Эффект бабочки (СИ)

— Да какое там доброе утро, мистер Хиддлстон? — провозгласила Кэти на весь класс. — Я встала на два часа раньше, чтобы сделать укладку, прибежала к первому уроку, а мне говорят, что истории не будет! Мистер Гвиллим заболел!
По классу прокатилась волна смешков.
— Да, я уже в курсе насчёт мистера Гвиллима, — понимающе кивнул мужчина. — Микроинсульт… это очень серьёзно. Может случиться с каждым. Поэтому, ребята, нужно ценить каждое мгновение этой бесценной жизни.
— Откуда вы узнали? — спросила Кэт, игриво заправляя прядь волос за ухо и оглядывая мужчину с головы до ног.
— По пути встретил мисс Андерсон.
Всё внутри рухнуло. Лив отчётливо представила, как учительница химии дотрагивается до его руки, томно вздыхает и кусает нижнюю губу, смотря на его губы. А он не возражает — лишь самоуверенно улыбается.
— Кстати, мисс Андерсон уже занялась организацией школьного визита в госпиталь. Собирает деньги на цветы и фрукты. Вы, ребята, тоже могли бы присоединиться. Уверен, мистеру Гвиллиму будет очень приятно увидеть своих учеников.
— Мисс Андерсон очень добра, — улыбнулась Кэти.
— Несомненно, — кивнул Том.
Рыжеволосая лишь тяжело вздохнула, покачав головой. Очевидно она расстроилась отсутствию какой-либо реакции на её флирт со стороны мужчины.
— Но не переживайте, мисс Стюарт, — наконец произнёс тот, заметив поникший вид девушки, — ваши старания не прошли даром. Укладка выглядит безупречно.
Нужно было видеть Кэтрин — от этих слов преподавателя она воссияла ярче самого ослепительного небесного светила: гордо выпрямила спину, взмахнула шевелюрой и улыбнулась, стрельнув глазками в сторону Лив, мол «смотри, он мой!».
— Меня сейчас стошнит, — тихо произнёс рядом сидящий Дэвид.
— Да, меня тоже, — грустно кивнула светловолосая, устремив взгляд в парту.
Нет, буквально, её сейчас стошнит от тревожности. И от аромата одеколона. И от любезностей, которыми обменивались Кэти и Том. К глазам подступили слёзы.
Она не понимала Томаса: то он чрезмерно внимателен, то вообще не обращает внимание. То заботлив и мил, то кричит на Оливию со всей злостью, накопившейся внутри. А что, если и Лив будет вести себя так же с ним? Будет то нежной, то холодной. Да, сегодня нужно было к нему охладеть.
Точно!
Она не будет смотреть на него, не будет тянуть руку для ответа на тот или иной вопрос, не будет улыбаться. Будет держаться холодно и беспристрастно, будто ей совсем всё равно.
— Кэти, хватит уже охмурять мистера Хиддлстона, — воскликнул на весь класс Горни, громко хохотнув.
Странно, но впервые Оливия была благодарна ему за то, что он никогда не следил за своим языком.
— Заткнись, Мелвилл! — злобно прошипела Стюарт.
Переведя недовольный взгляд на одноклассника, над шуткой которого уже вовсю хохотала и перешёптывалась добрая половина учеников, Лив машинально посмотрела в сторону преподавателя.
— Так, — посмеялся Томас, явно смутившись, — никто никого не пытается, как выразился мистер Мелвилл, «охмурить».
И посмотрел прямо на Тейлор, так по-доброму, словно бы пытаясь приободрить.
Ну как на него можно было злиться? Такого чуткого, такого внимательного, такого заботливого.
Заметив те влюблённые взгляды, которыми обменялись Лив и Том, Дэйв скривился и, раскрыв рот, поднёс к нему два пальца, начав кряхтеть так, будто его сейчас вырвет прямо на парту.
— Прекрати! — смутилась светловолосая, шлёпнув друга толстым учебником физики прямо по плечу.
Хоть бы Том этого не видел! Он сразу догадается, что Дэйв обо всём знает! Что Лив обо всём проболталась! И снова разозлится.
— Ладно-ладно, — посмеялся блондин, отмахнувшись от ловких ударов потрёпанной книгой и продолжив листать ленту «Тик-тока» в телефоне, — воркуйте, голубки.
На последнее замечание друга Лив постаралась не обращать никакого внимания, превозмогая желание шлёпнуть его по плечу ещё раз, да посильнее, и в то же время страшась реакции всех остальных в классе. Нельзя, чтобы кто-то случайно услышал, узнал, тем более Томас!
