Баллада о Лорелее (СИ)
— Во время очередного эксперимента один из испытуемых претерпел совершенно фантастическую метаморфозу, прямо на глазах исследователей превратившись в крылатое чудовище. Черное, с рогами, длинным шипастым хвостом и парой кошмарного вида когтистых лап… Тебе это ни о чем не говорит?
Катерина молчала, стиснув зубы. Не дождавшись ответа, Алекс продолжил:
— А вот мне говорит. Уж очень знакомые лапы я видел на записи допроса. А еще раньше на Венере. Насколько я понимаю, твоя золотая рыбка родом оттуда, с Лорелеи, не так ли?
Катерина полностью проигнорировала вопрос. Так, словно и не слышала его вовсе.
— А это твое черное чудовище, — сказала она. — Что с ним случилось потом?
— Ничего. Испуганная охрана спалила его лазерами. Так все-таки, я угадал?
— Угадал, угадал, — Катерина остановившимся взглядом смотрела на далекий горизонт.
В беседе неожиданно возникла длинная пауза, во время которой Алекс искоса наблюдал за своей собеседницей. Катерина молчала, сосредоточенно думая о чем-то своем, явно не слишком приятном. На этом фоне раздражающим диссонансом воспринимались радостные крики и смех со стороны веселящихся туристов.
Наконец, Катерина снова повернулась к Алексу:
— То, что ты мне рассказал… это точно? Откуда ты узнал о происшествии в лаборатории?
Алекс невесело усмехнулся:
— Каттнер рассказал. На Венере, в разбитом «Фениксе», когда мы, запертые в железной бочке, ожидали неминуемой смерти. А кто нас спас, знаешь?.. Парочка таких же крылатых монстров. Правда, потом, когда все закончилось, и мы с Каттнером немного пришли в себя, командир станции «Афродита» Богданов упорно пытался уверить нас в том, что мы попросту стали жертвой галлюцинаций, вызванных перегревом и ядовитыми атмосферными газами. Но я-то знаю…
Алекс сунул руку во внутренний карман куртки и вытащил оттуда сложенный пополам бумажный листок. Затем неторопливо развернул его и протянул Катерине.
— Довольно прозрачный намек на наших спасителей, — сказал он. — Одним из монстров была ты?
— Да, — просто сказала Катерина. Она внимательно разглядывала свой портрет, словно видела его впервые. — Глупо, наверное… но я не могла просто взять и улететь со станции, ничего тебе не сказав. Мне хотелось, чтобы ты знал… А на дядю Мишу не обижайся, он врал по моей просьбе.
Она протянула листок с портретом Алексу. Тот бережно его свернул и спрятал обратно в карман.
— Я так и понял. А кто второй? — спросил он.
— Рон, конечно.
— Все правильно, можно было даже не спрашивать. Выходит, я у вас в долгу.
— Выходит. Не сомневайся, тебе еще представится возможность его погасить. Причем, скорее, чем ты думаешь.
— Надеюсь. Ты же прекрасно знаешь, что я готов сделать для тебя все что угодно и без всяких долгов. Если, конечно, это будет в моих силах.
— Даже освободить из-под стражи? — хитро прищурилась Катерина.
Алекс усмехнулся в ответ.
— Я почему-то ожидал чего-нибудь в этом роде, — сказал он. — Скажу прямо: возможно, хотя сделать это очень непросто.
«И скорее всего будет стоить мне карьеры, — добавил он мысленно. — А может быть, даже свободы.»
— Пока не нужно, — враз посерьезнев, произнесла Катерина. — Извини за дурацкую шутку, я прекрасно все понимаю. Лучше вот что… Каттнер сказал что-нибудь еще?
— Да. Я тогда услышал много чего интересного… и в числе прочего весьма правдоподобную гипотезу о том, что за угоном «Ириды» стоит вовсе не компания наркоторговцев с Лорелеи, а совсем другие игроки.
— Кто? — быстро спросила Катерина.
— Одна из разведслужб СГСА, правда, не берусь сказать, какая именно. В Союзе Государств Северной Атлантики их как минимум два десятка. Однако можно считать практически установленным тот факт, что после происшествия в лаборатории военное ведомство СГСА мертвой хваткой ухватилось за воистину фантастическую перспективу превратить своих солдат в неуязвимых монстров. И незаконная экспедиция на Лорелею — их рук дело. Не сомневайся, ради достижения столь желанной цели они готовы пойти на что угодно. На этом фоне угон звездного корабля — еще цветочки, так же как и подстроенная позднее катастрофа «Феникса». Думаю, ты не станешь спорить с тем, что ваше с Роном существование представляет для них несомненный интерес. Причем настолько сильный, что они не остановятся ни перед чем ради того, чтобы наложить на вас свои грязные лапы. Глупо, конечно, призывать тебя к осторожности… но я призываю.
