Эффект бабочки (СИ)

— Мистер Пэрис, — тихо, но всё равно слышимо, процедил мужчина, — немедленно вернитесь на своё место. Живо!
Ещё один хлопок.
Бедолага Дэвид тут же встрепенулся и уселся обратно за парту рядом с Макмилланом. Лив прекрасно слышала, как Питер недовольно цокнул языком, Кэти самодовольно ухмыльнулась, а Мэтт тяжело вздохнул. Но она не могла оторвать свой взор от взбешённого Тома. Окинув светловолосую строгим взглядом, шатен всё же взял себя в руки: расправил плечи, убрал прядку с лица и, снова почесав костяшки руки, вновь принялся громко читать.
Оливия недовольно цокнула языком, всё ещё подмечая малейшие изменения в его мимике. Ну что не так?
Что могло стрястись с вечно спокойным, элегантным, уверенным мужчиной, что он стал таким озлобленным? Неуравновешенным? Пугающим?
Наконец прозвенел звонок, оповещающий учеников об окончании последнего урока. Многие одноклассники облегчённо вздохнули — конечно, наконец-то можно вернуться домой и со спокойной совестью втыкать в телефон, пока со всеми домашними обязанностями успешно справятся родители. Не жизнь, а сказка.
По мере того как ученики постепенно покидали кабинет, периодически бросая сухое «до свидания» учителю, спрятавшему лицо в ладонях, Оливия старалась держаться чуть позади, и когда наконец все одноклассники покинули кабинет, девушка ловко закрыла дверь, замкнув её на один оборот ключа, который преподаватель всегда оставлял в замочной скважине.
Характерный звук замыкания двери заставил мужчину оглянуться, но, заметив светловолосую, Том снова спрятал глаза в руках.
— Лив, сегодня консультации не будет, — послышался тихий голос.
— Да, я знаю, — кивнула Тейлор, медленно подходя к преподавателю, — не хотите… поговорить?
— Поговорить, — усмехнувшись, повторил он последнее слово, — о чём ты хочешь поговорить, Лив?
И наконец он посмотрел на неё — уже не так зло, как во время урока, но по-прежнему холодно, будто тая́ внутри какую-то обиду.
Совершенно точно она не ожидала такого взгляда — даже остановилась на месте, прерывисто вздохнув, как после долгих рыданий, и посмотрела в пол, после чего всё же вернула взгляд на учителя.
— Например, — неуверенно произнесла она, — об этом.
И стремительно подошла ближе, взяв руки преподавателя в свои и погладив его костяшки большими пальцами.
Очевидно прикосновение было не самым приятным, но на удивление мужчина не убрал руки, не отодвинулся, а остался всё в том же положении, стойко терпя назойливую боль.
— Ещё вчера этого не было, — покачала головой девушка. — Откуда?
— Неважно, — слегка сморщился Том, отвернувшись к окну.
Это его действие будто отрезвило светловолосую, и она, отпустив его руки, отошла на пару шагов назад.
Всё ещё обижается? Какая глупость! Лив бы тоже могла на него обидеться!
— Для меня важно, — буркнула она себе под нос, скрестив руки на груди.
И уже собиралась уйти, развернувшись на сто восемьдесят градусов к выходу, как почувствовала прикосновение холодных рук.
Всё произошло так быстро, что Лив даже не успела ничего толком сообразить — за долю секунды она оказалась прижатой к стене: Том крепко сжимал её запястья в своих руках и находился так непозволительно близко, что их лбы едва не соприкасались друг с другом. Светловолосая чётко ощущала, как по коже побежали мурашки от горячего дыхания мужчины, а в нос ударил аромат его парфюма вперемешку с совершенно ненавязчивым запахом пота. Низ живота начало приятно тянуть и покалывать от такой близости — девушка даже издала тихий стон от наслаждения.
Том слегка наклонил голову вбок, переведя свой взор с зелёных глаз Тейлор на её губы, и даже слегка приблизился, будто дразня.
Неужели сейчас это произойдёт? Поцелуй?! Неужели прямо сейчас она наконец ощутит это кислое послевкусие сочной малины?
Не контролируя свои действия, Оливия приблизилась к нему, ещё секунда, и… ничего не происходит.
Они соприкасаются лишь на мгновение, отчего девушка ощущает лёгкое щекотание на губах, но шатен отстраняется.
