Карты (СИ)

— Если тебе нехорошо, давай вызовем такси, — попросила Кристина, едва найдя в себе силы говорить. Прерывисто выдохнула, не отрывая своего взгляда от него. Эти его боли, мучавшие тело, будто изводили её саму, заставляя всё внутри сжиматься при одном его болезненном сжимании губ. Однако, как помочь девушка совсем не знала. И это уничтожало. — Пожалуйста, Миша… Я справлюсь… Я…
Искренне волнение, дрожащие ресницы заставили мужчину усмехнуться. Какой же ласковой была эта девочка. Какой нежной… Сейчас она стала именно такой, какой была при первой их встрече. Испуганная лань, покорившая его одним взглядом своих зелёных глаз. И теперь, ради её же блага, он не имел права предать её.
— Всё в порядке, зеленоглазка, — спокойно и с привычной твёрдостью ответи Михаил, покачав головой и мягко отняв её ладонь от своего лица, перед этим легонько коснувшись её губами. Совсем невесомо, но этого хватило, чтобы внутри брюнетки загорелся знакомый пожар. — Нужно ехать. Скоро самолёт — нам не нужно опоздать. Ты всё собрала? Если нужно что-то ещё, то заедем купим и…
— Ничего не нужно, — поспешно оборвала его Ефремова, в одно движение поворачиваясь к окну. Нужно было хоть как-то отвлечь себя, чтобы не разреветься прямо здесь. Она не могла позволить себе этого, ведь сама попросила, чтобы он был рядом с ней сейчас. Это был её выбор… К тому же и так довелось прореветь в комнате весь этот бесконечный день, что едва удалось замазать синяки. — Если можно только — давай не будем спешить, мы ведь и так успеваем в аэропорт, верно?
На эту просьбу мафиози лишь кивнул головой, заводя машину и проворачивая ключ зажигания. Мужчина никогда не любил водить сам, но для девушки, как и всегда сделал исключение. Да и даже без её просьбы спешить ему самому не хотелось. С определённых пор он не любил скоростную езду, в своё время слишком дорого пришлось за это заплатить. К тому же, если быть честной, ему всё же хотелось подольше побыть в компании Кристины, за которой он периодически наблюдал.
Отвернулась, смотрит вдаль, делает вид, что не замечает, а сама тонкими пальцами края своего платья сжимает. Чёрного такого, красивого. Ей очень идёт, и он, как мужчина не мог этого не заметить. Хотя его зеленоглазка ему куда больше нравилась в белой рубашке на голое тело и с улыбкой на лице, а не с грустью, как сейчас. Но эта грусть скоро пройдёт, она всё забудет и следа не останется…
Как и должно было быть изначально. Ведь между ними ничего не могло быть.
— Значит теперь ты точно принадлежишь мне, — удовлетворённо заявил мафиози, понимая, что с этой девушкой вряд ли возникнут проблемы. Она в полной его власти и подчинении, и сама не сопротивляется этому. Резким движение он скидывает со своих плеч длинный пиджак и протягивает его ей, цепляясь за чуть восхищённый взгляд. — Надень. Я не хочу, чтобы ты заболела в первый же день, добавив мне проблем.
Девушка хмыкнула, но натянула на светлые плечи теплую ткань, ощущая запах дорогого парфюма. Она поставила бутылку обратно на стол и быстрыми шагами двинулась за мужчиной, игнорируя бросаемые на неё взгляды. Сейчас хотелось просто забыться, даже если и по способам постели мафиози.»
Их первые разговоры. Её наглость, поразившая его в тот вечер. Конечно, он не собирался убивать, но Ефремова сама сделала выбор, сама шагнула навстречу, и он не смог отказать. И сейчас ничуть не жалел об этом, несмотря на кучу проблем, навалившихся после. Все они стоили этих искренних минут, что были между ними. Такого не было за всю его жизнь, а Кристина, будто озарила её. Он улыбнулся, невольно вспоминая…
— Выходи, зеленоглазка, я знаю, что ты здесь, — со смешком раздалось в особняке. А через несколько секунд перед лестницей неожиданно появился Михаил в чёрных брюках и с полуголым торсом. От этого девушка непроизвольно закусила нижнюю губу, в одно мгновение забывая обо всём. — Может быть, уже поймёшь, что нет смысла прятаться, м?