— Спасибо, Алекс, я поняла.
— Это еще не все. Именно сейчас на орбите Цереры находится военный крейсер СГСА «Скай Хантер», и его присутствие внушает мне нешуточные опасения. По моим данным, он торчит здесь уже несколько дней, причем никакого вменяемого маршрута его передвижения до сих пор озвучено так и не было. Никто не знает ни целей его пребывания здесь, ни дальнейших намерений. Вот я и подумал, уж не по твою ли душу он сюда заявился?.. Военные любят темнить…
— Ты серьезно? Откуда им знать?
— Ну, положим, на Радаманте ты наследила достаточно сильно, даже если не брать в расчет доклад Романа… Знаешь, а давай-ка я обеспечу тебе охрану? Круглосуточную, ненавязчивую… ты их даже не заметишь.
— Из твоих разгильдяев? — усмехнулась Катерина. — Которые будут таскаться за мной повсюду в любое время дня и ночи, а затем, пуская слюни от вожделения, подглядывать, что я делаю в ванной? Спасибо, не стоит. Я сама вполне могу позаботиться о собственной безопасности. Надеюсь, ты не сомневаешься в моих способностях?
— Ну зачем ты так, — немного обиженным тоном произнес Алекс. — Мои коллеги из местного отдела — профессионалы высшего класса, многих из которых я знаю лично… и если они получат соответствующий приказ…
— Спасибо, Алекс, — Катерина примиряющим жестом тронула его за руку. — Я ценю твою заботу, но это действительно излишне. Мне не привыкать прятаться от людей, в последние годы мы только это и делали. Очень уж не хотелось, чтобы наши секреты перестали быть таковыми.
— Тогда зачем же ты объявилась здесь, да еще так ярко, — пожал плечами Алекс. — Твои подвиги на Радаманте забудут очень не скоро, как и пару демонических лап с когтями, фигурирующих на записи допроса. Сейчас их видели только мы с Романом, но поверь, так будет недолго… Как бы тебе помягче сказать? Секретность, видишь ли, соблюдают совсем по-другому.
— Да знаю я, — досадливо сказала Катерина. — Ну не смогла удержаться! Сначала там, на Венере… когда не осталось никакого иного выхода, чтобы вытащить вас из огненной ловушки… потом катастрофа с дядей Лешей на Радаманте… По-твоему, я должна была дать вам всем благополучно умереть?
— Не-ет, на это я категорически не согласен. По мне, так черт с ней с секретностью.
— Вот видишь… Наверное, самую большую ошибку я совершила, когда покинула Лорелею. Вот тогда уж точно мысль о нашем существовании никому даже в голову не пришла бы. Разве что дураку Гюнтеру.
— Ты знаешь Гюнтера? — заинтересованно спросил Алекс. — Откуда?
— Да так, встречались разок, — уклончиво ответила Катерина. — Но этого вполне хватило, чтобы составить о нем определенное мнение.
Алекс внимательно разглядывал собеседницу, строя разные догадки на тему того, где именно Кэт могла пересечься с угонщиками «Ириды». Ничего кроме Лорелеи в голову не приходило.
— Гюнтер не такой уж дурак, — наконец, сказал он. — Кстати, Каттнер тоже почти не сомневается в вашем существовании. С его, Гюнтера, подачи.
Катерина поморщилась, явно не согласная с подобной оценкой самого бесполезного на ее взгляд члена пиратской команды.
— Что сделано, то сделано, и сожалеть об этом просто глупо. В конце концов, оставшись на Лорелее, я никогда не узнала бы правду о маме… и не спасла бы вас с дядей Лешей…
«Хотя, если бы осталась, — мельком подумала она, — то, возможно, и спасать бы никого не пришлось.»
— Кстати, как он? — спросил Алекс.
— По-прежнему в криокамере. Без изменений. Местные врачи даже не пытаются что-то сделать, просто ожидают прибытия рейсового корабля для транспортировки на Землю. Но я абсолютно уверена, что земная медицина тоже окажется бессильной. Уж слишком мощной оказалась полученная доза. Помочь ему сейчас может только один человек.