Смерть на выживание или Кто не спрятался - я не виновата! (СИ)
– Извините, девушка, но так мы вас не отпустим, нас уволят по статье за попустительство хулиганской деятельности.
Вика взвыла, но суровые полицейские недрогнувшей рукой приладили голову панды на положенное природой место и накрепко застегнули на молнию-ошейник.
«Это происходит не со мной», – мрачно думала Вика, медленно варясь в собственном соку и усилием воли передвигая ноги.
Старый мех панды, не один год проживший в пыльном чулане и малость заплесневевший там, источал зловоние, подпитываемое «ароматом» собственного пота Вики, стекающего по спине и животу и впитывающегося в ткань костюма, как губка. Пока мех обдувался вентиляторами и был сухим, такого зловония он не источал, но теперь от миазмов кружилась голова и морщился нос.
«Верно говорят: ни одно доброе дело не остается безнаказанным! Захотела помочь сестрёнке карманных денег заработать – получи! Согласилась дяде Коле помощь оказать – волокись теперь до его кафе! Господи, я – серьезная женщина, официальная мать двоих детей, тащусь по городу в воняющей шкуре китайского редкого животного! Хорошо, что меня сотрудники и клиенты нашей конторы в таком наряде не узнают, а то засмеяли бы потом! Да уж, не просто жить в России рабочему человеку, особенно – в период пандемии».
Голова кружилась, в висках стучала кровь. К входу в кафе Вика притопала в полубессознательном состоянии и с облегчением нажала на звонок у запертых дверей с табличкой «Приносим извинения! Закрыто на спецобслуживание».
Николай Селиванов с широкой гостеприимной улыбкой вился вокруг клиентов, арендовавших его кафе на этот вечер для празднования дня рождения. Первый большой заказ, доставшийся кафе этим сумасшедшим летом 2020 года, года, который надолго останется в народной памяти! Именинником был тридцатилетний парень с модной короткой бородкой, приглашенными – по большей части такие же молодые парни и девушки. Именинника звали Славой и он желал знать, будет ли в программе вечера обещанный восточный танец живота.
– Конечно, будет, всё как договаривались, – заверял Селиванов, украдкой бросая взгляд на часы: его племяннице уже давно следовало явиться и подготовиться к выступлению. На вечеринках в кафе «Под виноградною лозой» обычно выступала танцевально-вокальная шоу-группа «Незабываемое пати», но у них, как назло, заболела девушка, выступавшая с восточными танцами, а эти чертовы танцы были клятвенно обещаны клиенту. Очень важному клиенту – парень был не из простых обывателей, его родственники работали в администрации области и занимали не самые последние посты, как и сам парень.
«Давно говорил Игорю, что надо обязательно завести в группе дублершу для Ольги! Все эти их подтанцовки под пение шлягеров – ерунда, клиент сейчас привередливый, хочет эксклюзивные развлечения, простыми песнями-плясками его не заманишь, а у Игоря только одна девица танец живота изобразить умеет – безобразие! Хорошо, что у моей племянницы такое хобби полезное, что она который год восточными танцами для поддержания формы занимается», – думал Селиванов, считая минуты и понемногу сдвигаясь от клиента к выходу, чтобы незаметно улизнуть и позвонить Вике.
Но клиент не отступал:
– А девушка-танцовщица красивая? – спрашивал именинник, уже успевший принять на грудь дозу алкоголя под легкие закуски, но еще помнящий об обещанном ему восточном танце.
– Красивая, – уверил Селиванов, – рыжая, с зелеными глазами.
«А еще – с твердым характером, спрятанным за обманчиво мягкой улыбкой и ямочками на круглых щечках», – мысленно добавил он.
– Красивая – это хорошо. А с этой красивой можно после выступления вечерок скоротать? – похабно ухмыляясь, спросил клиент.
– При добровольном согласии девушки – можно, она уже особа взрослая и самостоятельная. А если кто попробует без согласия – лично ноги всем ретивым поотрываю, – ответил Селиванов и в голосе его зазвучали ледяные нотки. Племянницу свою он любил, никаким молодчикам в обиду не давал, кем бы ни были их родственники и они сами.
– Понял, понял, – пошел на попятную клиент. – Я умею ухаживать за красивыми девушками и вообще не планировал без согласия. Так когда покажется ваша восточная красавица?
