В гостях у Лешего (СИ)
Только вот идти в лес к неизвестному Зимушке мне хотелось все меньше и меньше. И только то, что мне обещали помочь вернуться домой, заставило меня все-таки не отказаться от прогулки в лес за дубами для бани. Как я потащу их обратно в случае, если добрый Зимушка даст мне деревья, я старалась даже не думать, решив, что сначала надо этого самого Зимушку найти, и, самое главное, не встретить Захария, который, конечно, пока никого не задрал, но проверять, как он поступит в случае встречи со мной, совсем не хотелось.
— Так, бусы дала, ленту в косу вплела… Что ж я забыла то, — Шишига хмурила брови, пытаясь что-то вспомнить.
— Так знамо дело-то, соль да краюху хлеба надо дать. Без подарка в лес соваться нельзя, а без гостинца и того пуще. Негоже к лесному хозяину без угощения, Зимушка обидится, и тогда пиши-пропало.
— А ведь и точно! И венок, про венок-то тоже забыла! — Шишига всплеснула руками и скрылась за дверью, а через минуту послышался ее голос. — Ну, вы чего там расселись, мы вас с Василием на кухне уже заждались!
— Ну… пойдём, — и банник пошёл вперёд.
Зайдя на кухню, я увидела стол, на котором на белой скатерти лежал румяный каравай, и стояла солонка, доверху наполненная солью, а ещё красивый венок из голубых и желтых полевых цветов.
— Вот бери, да иди поскорее, а то скоро уже день наступит, — проговорила Шишига и дала мне в руки каравай. — А венок Зимушке отдашь самым последним, когда он у тебя подарок попросит за то, чтобы выпустить из леса. Все поняла?
Я кивнула головой.
— Ну, как говорится, присядем на дорожку, — сказал банник и сел на лавку.
За ним следом присела Шишига и домовой Василий. Я, сама не зная почему, но тоже последовала их примеру и уселась на край лавки. В доме на несколько секунд повисла тишина, и только было слышно, как на чердаке бегают мыши.
— Ну, в путь! — Первым встал домовой.
— Иди по тропинке, все прямо и прямо. А как к лесу подойдёшь, так поклонись и подарок не забудь подарить, — напутствовала напоследок Шишига.
— Знамо дело-то, давай, девонька, удачи тебе. Главное, Захария не встретить, а там разберёшься, — махнул на прощание Фекл.
Глава 10. Заповедная тропа
Элина
Выйдя на крыльцо дома, я осмотрелась.
За околицей спала деревня. Только иногда со дворов слышалось одинокое мычание коров и гогот гусей. Над лесом медленно поднималось солнце, прогоняя утренний туман. Роса, щедро рассыпанная по траве, блестела, словно драгоценные камни, а в воздухе витал аромат луговых цветов и ночного тумана.
Я спустилась с крыльца вниз, и в тот же момент ноги промокли от мокрой травы, развеяв все очарование утра.
— Да что за…эх, — выругалась я, и услышала сзади голос банника:
— В добрый путь, девонька, в добрый путь.
И я пошла в сторону леса. Идти с караваем и солью в руках было не очень удобно, и пару раз, из-за того, что не видела дороги перед собой, я спотыкнулась.
— Осторожнее! Хлеб не урони и соль смотри не рассыпь — плохая примета! — Донесся сзади голос Фёкла.
— Дурной знак, ой, дурной знак, — высказался Василий. — Как бы Захария не встретила…
— Да типун тебе на язык, — раздался голос Шишиги.
Они ещё что-то говорили, но я уже ничего не слышала, уходя все дальше вперёд и приближаясь к лесу.
Я шла и вспоминала все, что произошло со мной в последние дни, думая о том, что это больше похоже на дурной сон, чем на правду, как сзади раздался какой-то шум, и, обернувшись, я увидела бегущего на меня чёрного козла.
Большие крутые рога и боевой настрой животного не сулили ничего хорошего.
— ААА! — Закричала я и чуть не выкинула каравай. Бежать в сарафане было неудобно, а хлеб и соль мешали ещё больше, как и венок, который так и норовил слететь с головы и стать добычей парнокопытного, но выбросить их я так и не решилась.
— Стой! — Раздался громкий окрик сзади, и я чуть не остановилась, но приближающийся звон колокольчика вовремя привёл меня в чувство, и я побежала ещё быстрее.
