Черные начала. Том 1. Том 2 (СИ)

— Когда закончат с ней.
А девушки уже успели поставить девчонку на четвереньки и заставить гавкать на весь лес. Их это явно веселило. Одна пнула её под рёбра, заставив скрючиться от боли. Другая пнула в грудь, заставив ту взвизгнуть.
— Ой-ой, я знаю! Знаю! — подняла руки Мэй, останавливая других. Я буквально видел в воображении, как растягивается её оскал. — Лизнёшь мне ножку?
— П-пожалуйста… не надо… — заревела та. — Умоляю…
— Как это? — искренне удивилась та. — Ты же предлагала это, нет? Я не ослышалась? — посмотрела она на подруг.
— Нет, всё так и было.
— Точно-точно!
— Сама предлагала же.
— Вот видишь, мы слышали впятером. Хочешь сказать, что мы ослышались?
— Не-е-е-т… — разревелась та.
— Так чего же ты тогда? — удивлённо склонила голову на бок Мэй. — Лижи. Лижи мне ногу, и быть может я передумаю делать тебя калекой, — улыбнулась она, выставив перед ней ногу. — Давай же, тебя за язык не тянули. Что хуже: лизнуть ногу или же стать на всю жизнь сломленной никому не нужной калекой?
Девушки рядом посмеивались, их явно эта ситуация забавляла. Они говорили так, будто разговаривали с лучшей подругой, пока девушку сотрясали рыдания. Только Ксу стояла с непроницаемым лицом.
— Пожалуйста… не надо… простите меня, пожалуйста…
— Лижи, — повторила Мэй, но голос уже не подразумевал, что у той есть разумный выбор. — Или тебе хвостик из ближайшей ветки сделаем.
Было ли мне жалко девку?
Да ни капли. Кто-то скажет, что надо прощать, нельзя опускаться на их уровень, но для начала таких людей надо выкопать из могил, их первыми же и мочат. Это везде так — сначала отморозки калечат человека, избивают, а потом со слезами на глазах просят прощения, что не хотели. Их прощают, и они принимаются за старое снова.
Расплата, за всё надо платить.
К тому же…
Я смотрел на то, как девка, ревя, снимает с Мэй носок.
К тому же… если она сама себя не уважает, если она не борется, не защищается и готова настолько опускаться, чтобы её не били, о чём тогда речь? Чисто братия этих всех чмошников, крысы — вместе сила, но за свою шкуру готовы ноги целовать, забыв о хоть каком-то достоинстве.
— Ну же… — подтолкнула Мэй ногу, и та принялась лизать той ногу.
Я, кстати, знаю, что у некоторых есть фетиш на это, лизать ноги. Вдруг ей нравится.
— Юнксу, останови это!
Но я лишь покачал головой. Пару минут назад эта девчонка собиралась меня сделать калекой и перечеркнуть шанс вернуться домой. У меня к ней не было ни капли жалости. Чмошница получила по заслугам.
К тому же, у меня встало от того, как она лижет Мэй ногу. Сначала языком, давясь слезами, тыльную сторону, пока Мэй не засунула ей пальцы в рот, которые она облизывала и обсасывала. А затем и вовсе ступню подставила. И та послушно начала лизать той ступню.
— А знаете, странное ощущение, — рассмеялась Мэй. — Такое… приятное и щекотное.
— Да ты извращенка! — со смехом фыркнула Вен. — Фу! Я бы не согласилась на такое.
— Да ей нравится! Ладно, достаточно! Другую ногу.
И, разревевшись ещё сильнее, принялась за работу.
Уже через пять минут одна из подруг вздохнула.
— Мэй, я устала…
— Ну… да, ты права, — она выдернула ногу и пнула девчонку прямо в лицо, разбив ей нос. — Проваливай.
Плача, та подскочила, запнулась и тут же получила от подруги по имени Вен огненной змеёй, словно кнутом, по спине, которая оставила красный след на её спине. Взвизгнула, упала снова, поползла на четвереньках и уже потом встала, скрывшись за деревьями.
— С каждым годом они становятся всё более жалкими, — пожаловалась Мэй, после чего посмотрела на меня и мило улыбнулась. — Ну что ж, настало время, и вот мы встретились, Кинс, а? А я ведь говорила…
  
Глава 46
 
— Юнксу, она мне не нравится, — категорично заявила Люнь. — У меня от таких мигрень начинается.
У меня тоже, особенно когда они начинают свои эти все игры, которые мозги имеют.
— Девушки, — улыбнулась Мэй, — это тот самый Кинс, охотник из дальних земель, что спас Пинга и вытащил на собственных руках меня и Ксу.
 