В этот момент прозвенел звонок. Селиванов подошел к входной двери, недовольно отметив, что прилипчивый клиент следует за ним.
– Кто там?
– Я, дядя Коля, – приглушенно ответил голос Вики, будто она говорила через платок.
«Наверное, в маске-респираторе пришла», – подумал Селиванов.
– А вот и наша восточная красавица, – возвестил он клиенту, широко распахивая дверь.
В холл кафе ввалилась панда. Косолапая, утробно вздыхающая и отчетливо воняющая мокрой псиной.
– Действительно восточная, – ошарашено согласился именинник Слава, – не поспоришь...
Глава 2. Безумный вечер.
Повисла немая сцена. Панда рухнула на широкий табурет у входа, Селиванов замер с открытым ртом, клиент молча хлопал ресницами, мысленно представляя себе, как будет выглядеть явно самый экзотичный танец живота, что он видел в своей жизни.
– Вика, что... ты почему в таком виде?! – завопил потрясенный Селиванов.
– Позже, дядя, позже, я сейчас задохнусь.
Именинник Слава оказался сообразительнее Николая Селиванова, мигом подскочил к панде, нащупал застежку поверх галстука-бабочки с огромными зелеными глазами и потянул замок молнии за язычок.
– НЕТ! Здесь голову снимать не надо! – донесся из нутра панды приглушенный мехом крик, но было поздно...
Голова отделилась от тела, собиравшаяся помешать этому панда вскочила на ноги, но не удержалась на лапах и повалилась на именинника. Клиент рухнул на пол и был погребен под слоем хорошенько пропотевшего плесневелого меха. Вонючее амбре после снятия головы заметно усилилось, волнами распространяясь по холлу.
– Фу! – восклицал клиент, морща нос и силясь скинуть с себя неповоротливое тело безголовой зловонной панды.
– А я говорила голову тут не снимать! – вопила Вика. – Поднимайте меня, мне самой не встать в этом костюме!
– Зачем ты нацепила эту вонючую гадость? – злился Селиванов, вздергивая вверх и ставя на ноги вначале племянницу, а потом – важного клиента.
– Долго рассказывать, в душ помоги дойти, а то я на этих лапах за все твои ковровые дорожки и пороги зацеплюсь, – зло ответила Вика, пиная голову.
Голова панды откатилась в дальний угол, где ее подобрал официант, давящийся сдерживаемым смехом.
– Паша, ты голову не выкидывай, в чулан положи, я завтра ее заберу, – попросила Вика знакомого парня-официанта.
Тот кивнул, Селиванов поспешно потащил племянницу в сторону служебных помещений, состоявших из большой комнаты отдыха, чулана и санузла, а к помятому важному клиенту оперативно подскочила девушка-администратор и повела пострадавшего умываться и очищаться от повисших на его одежде длинных меховых ворсинок. Попутно она скороговоркой выдавала извинения, обещала мигом привести всё в порядок и сделать всё, что угодно, для комфорта и довольства клиента. Лариса была опытным администратором и на ее профессионализм можно было смело положиться.
Селиванов затащил племянницу в ванную комнату с душевой кабинкой. По дороге он выслушал краткую версию ее сегодняшних злоключений и искренне посочувствовал.
– Полицейские – гады какие, могли бы машину вызвать, подвезти тебя, а не отправлять в этом пыточном устройстве маршировать почти два километра по жаре, – высказался Селиванов. – Приводи себя в порядок, как следует отмывайся от этого жуткого запаха и к Игорю топай – он тебе наряд для выступления выдаст.
– Погоди, не уходи! Мне без тебя шкуру не снять, она сзади на молнию застегивается, – остановила его Вика.
Селиванов тяжко вздохнул, прикрыл дверь ванной и начал расстегивать молнию, путаясь во влажном длинном ворсе. Мех то и дело застревал в замке, вынуждая кропотливо вытягивать его обратно и порой сильно дергать за язычок, рискуя сломать молнию. Вика просила обращаться с чужой собственностью аккуратнее – хозяева магазина «Панда» хоть и были людьми адекватными, но ремонт костюма ей пришлось бы оплачивать из собственного полупустого кармана. Молния постоянно заедала, но понемногу разъезжалась, взмокшей спины Вики касался прохладный воздух и она готова была стонать от блаженства и облегчения. Как же ей осточертела эта шкура! Она будет самым счастливым человеком на свете, когда скинет ее с себя!