Карты (СИ)

— Выходи, зеленоглазка, я знаю, что ты здесь, — со смешком раздалось в особняке. А через несколько секунд перед лестницей неожиданно появился Михаил в чёрных брюках и с полуголым торсом. От этого девушка непроизвольно закусила нижнюю губу, в одно мгновение забывая обо всём. — Может быть, уже поймёшь, что нет смысла прятаться, м?
Кристина ждала крика, гневной вспышки, но никак не того, что мужчина лишь просто подойдёт к ней и будет просто смотреть в её глаза. Просто наблюдать за ней, ничего не требуя взамен и, кажется, совсем не злясь, хотя она подслушивала его разговор, чего делать было крайне нельзя.
— И чего ты проснулась? — устало и с иронией уточнил мафиози, осторожно коснувшись щеки брюнетки и подойдя ближе к ней. Её присутствие он заметил не сразу, но всё же ответив на вопрос полупартнёра, почуял, что кто-то за ним наблюдает. И по идее Михаил должен был разозлиться, но в душе было, на удивление, спокойно и ругаться совсем не хотелось.
Эта зеленоглазая девчонка стояла перед ним, переминаясь с ноги на ногу. Замотанная в его плед со смешными спутанными после сна волосами и с удивлённым растерянным взглядом. И невольно мафиози снова подумал о том, какая из неё, по их словам ведьма? Какая глупость…
Просто маленькая уставшая девчонка.
И совсем не думая Михаил интуитивно подхватил её под ягодницы и понёс в направлении комнаты, наблюдая за непонимающим взглядом и несмелыми пальчиками неожиданно коснувшимися его голой груди с лёгким удивлением.
— Я думала, что ты отдашь меня, — неожиданно честно выдохнула Ефремова, опуская голову. — Это было бы вполне логично, наверное…
Она заглянула в его глаза горького шоколада, ощущая, как противно заныло что-то внутри. И названия этому ощущению Кристина дать не могла. В её голове всё ещё вертелось имя той загадочной девушки, такой дорогой для мафиози. Кто эта Майя? И не вернётся ли она к нему? От этой идеи сердце брюнетки противно корябнуло, словно ржавым гвоздём. Однако его взгляд и руки на её теле, словно залечивали эти раны.
— Ты не вещь, чтобы тебя отдавали, запомни это, — уверенно проговорил Михаил опуская её на постель. — Я не заставлю тебя делать то, чего ты не хочешь, когда ты уже это поймёшь?
Услышав это, Ефремова улыбнулась, ощущая, как сильно забилось в груди сердце. На губах вмиг сверкнула улыбка, и мафиози заметил, как в зелёных глазах зажёгся плутовской огонёк. Тоненькие девичьи ручки тут же оплели шею, будто лиана, совсем не позволяя отстраниться и притягивая лишь ближе к себе.
— А если я хочу тебя…
И ответом ей стал лишь его страстный поцелуй и прикосновение тёплых ладоней к её спине.
И, кажется в этот миг, в эти минуты родных прикосновений Кристина была счастлива. Михаил же, держа свою зеленоглазку в крепких объятьях и прижимая к себе, лишь понял, что именно её ему и придётся дальше остервенело защищать, потому что отказаться от неё….
Кажется, не в его силах и не в его власти…
23. К ней домой.
Она не выходила из его головы с первой встречи. Маленькая зеленоглазая девчонка с взглядом испуганной лани. Гордая и красивая. Самодовольная и нахальная, но настолько же манящая и нежная. Настоящая и искренняя. Тёплая и близкая. Просто…
Его зеленоглазка.
Ещё вчера она выгибалась в руках от его умелых мужских ласк. Зовуще стонала в его губы и шептала что-то до боли нежное и разбивающее. Смотрела своими невыносимыми зелёными глазами и, словно выжигала что-то в его измученной душе, словно клеймила одними ей ведомыми знаками. Глупая Кристина, так доверчиво льнущая к нему и прижимающая к себе. Совсем ещё крошка по сравнению с ним. Едва доставала ему до плеча, и даже поднять её он смог бы и одной рукой.
