Птичка в клетке 2 (СИ)

Глава 12
— Вадим, — Настя плакала в трубку. — Ты можешь прилететь? Мне нужна твоя помощь.
Я не стал задавать вопросов. Просто ответил:
— Да, — и нажал на сброс.
Вот почему, когда ты очень хочешь забыть девушку, стараешься, прилагаешь огромное количество усилий, это не получается сделать? А когда внезапно осознаешь, что перестал вспоминать о ней, она бурей врывается в твою жизнь, ломая и круша все то, что по крупицам ты смог заново построить без нее…
Я стоял возле окна и смотрел вдаль. Много разных мыслей крутилось в голове, но все они вызывали лишь тревогу и противоречия в душе.
Ася подошла сзади, обвила мою шею руками и уткнулась лицом в спину. Ее дыхание защекотало кожу, и я улыбнулся.
— Кто звонил?
— Подруга из прошлого…
— Та самая? — спросила она, а я замер на мгновение.
Не знаю: откуда Ася узнала про Настю, возможно, Виктория ей рассказала, но меня устраивало, что кто-то это сделал за меня. Бередить старые раны, совсем не хотелось.
— Да, та самая… Она сейчас живет в Швейцарии с мужем. У нее что-то случилось, нужна моя помощь. Постараюсь улететь сегодня… — ответил с печалью в голосе.
— Но ты вернешься?
— Конечно, — усмехнулся я. — С чего мне там оставаться.
— Нет, — произнесла она. — Ты не понял вопроса. Ты вернешься… ко мне?
— Не знаю, — ответил честно.
Ася тяжело вздохнула и просто ушла в свою комнату.
А я стукнул кулаком в стену и прижался к ней лбом.
Вот была у меня одна дурная привычка, которая портила жизнь. Я никогда не врал, кроме ситуации с Лилей и Настей. Но этот опыт мне не понравился. И ложь, как и ожидалось, в итоге привела к драматичному финалу.
Я понимал, что нужно было сказать совсем другие слова.
«Я вернусь к тебе, конечно, Ася. Ты только жди!!!»
Но! Я не мог! Ведь, действительно, не знал, что будет после этой поездки, в которой снова увижу ее… Девушку, укравшую мое сердце… Ту, что до сих пор приходит по ночам… Ту, из-за которой потерял покой и смысл жизни…
И сам не знал: во что выльется эта встреча…
Глава 13
В Цюрихе вновь было прохладно, к тому же шел сильный дождь, и воротник кожаной куртки совсем не спасал от пронизывающего насквозь ветра.
Я зашел в кафе и с удовольствием окунулся в тепло. Выбрав столик возле окна, заказал кофе и пирожные.
Я приехал на час раньше назначенного времени. Решил посидеть в тишине и подготовиться к встрече. Хотя у меня было достаточно времени поразмышлять о жизни и ее крутых поворотах в самолете. И в голове уже имелось видение на сложившую ситуацию, но все мои суждения могли в корне поменяться, стоило мне только увидеть ее…
Я узнал Настю сразу.
Длинные светлые волосы и полы ярко-красного плаща раздувал ветер. Она перепрыгивала через лужи и пыталась на ходу руками немного свести края одежды вместе. И пока Настя в спешке перебегала дорогу, я смотрел на нее и не мог оторвать взгляд.
В сердце от нахлынувших чувств защемило, а в легких внезапно закончился воздух. Я словно погрузился в воду на опасную глубину и, как ни старался, не мог выплыть оттуда.
Она зашла в кафе, звякнул колокольчик на двери, и взгляды всех присутствующих людей обратились к ней.
А я словно очутился в фильме с замедленным действием. Но режущий слух звук неожиданно поразил своей громкостью и вывел из состояния транса.
Только сейчас понял, что полностью погрузился в себя, в воспоминания, и оторвался от реальности.
Я ожил и помахал ей рукой, а она, улыбнувшись, пошла в мою сторону, повесила плащ на вешалку, стоящую рядом, и села за столик. Официант как раз принес наш заказ.
— Ой, спасибо, — сказала Настя и сделала глоток обжигающего ароматного напитка. — Я так продрогла. Зачем ты привозишь с собой плохую погоду из России?
— Не знаю, — пожал плечами и улыбнулся в ответ. — Не ставлю себе такой задачи. Так получается.
Она рассмеялась. А, увидев пирожные, мгновенно покраснела.
— Ты купил мой самый любимый швейцарский десерт. Не нужно было.