Кристина ждала крика, гневной вспышки, но никак не того, что мужчина лишь просто подойдёт к ней и будет просто смотреть в её глаза. Просто наблюдать за ней, ничего не требуя взамен и, кажется, совсем не злясь, хотя она подслушивала его разговор, чего делать было крайне нельзя.
 
— И чего ты проснулась? — устало и с иронией уточнил мафиози, осторожно коснувшись щеки брюнетки и подойдя ближе к ней. Её присутствие он заметил не сразу, но всё же ответив на вопрос полупартнёра, почуял, что кто-то за ним наблюдает. И по идее Михаил должен был разозлиться, но в душе было, на удивление, спокойно и ругаться совсем не хотелось.
Эта зеленоглазая девчонка стояла перед ним, переминаясь с ноги на ногу. Замотанная в его плед со смешными спутанными после сна волосами и с удивлённым растерянным взглядом. И невольно мафиози снова подумал о том, какая из неё, по их словам ведьма? Какая глупость…
Просто маленькая уставшая девчонка.
И совсем не думая Михаил интуитивно подхватил её под ягодницы и понёс в направлении комнаты, наблюдая за непонимающим взглядом и несмелыми пальчиками неожиданно коснувшимися его голой груди с лёгким удивлением.
— Я думала, что ты отдашь меня, — неожиданно честно выдохнула Ефремова, опуская голову. — Это было бы вполне логично, наверное…
Она заглянула в его глаза горького шоколада, ощущая, как противно заныло что-то внутри. И названия этому ощущению Кристина дать не могла. В её голове всё ещё вертелось имя той загадочной девушки, такой дорогой для мафиози. Кто эта Майя? И не вернётся ли она к нему? От этой идеи сердце брюнетки противно корябнуло, словно ржавым гвоздём. Однако его взгляд и руки на её теле, словно залечивали эти раны.
— Ты не вещь, чтобы тебя отдавали, запомни это, — уверенно проговорил Михаил опуская её на постель. — Я не заставлю тебя делать то, чего ты не хочешь, когда ты уже это поймёшь?
Услышав это, Ефремова улыбнулась, ощущая, как сильно забилось в груди сердце. На губах вмиг сверкнула улыбка, и мафиози заметил, как в зелёных глазах зажёгся плутовской огонёк. Тоненькие девичьи ручки тут же оплели шею, будто лиана, совсем не позволяя отстраниться и притягивая лишь ближе к себе.
— А если я хочу тебя?
Они молчали, старались не думать о том, куда едут и зачем, однако что-то внутри отчаянно сопротивлялось этому решению. В голове обоих проплывали сотни моментов: улыбок, чувств, близости. Того, что было у них на двоих вряд ли когда-то сможет повториться. Понимал это Михаил и понимала это Кристина, хотя оба делали вид, что это не так, что им всё равно.
Машина ехала дальше. В пробке кто-то сигналил. Огни Москвы горели яснее. А Ефремова только и сжимала края своего платья, косясь на сосредоточенного мафиози, который, как ей казалось, совсем на неё не смотрел.
Хотя для него и было это чёрное обтягивающее платье, для него была эта причёска и макияж, скрывающий красные заплаканные глаза. Но ему, похоже, было всё равно. И это резало сердце. От того ею совсем незамеченными оказались его руки, усиленно сжимающие руль. А с губ совсем неосознанно слетел давно волнующий вопрос. Раз уж они больше не увидятся, то имеет она право его задать, верно?
— Помнишь, когда ты разговаривал со своим подчинённым, он неожиданно произнёс одно имя… — осторожно разрушила тишину Кристина, внезапно поворачиваясь к мужчине и устремляя на него взгляд своих изумрудных глаз. — Я запомнила и не смогла забыть, хоть на прощание раскрой мне эту тайну, пожалуйста…
Неожиданно всё остановилось, и Михаил затормозил. Они приехали. Девушка перевела взгляд вокруг и посмотрела. Через лобовое стекло уже виднелось здание аэропорта. Яркие обозначения, однако сейчас это казалось совсем и совсем неважным. Важным был только её вопрос, сейчас повисший в воздухе. Несмотря на его молчание, Ефремова продолжила.
— Майя… Кто она? Эта та женщина, которую ты любил или любишь?
В эту минуту мафиози завис. Смотрел на брюнетку и не мог ничего понять. Рассказывать всю эту болезненную историю ему не хотелось, но испуг, застывший в глазах колол изнутри. Получается, всё это время его глупышка изводила себя этой ревностью… Какая глупышка. Рука мафиози невольно потянулась к её волосам, нежно проводя по ним.