Замуж за мажора (СИ)

— Не в курсе. И Какие же у нас планы по мнению универских чатов?
— Клуб “Колизей”, — говорю еле слышно.
Моя двоюродная сестра хоть и сплетница, но теперь я даже удивляюсь тому, что своей информацией она не приторговывает.
Я знаю, что там, в этом клубе, будет его двоюродный брат, а они с ним не разлей вода. Они всегда тусуются вместе, прямо как метель, да вьюга.
— Что еще в чатах говорят? — Не отрицает он моего заявления.
— А тебе что, есть до этого дело?
— Не особо.
Разумеется.
Впившись глазами в окно, спрашиваю:
— Ты… не хотел брать меня с собой?
— Ясно, — тянет, вдыхая и выдыхая так, что я поднимаюсь и опускаюсь вместе с его грудью.
— Это не претензия, — бросаю в сердцах, складывая на груди руки.
— А что же это? — издевается Кир.
— Я… не знаю… я просто спросила. — Чувствую, как обида снова поднимает свою отвратительную голову.
Прямо сейчас мне сложно представить хоть одно положение в пространстве, которое я бы не захотела разделить с ним. Если у него все по-другому, то я просто должна знать. Он не обязан чувствовать так же, как я, хоть мне именно этого и хочется!
— Я здесь, с тобой. Ты со мной. Мы вместе, — проговаривает. — Теперь все так?!
— Не ори на меня… — отодвигаюсь к двери, но лежащая на моем плече рука возвращает меня обратно.
Вывернув шею, смотрю на него упрямо.
Выражение его лица очень “предупреждающее”.
Кажется, он предупреждает меня о том, что если мы продолжим, то это не будут мирные переговоры.
Сглотнув, повторяю:
— Это не претензия. Мы… — облизнув губы и вздернув подбородок, заявляю. — Не обязаны ходить друг за другом, как приклеенные.
Эта истина родилась в моей голове в течение тех семи часов, которые мы провели порознь. От нее у меня на языке мерзкий привкус, но я не собираюсь быть липучкой Кирилла Дубцова. Тем более, если он этого не хочет.
— Ага, — кивает раздраженно. — Не обязаны.
— Вот и отлично. — Снова складываю на груди руки, отворачиваясь.
— Замечательно, — бросает отрывисто.
Из его тела уходит любая расслабленность, как из из моего.
По радио крутят очередную новогоднюю песню, пока молча смотрим каждый в свое окно.
Даже несмотря на это, я бы не хотела оказаться в другом месте. Его присутствие, даже вот такое, успокаивает меня до самых глубоких клеток моего чертового тела.
Я… влюбилась в него. Так сильно…
Если он хочет “свободы”, пусть получает. По крайней мере теперь я знаю, чего он хочет.
Пробка начинается за километр от клуба. Машина движется с черепашьей скоростью, и когда становится виден светящийся фасад, Дубцов дергается и просит водителя:
— Остановите. Мы здесь выйдем.
Стараясь не шагать слишком быстро, тащит меня за собой вверх по тротуару. Обходя прохожих и глядя перед собой.
Семеня на своих шпильках, изумляюсь тому, что за пределами моей улицы город просто кишит движением. Такое ощущение, что до своих девятнадцати я проводила новогодние ночи вообще в другом городе.
Сумасшедшая обстановка клуба “Колизей” шокирует меня не меньше.
Охранник у гардероба обыскивает нас металлоискателем, после чего пропускает дальше.
— Руку дай, — смурно объявляет Кир, протягивая мне свою. — И не отпускай.
Молча цепляюсь за его ладонь.
На нем черные джинсы и синяя рубашка.
Он чертовски стильный. На его высокой и гибкой фигуре все сидит отлично, выражение высокомерного превосходства — отлично идёт его лицу, потому что носить это выражение он умеет на пятерку.
Его глаза проезжаются по моим собственным джинсам, заправленным в сапоги, и по узлу, в который завязана моя футболка на животе. Между высоким поясом джинсов и ребрами, мой живот голый, и в нем лопаются пузырьки знакомого мне возбуждения, когда вижу, как черные глаза Дубцова на пару секунд зависают в районе моей талии.
Мазнув жалящим взглядом по моему лицу, дергает за руку и тащит вверх по лестнице.
Просто отличное начало вечера!
