Эффект бабочки (СИ)

— Нет, — пискнула она в ответ.
— Точно? — нахмурился Томас.
— Да, — кивнула Лив, хоть и чувствовала, что действительно проголодалась.
— А я бы перекусил.
Так же быстро шатен поднялся на ноги и, спрятав очки в специальный футляр и оставив его на тумбочке рядом с книгой, подал руку светловолосой.
— Идём, — кивнул он в сторону двери.
И тяжело вздохнув, Тейлор всё же встала при помощи его руки.
Выйдя из комнаты, Лив снова услышала частые стуки и страстные стоны, но уже за другой дверью — в конце коридора.
Да что за брачный период?!
Не дожидаясь, пока Том замкнёт дверь на ключ, светловолосая скорее побежала к лестнице и, спустившись на первый этаж, забежала в довольно просторный зал прямо напротив стойки ресепшена, из-за которой по-прежнему слышались индийские мотивы, и оказалась в столовой.
Помещение было довольно тёмным: с бордовыми стенами и плотными шторами. Слева от входа находилась барная стойка, за которой суетилась Рахель. На полках были расставлены спиртные напитки, пачки сигарет и различные снеки, вроде чипсов и печенья. По залу были расставлены столики, за одним из которых уже сидел какой-то мужчина, читая газету и покуривая трубку, из-за чего в помещении стоял навязчивый запах табака. А в углу висел небольшой телевизор с изображением диктора новостей.
Усевшись за один из многочисленных столиков — подальше от курящего мужчины и поближе к барной стойке, Лив принялась ждать.
От табачного дыма, столпом стоявшего в помещении, даже заслезились глаза. Потерев их пальцами, Тейлор заметила, как, спустившись со второго этажа, к стойке ресепшена подошла средних лет женщина в кожаной куртке с меховой подкладкой, лёгкой красной маечке, из-под которой виднелись её соски, коротеньких джинсовых шортиках, колготах в сеточку и кожаных сапогах.
— А вот и наша расхитительница гробниц! — довольно громко воскликнула рецепционистка, добавив непонятную фразу на языке хинди, отчего Рахель, стоявшая за барной стойкой, звонко рассмеялась.
— Я и правда расхитительница, Вимала, — покачала головой женщина, — кошельков неотёсанных мужланов.
— Какой сегодня улов? — ухмыльнулась Вимала.
В ответ на это женщина лишь высыпала на стойку несколько купюр и горсть монет. Внимательно посчитав деньги, Вимала передала часть гостье, а часть забрала себе, засунув их в чашечку бюстгальтера.
— Неплохо, — кивнула она, — как и всегда, семьдесят процентов вашим, тридцать — нашим.
— Не забывай рекомендовать мои услуги клиентам, — попросила та, — особенно тем, кто может неплохо раскошелиться.
В этот самый момент на первый этаж спустился Томас. Заметив у ресепшена даму в довольно откровенном наряде, он заметно растерялся, но всё же почтительно кивнул в знак приветствия.
— Миледи, — произнёс он, направляясь в столовую.
Лив лишь обескураженно наблюдала за тем, как Вимала и её знакомая изучали Томаса. А последняя и вовсе довольно разглядывала его зад.
— Почему умолчала об этом?! — полушёпотом спросила женщина, очевидно поразившись красоте шатена.
Прежде чем хозяйка успела что-либо ответить, Рахель прокричала что-то непонятное, при этом указав рукой в сторону Лив, всё это время сидевшей за столом и смотревшей на женщин, подозрительно сощурив глаза.
Вимала пробормотала что-то себе под нос, также покосившись на Оливию, очевидно переведя фразу Рахель на английский.
— Ладно, — разочарованно вздохнула женщина, собрав свою долю в карман куртки. — Если появятся клиенты, дай знать.
— Всенепременно, — кивнула Вимала, возвращаясь к просмотру фильма.
— С вами очень приятно иметь дело! — воскликнула гостья и, в последний раз обернувшись на Томаса, изучавшего меню у барной стойки, и оглядев его пятую точку, удовлетворённо улыбнулась и покинула мотель.
Скрестив руки на груди, Тейлор недовольно фыркнула.
Какая наглость!
Вот почему чуть ли не в каждой комнате слышались стоны! Одиноких гостей ублажала проститутка! Она ещё и засматривалась на Тома! Интересно, что ей сказала Рахель? Очевидно она сказала что-то про Лив, но что? Что Томас приехал сюда не один, а со своей девушкой?