Улучив момент и, обернувшись, увидела, что сзади козла бежит бабуля-божий одуванчик и размахивает ивовым прутиком. Оказывается, это ему она кричала остановиться, вот только на козла окрик хозяйки никак не повлиял, и он продолжил бежать сзади, придавая мне ускорения.
Кажется, никогда раньше я так быстро не бегала и сейчас взбежала на пригорок так легко, будто всю жизнь спортом занималась. Правду говорят, что у страха глаза велики и ноги длинны. Уверена, если надо будет пробежать ещё пару километров, то я с лёгкостью это сделаю. Обернувшись ещё раз посмотреть, как далеко находится мой преследователь, козла я не увидела, но звон железного колокольчика говорил о том, что животное вот-вот покажется из-за пригорка.
Я выдохнула, решив, что в лес козел все-таки за мной не побежит. А даже если и сунется следом, то спрятаться там от него среди кустов и коряг будет гораздо проще, чем на открытом лугу.
Только вот тропинка заканчивалась, упираясь в густые заросли дикого терна, можжевельника и молодых сосен.
Я попыталась пролезть сквозь колючие кусты, но ветки больно хлестали по щекам, цеплялись за одежду и волосы, словно не желая меня пускать в лес.
А потом вспомнила, как Шишига наказывала мне поклониться, да подарить лесу подарок:
— Э… я вот тут это…подарок вам принесла, — замявшись быстро проговорила нужные слова, пусть и немного скомканные, но когда за тобой гонится козел, тут уже не до учтивости.
Да и разговаривать с лесом было как-то неудобно и странно, но все-таки я сняла нить ярко-красных бус и повесила на ближайшую ветку.
В этот момент совсем рядом послышался знакомый звон колокольчика и блеяние. Оглянувшись, я увидела козла. Тот стоял и, видимо, примирялся, как поудачнее и побольнее боднуть меня.
— Да что ж за день-то такой!.. Ладно, была ни была: уважаемый Зимушка, я дико извиняюсь, не могли бы вы меня впустить в лес. А то тут козлы всякие бегают, — выпалила я на одном дыхании, сама не понимая, зачем и почему это говорю.
Вряд ли какой-то мифический леший мог открыть мне дорогу в лес. Ну не в сказке же я оказалась, в самом-то деле. Но не успела я даже подумать об этом до конца, как вход в лес оказался свободным. Тропинка больше не была заросшей кустарниками, а свободно уходила в лес, теряясь за очередным поворотом.
— А..э… спасибо, — прошептала я, все ещё до конца не веря в увиденное, и шагнула внутрь.
Подбежавший козел шагнул на тропинку за мной и, кажется, он был удивлён не меньше меня, даже забыл о своём желании бодаться.
— Ой, я Эля, — вспомнив наказ представиться, проговорила я и отвесила поклон. — Благодарю тебя, Зимушка, — осторожно ступила на тропинку и пошла дальше, а козел шёл рядом со мной, не думая отставать или возвращаться назад. В какой-то момент я даже порадовалась своему неожиданному попутчику. Все-таки одной идти по лесу было бы в разы страшнее. А так животное может хоть хищников почует и успеет предупредить об опасности. Ну а чтобы идти было не так страшно, я начала разговаривать с козлом:
— Знаешь, а тут очень даже мило. Вон, смотри, какая черника, может поедим? — Я быстренько дошла до невысоких кустов, усыпанных темно-синими ягодами и нарвала горсть. Но козел проигнорировал мое предложение и пошёл дальше.
— Ну, как хочешь, — вздохнула я и, догнав его, пошла с ним рядом по лесной тропинке, отправляя в рот по сладкой пресной ягодке.
Мои мысли были заняты предстоящей встречей с лешим. Раньше он представлялся мне зелёным дедушкой, с птицами на плечах и в шапке с мухоморами. Или живым пеньком, с молодыми листиками на носу. А сейчас я была уверена, что леший это седой старец с хитрыми глазами и белоснежной бородой. Может так было из-за имени. Все-таки оно больше подошло бы Деду Морозу. Зимушка… Но кто его знает, может у них леший тут на две ставки трудится. Летом леший, а зимой, когда вся природа засыпает, он Дедом Морозом работает…
От этих мыслей отвлёк хруст веток в кустах малины, что были неподалёку.