И Михаил делал это изо дня в день прижимал к себе её покорное тело. Ощущал жаркими ночами, как вершинки её голой груди касаются его разгорячённого торса и судорожно выдыхал в её губы, накрывая их поцелуем. Обнимал, терзал. Делал всё, чтобы вознести их к пику наслаждения, к которому они приходили вместе. Он чувствовал каждое её касание, слышал каждый вздох, видел нежность взгляда и таял. И не мог быть с ней безжалостным и властным.
 
Он, обычно грубый и жёсткий, просто был ласков и осторожен с ней, боясь неосторожным движением не навредить. Просто наслаждался её близостью, теплотой и такой искренней лаской. И вдыхал её особый запах и чувствовал, как кайф разливается по телу.
И такого не было ни с одной другой женщиной. Только с ней. С этой юной зеленоглазой девчонкой, которая так сладко шептала его имя в наслаждении.
В тот вечер она уснула быстро, почти сразу, уставшая и обессиленная. Просто коснулась головой подушки, прикрыла глаза, и уже через пару секунд до него донеслось её тихое сопение. И он усмехнулся. Знал, что сейчас эта девчонка свернётся в клубочек, как маленькая кошечка, подожмёт ноги под себя и прижмётся к его боку, уложив свою пушистую головку на сильное мужское плечо.
Ему же только и оставалось, что обнять это худое тело, укрывая от всего враждебного мира собой. Михаил помнил о мучающих брюнетку кошмарах, а потому совсем не спешил уходить. Не хотел, чтобы леденящее чувство страха накрыло её вновь, когда она осталась одна. И не ошибся.
Когда Кристина посреди ночи заметалась в его руках перепуганной птицей, мафиози обнял её сильнее, тут же чувствуя, как её тонкие руки вцепились в него, будто в последнее спасение. Мужчина привычно поцеловал в макушку, прошептав что-то ласковое, и она, на удивление, сквозь сон послушалась и успокоилась, уткнувшись своим холодным носом в его грудь. А сам мафиози ещё долго почему-то не мог уснуть. То ли от усталости, то ли от головной боли. Поэтому то и до утра смотрел на лицо своей подопечной.
Красивое и усталое.
Наверное, из-за этого проклятого недосыпа весь оставшийся день он был бледен и отчасти угрюм. Головная боль и не думала отпускать, а таблетки почему-то совсем не помогали, но мужчина всё же старался сохранять лицо, хотя и чувствовал себя отвратительно. Ему нужно было снова собраться, всё обдумать, построить свои излюбленные логические цепочки. И именно этим ему доводилось занимать сейчас. Выслушивать всех, а главное пытаться услышать самого себя.
Вокруг него только дурак не твердил, что он поступает неправильно. Но что-то внутри него самого кричало, что всё так. Всё правильно. И отдать Кристину было бы самым подлым и низким, что ему приходилось делать в жизни. Да и не вещь эта девчонка, чтобы её отдавали. Нужно было придумать что-то, чтобы от неё отстали. Ему не в первой. Нужно лишь приложить усилия и подумать, снова игнорируя боль, которая стала весьма частым гостем.
Вновь возвращаясь к нему, спустя столько лет.
***
Марат стыдливо мялся у двери уже несколько часов, сжимал в руках тёмно-фиолетовую папку и никак не решался войти. Внутри парня всё против его воли отчаянно колотило от страха, хотя он и пытался преодолеть это. Однако ожидание реакции мафиози всё равно приводило в лёгкий ужас.
Уже несколько недель брат Кристины отчаянно работал над новым проектом, прерываясь разве что только на трёхчасовой сон. Ведь это была уникальная программная разработка, мысль о которой не отпускала блондина уже достаточно много лет, и, кажется, лишь сейчас нашёл истинный ключ к разгадке. Заняться ею раньше не было ни средств, ни возможностей, потому что в него никто не верил. А сейчас…
Сейчас в своё владение Марат неожиданно получил всё то, о чём раньше не мог и мечтать. Получил всё то, о чём не осмелился бы попросить вслух. Ноутбук самой последней модели. Доступы к различным нужным ресурсам. И время. Время тишины и покоя. И это было самым дорогим подарком, который он получил за всю его недолгую жизнь.
На удивление, Михаил не стал присылать к нему психиатров. За что тот был безумно ему благодарен, как и за всё остальное, коего было много. И вообще он сам старался, как можно меньше контактировать с ним. После того разговора о сестре, Марату казалось, что для мафиози он вообще перестал существовать, однако это было далеко не так.