 
От одной только мысли об этом её щёки покрылись румянцем, а на душе стало так трепетно и тепло. А ведь кто-то и правда мог принять их за пару!
Наконец подошёл мистер Хиддлстон: поставил на столик поднос с целой кучей еды и, отодвинув стул, уселся напротив девушки, загородив собой вид на коридор гостиницы.
— Угощайся, — улыбнулся он, надкусив хот-дог и с наслаждением пережёвывая его.
Отвлёкшись от неприятных мыслей, Лив ещё раз взглянула на пустующую стойку ресепшена, слегка наклонившись в бок, и, тяжело вздохнув, принялась критически осматривать еду в поисках волос, насекомых или даже частичек ногтей.
Том заказал два ароматных хот-дога, блинчики со сгущёнкой и две кружки чёрного чая. На удивление, всё выглядело довольно стерильно и даже аппетитно. А услышав сладкий аромат еды, Тейлор и вовсе осознала, как сильно проголодалась.
— Что-то не так? — нахмурился Том, очевидно заметив кислое выражение лица светловолосой.
Лив неопределённо пожала плечами.
— Кажется, вы понравились той женщине у стойки.
Обернувшись назад и не увидев никого в коридоре, Том будто бы вспомнил, о ком идёт речь и усмехнулся.
— Поверь мне, ей понравился не я, а мой кошелёк.
— Не только, — хмыкнула Тейлор, неосознанно переведя взгляд ниже пояса мужчины.
Проследив за направлением взора светловолосой, шатен заглянул ей в глаза, заговорщически сощурившись, и самодовольно ухмыльнулся.
— Погоди-ка, — промурлыкал он, — ты ревнуешь?
По телу будто бы пробежал электрический разряд. Сердце начало быстро-быстро колотиться, выпустив порцию адреналина в кровь, а ноги стали ватными.
— Ч-что? — издала фальшивый смешок Лив и тут же дрожащими руками схватила свой хот-дог, в попытке скрыть волнение. — Нет.
— Уверена? — улыбался мужчина.
— Конечно, — соврала Тейлор, надкусывая булочку, такую мягкую и тёплую.
— Ну хорошо, — кивнул Томас. — Ты можешь не переживать по этому поводу, Лив. Мне уже кое-кто нравится.
— Правда? — нахмурилась Оливия.
— Да, — как ни в чём не бывало отозвался мистер Хиддлстон, отпивая горячий чай.
Больше они не проронили ни слова.
***
Время до вечера, что Лив провела за полным игнорированием мистера Хиддлстона (что было сложно, находясь при этом в одном, довольно тесном номере) и демонстративным повторением материала для выступления на конференции, которая состоится уже завтра, пролетело незаметно.
Хоть девушка и усердно пыталась вчитываться в текст, который должна будет зачитать перед большой публикой, она всё равно никак не могла уловить смысл написанных предложений, ведь мысли всё время уносили её куда-то далеко.
Кто же мог нравиться Томасу? И значило ли это его заявление о симпатии то, что светловолосая может отставить все свои надежды? То, что эти взгляды, несостоявшиеся поцелуи, объятия ничего не значили? Мир будто бы потерял все свои краски, снова став безжизненным и серым, а бабочки в животе превратились в летучих мышей, роем круживших где-то внутри и вгрызающихся в кожу острыми, как иглы, зубами. Было больно. Нестерпимо.
В тишине Тейлор яростно захлопнула папку с научной работой и, громко топая, удалилась в ванную комнату, чтобы принять душ.
Нежная кожа раскраснелась от горячей воды, под которой Лив простояла добрых двадцать минут. Специально. Чтобы наказать себя. За все те фантазии, которыми кормила себя перед сном, будто она могла найти любовь всей своей жизни, быть счастливой вместе с ним, жить нормально, как и все нормальные люди… Может она просто не заслуживала этого «нормально»?
По раскрасневшимся щекам потекли горькие слёзы. Ей хотелось кричать от боли, что огнём обжигала грудную клетку. Оливия делала себе больно, чеша мочалкой распаренную кожу бедра. До красноты. До крови.
В конце концов, накинув на себя махровый халат, что висел на вешалке в ванной, и замотав мокрые волосы в полотенце, Тейлор вышла и быстро забралась в постель, отвернувшись к стене и не сказав ни слова.