Но к счастью никто ничего не заметил. Всё было, как и прежде: Тильда неловко поправляла громоздкие очки на носу, Питер судорожно листал исписанные страницы тетради, Горни перешёптывался о чём-то с Сидом, косясь в сторону Мэтта. И никого не интересовало, что там творится в жизни Тейлор. Так странно: Оливия до ужаса боялась, что кто-то может узнать, но на самом деле всем было плевать, даже Дэйву, который был в курсе всех дел — парень лишь лениво перелистывал видео за видео, иногда дважды кликая по экрану, чтобы оставить лайк.
 
Наконец подключив ноутбук, мистер Хиддлстон принялся задвигать жалюзи на окне, чтобы показать очередное учебное видео с помощью проектора, и прочистил горло.
— Что ж, приступим к физике? — дружелюбно улыбнулся он классу.
Так и прошёл урок — за просмотром фильма, прослушиванием, решением задач у доски и записью домашнего задания. А как только на всю школу раздался звонок, оповещающий об окончании урока и начале перемены, все старшеклассники тут же повскакивали со своих мест, судорожно собирая вещи в рюкзаки и спеша в столовую.
Как и всегда, Лив держалась позади всех, медленно ковыляя к выходу, когда услышала тихий голос преподавателя, воззывающего к ней.
Мысленно закатив глаза и покрепче стиснув зубы от волнения, Оливия всё же развернулась на сто восемьдесят градусов от двери и подошла ближе к преподавательскому столу, когда все одноклассники уже покинули кабинет.
— Да, мистер Хиддлстон? — сдавленным голосом спросила она, избегая смотреть мужчине в глаза и разглядывая деревянную столешницу: серый ноутбук с изображением белого яблока, кучу бумаг с распечатками лекции и выделенными в них разноцветными хайлайтерами словами, одноразовый стакан из кофейни и смартфон, точно такой же, что и у Тейлор.
— Сегодня утром я порылся в Интернете, — принялся объяснять Томас, — нашёл пару интересных статей, чтобы ты могла вычленить из них информацию по нашей теме…
В ответ светловолосая лишь неопределённо хмыкнула по-прежнему разглядывая предметы на столе, и заметила, как рука мужчины, всё это время сжимавшая спинку стула, взметнулась вверх, после чего девушка ощутила нежное прикосновение холодных пальцев к своему подбородку.
Шатен аккуратно приподнял голову Оливии так, чтобы их глаза — зелёные Лив и голубые Томаса — наконец встретились. То было идеальное сочетание: сочная летняя трава и ясное небо в знойный день, инь и янь, лёд и пламя. И было жарко, невыносимо жарко, что светловолосая даже почувствовала, как её спина стала обливаться по́том. Эти искры, что ураганом плясали между ними, весь этот спектр эмоций, дрожь по всему телу — сводили с ума. Опьяняли. Манили.
Вызывали зависимость похуже специальных веществ. И Лив знала, что если вдруг начнётся ломка — девушка вряд ли когда-то сможет с этим справиться.
— Сменила имидж? — улыбнулся мужчина, переведя взгляд чуть выше — на волосы девушки.
Только тогда Тейлор вспомнила, как Сэмми вплетала в её волосы разноцветные заколочки, и почувствовала себя до ужаса глупо.
— Нет, это просто… небольшая шалость, — тут же принялась оправдываться девушка, уже намереваясь снять злополучные украшения, но мистер Хиддлстон остановил её руку своей рукой.
— Мне нравится, — ухмыльнулся он, заговорщически сощурив глаза.
Ещё чуть-чуть, и сердце выпрыгнет из груди. Оно билось так неистово, что Лив казалось, будто все в школе слышат этот стук, будто он питает целую планету энергией, чтобы та могла кружить вокруг солнца.
Впервые Оливия ощутила свою значимость — будто она находилась именно там, где и должна была, словно без неё ничего бы не было. Словно бы планета взорвалась, если бы Лив неожиданно исчезла.
Так глупо…
И тогда Том снова сделал это — снова дразнил бедную девушку, опустив свой взор на её губы и облизав языком свои.
Сейчас или никогда! Сейчас или никогда! Сейчас!
И сомкнув веки, Лив уже потянулась к лицу Тома, чтобы наконец накрыть его губы своими. Тейлор даже встала на носочки, когда ощутила, как мистер Хиддлстон отошёл на шаг назад.