Глава 34
— Калинина?
В зеркале за моей спиной вырастает Лада — сокурсница, с которой мы познакомились ещё на вступительных экзаменах. Она милая и нравится мне, как и ее парень Митя, с которым они… в общем… ходят, как приклеенные… И, кажется, их это устраивает. Обоих.
 
Ну и ладно.
Даже в туалете «Колизея» слышно диджейские биты и отдаленный голос ведущего одного из залов. Мне начинает казаться, что диджеями работают очень увлеченные люди, потому что лично я бы просто сошла с ума, простояв всю ночь за пультом.
Хотя эта музыка очень крутая. Такая, которая ускоряет пульс и заставляет тело двигаться против воли. Это мой первый поход в клуб и… мне нравится!
Закрутив кран и развернувшись, искренне улыбаюсь.
— Привет! — машу рукой.
Лада — очень симпатичная брюнетка с длинными гладкими волосами и глазами просто потрясного серого оттенка. Все люди, глядя ей в глаза, обычно залипают и тормозят, потому что хотят рассмотреть получше. Не знаю, как ей с этим живется, наверное за девятнадцать лет можно привыкнуть.
Пискнув, она хватается за мои плечи и целует мою щеку, отчего я смеюсь.
Судя по блеску ее классных глаз, в ней уже бутылка шампанского, не меньше, и от этого мне ещё веселее.
— Сто лет тебя не видела! Ты постригалась! Вау… Ань, ты такая хорошенькая, честное слово…
Смущаюсь, потому что звучит это очень искренне.
— Спасибо. С Новым годом!
— А ты с кем? — Осеняет ее. — Давай к нам? Там Ленка Сапеева, ну и остальных ты тоже знаешь…
— Эммм… — Мнусь, растерявшись.
К ним?
— Я тут с парнем…
— Ого… — хихикает она. — Кто такой? Я не знала, что ты с кем-то встречаешься!
— Эммм… ты его не знаешь. Наверное…
Черт!
Не думаю, что такое возможно.
Но объявить ей о том, кто есть мой парень просто не решаюсь.
— Ну, без разницы. Бери его с собой.
— Эммм… — Снова мнусь, потому что очень сомневаюсь в том, что он будет в восторге от такого поворота событий.
Дубцов, он… в общем из другого теста.
Я поняла это, проведя почти два часа в компании его друзей. В основном там парни. Ладно, там целая орава незнакомых мне парней разных возрастов и пара девушек помимо меня.
Несмотря на то, что его рука, так или иначе, находилась где-то на моем теле, и мы по обоюдному молчанию заключили “мирный договор”, в той вип-зоне я все равно чувствую себя не в своей тарелке. Я не хочу, чтобы это стояло между нами! Я готова привыкнуть к его друзьям, просто мне нужно время.
Я все это время я пыталась понять, откуда берется мой дискомфорт, и наконец-то поняла: все, о чем они говорят, все, что обсуждают — это взгляд на вещи и жизнь людей, у которых очень много денег. Они принимают это, как данность. Кажется, они сами не сильно об этом задумываются, но для меня это, как другая вселенная. Мне просто нечем делиться с ними, любое событие моей жизни покажется им несущественным.
Машины, поездки, покупки, даже отношение к еде — у этих ребят все по-другому, и Кир… он один из них. Без натуги и не через силу, он действительно один из них. Это немного меня пугает, хоть он и не “испорченный”. Да, он не испорченный…
Я не буду его прилипалой.
Не буду!
Я хочу быть коммуникабельной. Хочу, чтобы у меня тоже были друзья. Помимо Алены и моей сестры. Я всю жизнь жила будто в ракушечьей раковине, а теперь хочу посмотреть, что происходит вокруг и как я могу в это “все” вписаться.
Заправив за ухо волосы, говорю:
— Я спрошу у него… пошли…
Взяв Ладу за руку, веду ее к двери.
— Ну, класс! — Радуется она. — Мы там в “мафию” играем…
Толкнув дверь туалета, выхожу в коридор, и на нас со всех сторон обрушивается приглушенные стенами звуки музыки и тусклый свет.
Дубцов стоит у стены напротив, опершись на нее плечом и сложив на груди руки.
Любуюсь им пару секунд.
Его скучающим лицом с растрепанными волосами, его фигурой: широкими плечами, длинными ногами…