— Эклеров в меню не обнаружил, пришлось довольствоваться этим.
 
— Ты до сих пор помнишь мои предпочтения? — она покраснела еще больше.
— Я много чего помню, Настя. Память, к сожалению, хорошая. Не подводила еще ни разу.
Она загрустила, повисла неловкая пауза, и я понял, что не нужно было так говорить.
Но фраза сама слетела с губ. Иногда я корил себя за прямолинейность и паршивый характер, но переделать себя уже не мог.
Решил исправить ситуацию. Взял ее за руку и произнес:
— Ты лучше расскажи о себе. Как дела? Как Ирина?
— Вадим, мне так неудобно, что пришлось звонить тебе… — начала Настя.
Но я сразу же перебил ее:
— Т-ш-ш, — приложил палец к губам. — Давай поговорим, не о том, почему ты обратилась ко мне… А просто так… Как ты жила все это время в Швейцарии? Помогло лечение Ирине?
— Хорошо, давай, — она выдохнула и начала рассказывать: — Ты даже не представляешь, какой у Иры за год произошел прогресс. Она уже ходит! Сначала на костылях, а теперь с тростью. Разговаривает. Еще не совсем хорошо, растягивая немного слова и заикаясь, но это чудо какое-то. Так врачи говорят. Ей, видимо, очень подошли лечение и климат. В общем, все сложилось, как нельзя лучше. Она освоила интернет. Вступила в группу людей с похожими проблемами. Делится с ними своим опытом, подбадривает… А еще изучает профессию флориста. Ей доктора посоветовали работу, связанную с ручным трудом, чтобы разрабатывать пальцы. Она уже прошла экспресс-курсы, и ее взяли помощницей в цветочный магазин. Здесь очень хорошо относятся к людям с ограниченными возможностями. Всячески поддерживают. Да и она, конечно, сама молодец. Ирина просто боец! Не сдается и идет только вперед…
— С такой-то поддержкой, — сказал я. — не мудрено. Ты же всю себя ей посвятила…
Настя отвела взгляд и посмотрела в окно.
— Я не могла по-другому…
Я вздохнул и задал мучавший все это время вопрос:
— Ну, а ты как ты?
Она вытащила ладонь из-под моей руки, откинулась на спинку стула и произнесла:
— Не очень. Я развожусь. Алекс мне изменяет.
Я прикрыл на секунду глаза. Что-то подобное и ожидал услышать.
— Причем с разными женщинами, — добавила она. — Я не раз ловила его с молоденькими медсестричками на работе. Он говорит, что полигамен, и ему не хватает острых ощущений, но любит по-настоящему только меня.
Настя печально вздохнула, а я усмехнулся. Национальности разные, а «лапша на уши» одинаковая.
— Он говорит — это нормально, — продолжила она тем временем. — И сейчас в Швейцарии все чаще практикуют «открытые отношения». И даже его родители пришли к такому формату. Но я так не могу… — она наклонилась вперед, посмотрела мне в глаза и спросила: — Может, я не права? И действительно застряла в «средневековье». Не умею расслабляться и получать от жизни удовольствие, как говорит Алекс? Мир меняется, не стоит на месте, а я увязла в прошлом? В своих комплексах, страхах и…
— Не пори чушь, — перебил ее и стукнул кулаком по столу. Люди обернулись на нас, а Настя цикнула. Я понизил голос и слегка пододвинул к ней стул. — Твой дорогой муженек промыл тебе мозги. Ни где ты не застряла! И это нормально не принимать измену супруга. Кому-то комфортно жить в открытых отношениях, а кому-то нет. Это выбор каждого. Обычно людей никто не заставляет ходить «налево». И если ты не хочешь спать с кем-то кроме Алекса и жить с изменщиком, то это всего лишь означает, что твои жизненные понятия отличаются от его. Не более того. И ваши дорожки на данном этапе разошлись. Прими это и иди дальше.
— Спасибо, Вадим, — она с облегчением выдохнула. — Ты даже не представляешь, как помог мне. Ведь после слов Алекса я стала сомневаться в своей нормальности или ненормальности. Я уж и не знаю. Ведь эти понятия сейчас сильно подменены, — Настя нервно рассмеялась, а потом, опустив локти на стол, взялась руками за голову. — Я так и не нашла здесь подруг. С коллегами по работе мы просто общаемся. А свободное время я полностью посвящаю Ирине и мужу. Мне даже не с кем поговорить по душам… А иногда так хочется. Я даже начала забывать русский язык.