Краб. Иней (СИ)

— Если на боезапас плюнуть — разнести можно вообще всё, Краб. Сделаем. Четверть часа, — выдал Могильщик.
А я с интересом стал наблюдать, морщась и матерясь про себя от попаданий болванок в комплекс. Объектом наблюдения была подготовка ракетного залпа неуправляемыми ракетами по заданной траектории. Могильщик подошёл к вопросу основательно, выстраивая залп так, чтоб Разорителям настал кирдык вот в любом случае, хоть у них карманный боженька будет.
И «четверть часа» было явно «с запасом». Через восемь минут схема ведения огня была готова, а я мысленно попрощался с Разорителями и всем что вокруг них — наши ракетчики в промежуток в две секунды собрались выпустить половину своих запасов. Включая управляемые ракеты, у которых просто отрубались блоки наведения, поскольку не нужны в данном случае.
— Готово, Краб.
— Да уж вижу. Впечатлил, Могильщик, — признал я. — Ну жгите, нехрен клешнями щёлкать!
— Жжём, — хмыкнул ветеран, после чего взревел — ЗАЛП!!!
Со стороны, наверное, показалось, что комплекс нахер взорвался — непрерывные, почти одновременные старты десятков ракет окутали всё вокруг непроглядным дымом.
И, от комплекса, потянулась дуги многоцветного дыма, сотни штук, соединяющие нас и позицию Разорителей.
Вражеские РЭБ-щики и спецы ПРО клювами не щёлкали — с вершины дуги в небе начали со всё увеличивающейся частотой появляться облака разрывов от сбитых ракет, а на продвижении к цели — вообще постоянно взрывающееся, стремительно летящее на позиции гаубичных Досов огненное облако.
Но ракет было СЛИШКОМ много, а нашего преимущества у вражин не было. Так что какая-то часть ракет (более чем достаточная) до Разорителей и их прикрытия и обслуги долетела.
Один из пилотов был дурак, закопошился, пытаясь выбраться из ямищи, проделанной отдачей, ну и помер после накрытия ракетами смертью глупых и трусливых, потому как нихрена не успел, как понятно.
А вот второй пилот был умным, повернул Дос боком, стал падать и, в падении, успел отстрелить ложемент, причём очевидно выводя его из зоны накрытия. То есть выжил жизнью продуманного и умного, отметил я, любуясь на растущее на месте позиции Разорителей огненное облако.
Да, нахрен подорвало не только Разорители с гаубицами — пара щитовых Досов, Дос РЭБ и куча обслуживающей техники оказалась в центре огненной могилы Могильщика. Ну, если не тупили, то могли и выжить, хмыкнул я, но махнул клешнёй — не до сантиментов.
— Приказ выполнен, Краб, — явно красуясь и сам любуясь своей персоной выдал Могильщик.
— И выполнен охеренно, Могильщик, — отметил я. — Боезапас остался хоть на что-то? — уточнил я, поскольку командирская тактическая карта всех деталей не отражала — мозги сожгу.
А перенастраивать — нахрен надо, потом трата времени и прочее. Детали проще от руководителей узнавать, быстрее и правильнее.
— Три таких залпа, примерно таких, вытянем, Краб. Но это всё. И считай только перезарядка сейчас семь минут, до этого мы небоеспособны, — уточнил он.
— Понял-принял. Всё равно сильно было, — под одобрительный хмык Могильщика отметил я.
А я по-быстрому прикинул — и выходило что смысла нет. В смысле «трёх залпов». Площадь лагеря вражин велика, а несмотря ни на что, площадь поражения при исчерпании четверти вообще всего ракетного боезапаса — херня. Хорошие, кстати, у вражин РЭБ-щики.
— А почему у нас нет гаубиц? — вслух задумался я, в «клешнястой части» боевого чата.
— А потому что нахер не нужны, Краб, — отрезал Могильщик.
— Очень узко применяемые, для осадных операций и позиционных конфликтов. Редкость, — дополнила Нади.
Ну, в общем — да, Досы — мобильные бронированные платформы, окопная война для них — редкость. А разносить гаубицами или мортирами какими здания и укрепления… так их в девяноста процентах случаев надо захватить, а не нахрен раздолбать.
— Всё равно, как сменное оборудование — не помешает, — отметил я. — Всё-таки чуть весь наш план не похерили, если разобраться, — признал я.
