки и петли… А потом дело дошло и до пары ножей, которую метнул призрак с крайне разбойничьим лицом! Пискнув, я едва успела отскочить. Лезвие свистнуло в считанных сантиметрах от шеи. А с разных сторон ко мне уже бросилось несколько веревок.
Утопленница на полу смогла снять тоненькую стружку дерева… почти разрушая защитный круг.
Я едва успевала отбиваться магией. Силы стремительно таяли, но призраки не давали ни секунды передышки. А шум от въедливого шепота, злого рычания, скрежета когтей и потустороннего воя сводил с ума… Не выдержав, я закрыла уши руками, крича изо всех сил:
– Милли!
Магия была на исходе, и я чувствовала: защита вот-вот прорвется, не получая достаточно моей энергии. Призраки, будто чувствовали, ломились еще сильнее. И вдруг сквозь шум послышалось:
– Дай руку!
Я резко распахнула глаза. Милли, такая же полупрозрачная, как и остальные, пыталась пробиться ко мне. Она тоже была призраком. Просто первыми выбрались самые агрессивные души.
А теперь появилась и та, которую я призывала изначально. Теперь бы только вернуть ее в мир живых, чтобы она могла возвратиться в свое тело.
Милли ручейком проскользнула сквозь толпу призраков. Тонкая бледная рука потянулась к ритуальному кругу.
Я на секунду замешкалась. Полезли мысли, вдруг это ловушка, иллюзия.
– Быстрее! – вскрикнула Милли.
Ее ухватило сразу несколько призраков, пытаясь оттащить обратно. Особо когтистый разбойник разорвал одежду на плече. Кто-то сцапал за волосы.
Зажмурившись, я сделала шаг за пределы ритуального круга. Призраки радостно взревели, бросаясь ко мне. Забывая про Милли, которая едва удержалась на ногах.
Я схватила ее за руку, дергая за собой, затаскивая в ритуальный круг. На последней секунде на нас кинулись двое утопленниц.
Закричав, я волной выплеснула магию. Те капли, которые остались. И как только Милли – точнее, ее душа – оказалась со мной в ритуальном круге, в ушах зазвенело. Перед глазами резко поплыло. Перед тем, как осесть на пол, я увидела, как треснуло зеркало – проход в мир духов.
«У нас получилось… Где-то там сейчас очнется Милли», – подумала я, падая в темноту.
***
Дамиан проснулся от того, как дверь в спальню распахнули. По ощущениям, с ноги. В реальности, с двух лап.
Кима ворвалась внутрь, подбегая к кровати и сверкая в темноте жуткими зелеными глазами.
– Тебе-то чего? Перепутала и хозяина не нашла? – буркнул Дамиан.
Он уже собрался отвернуться и для надежности укрыться с головой, как тут Кима нагло стала передними лапами на край постели. А из пасти свесилась какая-то ленточка.
Нахмурившись, Дамиан взял ее в руки. В воздухе загорелся маленький магический огонек. Он и позволил увидеть, что это. Закладка из одной из книг Запретной библиотеки.
– Катя! – сорвалось с губ, а сердце оборвалось.
Дамиан вскочил с постели. На ходу набрасывая рубашку, он бросился вместе с Кимой к библиотеке.
В голове крутился последний разговор с Катей. С этой наглой, взбалмошной и капризной девчонкой! С этой чертовой эгоисткой, которая требовала весь мир к ногам, наплевав на чужие чувства и эмоции, не оставляя даже простого человеческого права пережить потерю! С этой… этой… смелой и сильной девушкой, которая рванулась выручать кота в «Камилла Холл». И теперь отважно спасала почти незнакомую Милли, рискуя собственной жизнью.
Дамиан помнил каждый поцелуй с Катей. Они были совсем не такими, как с Кассией. Гораздо более жаркими, раскованными, искрящими напряжением с первого касания губ. Сейчас больше всего хотелось сгрести эту девчонку в охапку, наказывая жадным и страстным поцелуем, чтобы голова закружилась, а изящное тело ослабело.
Гаркнув на стражников, Дамиан влетел в полутемную библиотеку. Вдалеке горели свечи. Он бросился на свет, пробегая между книжных шкафов.
Ритуал уже закончился. Свечи горели мерно и ровно. На полу валялось разбитое зеркало, рядом – раскрытая книга. А Катя лежала, сжавшись в комочек на полу. Темные волосы разметались, а кожа невероятно побледнела.