Он больше не вжимает её в стену, не держит её руки, а просто стоит рядом. Объективно, он всё ещё зол, но к гневу прибавилась ещё и растерянность.
 
— Лив, я, — смущённо произносит Том, глядя в пол и проводя рукой по волосам, словно в безысходности, — я… я не…
Не находит слов. Пытается оправдаться.
— Какая же я дура! — обречённо выдохнула светловолосая, подойдя к ближайшей парте и сев прямо на столешницу.
Она уставилась взглядом в одну точку на школьной доске, усиленно пытаясь переварить полученную информацию, обдумать то, что только что произошло, найти этому логичное объяснение, оправдать.
Но разве можно было это как-то оправдать?
Чувства к учителю? Да, допустим, это и было в порядке вещей, многие девочки-подростки влюбляются в мужчин намного старше их возраста: солистов рок-групп, известных актёров, даже собственных преподавателей… Но нормально ли это, когда тот самый мужчина начинает отвечать взаимностью? Не становится ли он… педофилом?
В голове сразу всплыли образы Теда Банди и Джека Потрошителя.
Но ведь Том не такой! Он вежливый, заботливый, начитанный, образованный, неравнодушный, такой интеллигентный и сдержанный.
«…фрик какой-то… поди маньяк», — вспомнились слова Клэр в кафе. Что, если она была права?
С другой стороны, считается ли это вообще педофилией? Ещё чуть-чуть, и Лив исполнится восемнадцать, а дальше дело возраста. К тому же совершенно необязательно афишировать свои чувства…
О чём она вообще думает?!
— Лив?
В раздумьях светловолосая даже не заметила, как Том сделал то же самое, что и она — присел на парту рядом. Они оба держались за столешницу руками, и их мизинцы едва заметно соприкасались, но почему-то больше это не доставляло былого удовольствия, а наоборот — бросало в холодный пот.
— Всё хорошо? — обеспокоенно спросил шатен, внимательно вглядываясь в лицо Тейлор.
Девушка медленно покачала головой, по-прежнему не отрывая взгляда от доски.
— Я понимаю, — тяжело вздохнул мужчина, запрокинув голову назад, — то, что сейчас произошло, может показаться странным, неправильным и пугающим, но поверь, я не желаю тебе зла. И… никогда не прикоснусь, если ты этого не захочешь.
В ответ на это девушка горько усмехнулась, наконец окинув Тома проницательным взглядом, осторожно взяла его руку в свою, сгорая от смущения, и, переплетя пальцы, уложила на свои колени.
— Вся проблема в том, что я этого хочу.
На мгновение губы мужчины растянулись в улыбке, что Лив даже показалось, будто всё снова стало, как прежде, но вскоре шатен вновь посерьёзнел и, отпустив руку девушки, поднялся на ноги.
— Но… об этом лучше молчать, — строго произнёс он, даже не глядя на Тейлор, — понимаешь? Не говорить никому: ни маме, ни сестре, ни даже подружкам. Никому! Иначе у нас будут серьёзные проблемы.
Её это так разозлило. Конечно, Лив всё это прекрасно понимала, но неужели в такой момент нужно обсуждать все эти формальности? Почему они не могли посидеть бок о бок подольше?
Потому что Том всё ещё злится, вот почему.
— Да что я сделала не так?! — вскипела она. — Почему вы злитесь? Как я умудрилась вас обидеть?
— А ты не догадываешься? — издал смешок мужчина, усаживаясь за стол.
Девушка лишь нахмурилась, в удивлении сведя брови к переносице.
Том стал заметно увереннее: он вновь выпрямил спину, устроив локти на столешнице и соединив пальцы рук друг с другом.
— Что насчёт Марка? — спросил он, подозрительно сузив глаза.
— Какого ещё Марка? — удивилась Оливия.
— Твоего друга, — объяснил мужчина, — с которым вы мило общались вчера на матче.
Чёрт! Речь ведь о Маусе! А ведь это даже не его имя!
— Что именно вы хотите услышать?
— К примеру то, что это никакой не Марк, а Джейсон Маккаллен.
На самом деле, когда ты изо всех сил пытаешься соответствовать той чуши, о которой ты наврал, но тебя всё равно уличают во лжи, ты чувствуешь себя просто омерзительно: желудок словно связывает в морской узел, ладони покрываются испариной, щёки багровеют от стыда, а нога, всё время нервно покачивающаяся из стороны в сторону, выдаёт тебя с головой. Есть ли смысл продолжать лгать?