— Запас Кистень потянет, — почти поговоркой выдал Могильщик, под одобрительные хмыки.
 
— В общем, Лори, отметь, а то забудем нахрен, — распорядился я. — Так, и что у нас дальше-то? — с интересом уставился я в тактическую схему.
А там у нас, точнее «у них» выходило забавное копошение. Вражины дружно втянулись под поле маскировочной сетки (помогало им это хреново, прямо скажем). Обставились РЭБ-Досами и ПРО-платформами и вообще, дёргались и явно затеяли совет.
И пришли к закономерному выводу — ещё пяток «осторожных разведок» или дальних обстрелов — и им воевать некем будет. То есть, дошло до жирафов, что нужен полноценный штурм.
Через полчаса после вражеского совещания от эронского дредноута отделился трансорбитальник, ложась на траекторию «к вражескому лагерю». А Рыбак начал нудно пищать в радиодиапазоне, вызывая меня.
Вот хер знает, зачем — даже идиоту ясно, что не я, собственными клешнями, теми же турелями рулю. Ну, может выговорится надо, бедолаге. Ладно, послушаем, решил я. Но перед этим:
— Тень, ссади этот челнок. Нехер им над нами летать, как у себя дома.
— Сделаю, Краб. Хотя мощная броня… собью, — решительно подытожила Котя. — Соединять тебя с Рыбаком, или… — хихикнула она, вспомнив «стригельскую отмазку», — … у тебя понос?
— В данном случае это неуместно, — чопорно ответил я. — Соединяй. И челнок!
— Собью, Краб, — заверила Мелкая, подключая меня к каналу связи.
На голоэкране появилась бордовая, в бисеринках пота, с выпученными буркалами рожа Рыбака. С раззявленной пастью, но прежде, чем он глупости начал изрыгать, умности начал изрыгать начал я.
— Привет ещё раз, Рыбак. Если ты сдаться — то я пока ещё сдачу приму. Но ты уже просто так не отделаешься — отрабатывать будешь в борделе, — отметил я, посмотрел на рыбачью рожу. — Может и уборщиком, если на тебя никто не прельстится, — выдал я результаты осмотра.
— КРРРАБ, УБЛЮДОК!
— Я настолько законорожденный, что твоего отсутствия мозгов не хватит, чтобы понять всю степень и глубину этого, — разродился я.
— Пиздец вам!!! — рявкнул Рыбак через полминуты и отрубил связь.
Вот и поговорили, отметил я. И стал с интересом вглядываться в то, что Котя творит. А Котя творила странное, но я решил клешнями не клацать: сказала — собьёт, значит собьёт.
Ну а накосячит — тогда и буду в мозг клевать, не на пустом месте, а по делу.
В итоге вышло… странно. Потому что в момент, когда челнок сбросил скорость и выкинул какие-то коробки вражинам, по нему одновременно ударили все турели длинными лучами. И ещё в разных спектрах работают, мимоходом отметил я, решив позже разобраться, если не забуду.
И челнок вот как летел, так и полетел к земле, на которую и рухнул. Без взрывов или ещё чего-то там, но лёгкое красное сияние обшивки показывало, что всё, отлетался.
Но груз, паразит такой, доставил, что неприятно. Впрочем, рявкать на Котю я не стал — задача была «ссадить», с чем девчонка с успехом справилась. А мне стоило точнее формулировать, а не обвинять подчинённых в отсутствии телепатии, щёлкая клешнями. Чего я делать и не стал.
— Отлично, Тень, — просто отметил я. — И, если забуду, объяснишь мне, нахрена спектральное смещение излучения было.
— Там всё просто, Краб…
— Потом, Тень.
— Напомню, хорошо.
И стал я пыриться в тактическую схему — понятно, что доставили вражинам с орбиты расходники, но вот чего, вот в чём вопрос.
И посыпались ответы. Для начала, вражины решили повторить нашу ракетную атаку. Но у нас были турели. Так что огненное облако появилось в паре сотен метров над вражинами и двигалось не от них к нам, а от нас к ним. Так что пулять ракетами вражины вскоре прекратили, а вот Мелкая недовольно озвучила:
— Пришлось задействовать все турели, Краб. Их количество и примерное месторасположение противнику известно, — констатировала она.
— Ожидаемо, — не стал дёргаться я. — Ну, в башнях всё равно никого толком нет. И вообще, есть у меня ощущение, что толку от них дальше будет немного.