— Я представляла себе немного иного человека с твоих слов… — пробормотала одна из девушек, но тут же заткнулась, когда на неё косо посмотрела Мэй.
— Здравствуй, Мэй, — кивнул я. — Не ожидал, что встречу тебя здесь, если честно.
— Да? Не знал, что я с секты Восхода?
— Как-то не задумывался над этим. Просто поступил в ту, что казалась мне наиболее привлекательной.
— Значит, можешь считать, что тебя сама бесконечность сюда направила, — улыбнулась она. — Как знать, что бы было, не окажись мы тут.
— Я бы их всех убил, — пожал я плечами.
— Да неужели? — улыбнулась Мэй, буквально на глазах превращаясь в пай-девочку. — А мне казалось, что ты бежал к нам именно за этим.
— Тебе показалось, — мягко, чтобы не провоцировать тут вторую драку, ответил я. — Это было тактическое отступление.
— Может тактическое убегание? — хихикнула она, и все девушки рассмеялись. Ну, кроме Ксу, та смотрела на всё это, как и положено правильной девочке-старосте — с лёгким недовольством и осуждением.
— Тактическое убегание — это когда ты убегаешь, но тактически. Я же отступал.
Хрень сказал, но с умным видом, и, кажется, я заставил этим немного повиснуть их всех.
Эх… никогда не умел находить общий язык с девушками…
— Как… скажешь, — наконец выдавила из себя Мэй, после чего улыбнулась, а через мгновение рассмеялась вместе со своими подружками. — Как скажешь, конечно… тактический отступатель…
— Ну скажешь тоже… — хихикала другая.
— Как бы то ни было, не хочешь зайти к нам в гости? — предложила Мэй.
— Это же территория верхней деревни.
— Ну а я тебя приглашаю. Ты не знал, что можно просто пригласить к себе, и ты получаешь право пройти на территорию?
— Думаю, меня не обязательно приглашать, я скоро и сам поднимусь к вам.
Одна из девушек внимательно пробежала по мне глазами.
— Пятая ступень и всего на первой стадии? Долго подниматься будешь.
Я буквально меньше недели назад был вообще на первой ступени. Здесь чисто из-за ядра поднялся.
Я сам пробежался по ним взглядом. У всех уже уровень Созревания, и практически все они на стадии Наполнения сосуда где-то первой-второй ступени. Только Ксу была уже на пятой, если я не ошибаюсь.
Вообще, после слов главного чмошника, с которым у меня ещё будет разговор, и глядя на девушек, я понял, что здесь все имеют привычку сбиваться в стаи. То есть если в теории все должны были быть соперниками, каждый занимается собой и уже из поднявшихся идёт выборка, то в реальности люди просто образовывали группы, и те уже подавляли, а может и грабили других, выбивая себе преференции.
Если так оно и есть, то тогда становилось понятно, чё те меня невзлюбили. Увидели конкурента и решили избавиться.
Завистливые чмошники.
— Да, пятая ступень — это очень долго, — протянула Мэй. — Причём в нижней деревне вроде выдают куда слабее пилюли для повышения притока энергии, чем те, что у нас. Если мы тебе поможем, ты поднимешься гораздо быстрее, чем все остальные.
И стану зависимым от вас.
Вступать в подобные группы я не собирался, если только сам не буду её возглавлять. С одной стороны, ты прикрыт своими, да, но с другой, становишься подневольным. Скажут делать — придётся сделать, скажут отдать — придётся отдать.
— Нет, спасибо, куда большее удовольствие будет утереть им нос собственными силами. Долго ждать меня вам не придётся, — усмехнулся я.
— Опять убегаешь, — улыбнулась она.
Несмотря на то, что Мэй несколько минут назад унижала другую, пусть и заслужено, сейчас она была ну прямо вся такая правильная и хорошая вежливая девушка, которая даже бедного Инала не обидит. Да только картину портили стервозные подружки, которые во мне, кроме как жертву, никого больше не видели.
Да скорее всего я и был жертвой. А помня выводы у реки, что она из тех, кто привык получать своё, я был лишь ещё одной вершиной, которую она хотела покорить. Как возьмёт её — я стану не нужен. С одной стороны, я мог дать ей это, а с другой — пусть идёт в жопу. Пусть себе другую шлюху ищет, а я не буду жопой торговать, лишь бы от меня отстали.