Последний из рода Ашина (СИ)
Три выстрела, на которые я затратил не более десяти секунд и бездыханные тела валятся на землю. Далее более долгое прицеливание и уже всадника в блестящих доспехах выбивает из седла. Второй неожиданно дёрнулся, или чего почувствовал, но я попал в его коня. Пока враги сориентировались и начали быстро отступать, мне удалось подстрелить ещё четверых. Только не знаю насмерть или нет. Нога мёртвого командира застряла в стремени, и его волокло по земле, пока неприятель не отошёл на безопасное расстояние.
Настроение нашего отряда изменилось кардинально. Крики и насмешки неслись уже в спину отступающего врага. Бурче недовольно посмотрел в мою сторону, но ничего не сказал.
— Надо посылать разведчиков через холмы. Попробую договориться с местными козопасами, — произнёс Тамызак, — Степь перекрыта, и мы только потеряем людей. Сахиб города говорит, что последние новости с той стороны, он получал две недели назад. Да и не стал бы я верить подобным гонцам.
— А ты что скажешь, Алтан, — дядя решил провести мини военный совет, что выглядело разумно.
— Мне не нравится, как расположен город. К нему идут две главные дороги с севера и востока. Их хорезмийцы более-менее контролируют. Но ещё есть обходной путь вдоль моря. Если монголы начнут наступать, то могут зайти к нам в тыл. А — это ловушка, из которой мы не выберемся. На юге горы, которые с трудом преодолеет даже пеший. Я же своего коня бросать не собираюсь, — глажу по голове Карабаша, который всхрапнул, будто одобрил мои слова.
Санджар до сих пор не мог привыкнуть к выходкам необычного жеребца. Ну, хоть перестал дёргаться и просто делал круглые глаза.
— И как мы должны поступить? — Бурче давно отдал мне управление отрядом, делая небольшие поправки.
— Надо совершить рейд на север и взять Ак-Кале. Аул этот бесполезен и почти уничтожен. Но там есть несколько колодцев, а значит, враг может собрать с той стороны немалые силы для нападения. Оставим там небольшой отряд, который будет два раза в день вести разведку и присылать гонца. Здесь не очень далеко. Ещё не мешает занять Бендер-Шах, где сейчас нет ничьих войск, и город тоже сильно пострадал. У сахиба Гызыла хватает воинов, которые маются от безделья. Вот пусть и начинает шевелиться. Не нравится мне происходящее. Лучше вообще отойти на запад и занять там оборону. Но Гияс дал приказ оборонять Астерабад. Только это можно делать по-разному. Просто сидеть и ждать, когда нас окружат со всем сторон — крайне глупо.
Так мы и решили. Оставили несколько заслонов и вернулись в свой лагерь, который разбили в километре от Астерабада. В городе просто не было сохранившихся зданий, чтобы разместить почти четыре сотни воинов. Нас ночёвкой под открытым небом не испугаешь, так даже лучше. Смущают меня местные клоповники, которые здесь называют домами. А ещё там тьма скорпионов, пауков и прочих агрессивных насекомых, обитающих в глиняных строениях. В предгорьях, где мы окопались, гораздо лучше.
* * *— Догадываешься, зачем я тебя позвал?
Гость кивнул и сел на кошму. Невысокий, весь какой-то усреднённый, он бы затерялся в любом городе от Киева до Самарканда. То есть человек неброской внешности, за которую не цепляется взгляд. Одень его в кафтан — сойдёт за своего на Руси, а в халате и чалме чуть ли не вылитый перс. Только глаза у него голубые, хотя и здесь хватает подобных типажей.
Звали воина Саман, и он происходил из практически уничтоженного монголами рода. Воин прибился к ребятам Тархана и приносил немало пользы. Мой ближник как-то проговорился, что согласовывает практически все свои действия с более опытным товарищем. А ещё Бурче подсказал мне обратить внимание на нестандартно мыслящего кумана.
— Если юноша-конюх следит за происходящим внутри отряда, то мне придётся взять на себя разведку.
Товарищ очень наблюдательный, раз раскусил Бузлара, который старался лишний не выделяться.
— Не совсем так. Твоя задача — найти людей, которые будут следить за нашими врагами, находясь на их земле. Мы должны знать не только о войсках, которые уже подошли к нашим границам. Для этого хватит обычных разъездов. Нам нужно понимать, что замыслил враг на несколько лет вперёд. И для этого не надо посылать людей в логово монголов. Достаточно того, что твои разведчики будут знать, что происходит в ближайших странах и кочевьях. Например, человек из Герата может рассказать не меньше, чем какой-нибудь придворный из ставки хана наших врагов. То же самое касается кимаков, которые давно смотрят в сторону востока. Их вожди будут извещены о предполагаемом походе заранее. А значит, мы сразу должны получить эти новости.
— Для этого надо самому посещать разные страны и кочевья, — возразил Саман, — Пока я это сделаю, враги уже перейдут Волгу и нападут на наши земли.
Ещё раз убеждаюсь, что не ошибся в выборе. Только мои ближники пока осознали грядущую опасность для кипчакской степи. А здесь человек сам всё прекрасно видит, без всяких подсказок.
— Зачем куда-то ездить? — вот здесь меня разведчик удивил, — Наши враги давно нашли отличный способ следить за окружающими и дальними странами. Уже много лет лазутчики, под видом купцов путешествуют по землям, куда потом вторгается армия монголов. В городах же сидят разного рода ремесленники, мелкие торговцы и прочие незаметные людишки, которые собирают сведения и передают их купцам. Они, в свою очередь, собирают новости в нескольких городах и сообщают всё особому человеку. Тот выбирает самое важное и гонец, обычно в составе каравана, везёт послание на восток. Всё это занимает много времени, но наши враги никуда не торопятся. У нас, наоборот, нет времени и необходимо создавать разведывательную сеть прямо сейчас. А новости из стана врага нужны были вчера.
— Очень подходящее слово — сеть. Что потребуется от меня?
— Наш обозник жалуется, что у него нет достойного помощника. Ты как раз получил рану и поэтому перевод воина в обоз никого не удивит. Думаю, там тебе будет легче всего начать плести сеть. Купцы, торговцы, мастеровые и прочий люд обычно крутятся около обоза. Начни пока с этой местности. Пусть у тебя будут здесь люди. Ранее по Хазарскому морю ходило много судов. Торговля всё равно должна наладиться. Значит, мы сможем посылать сюда своих людей, когда вернёмся в родные кочевья. Но самым важным направлением для нас являются кимаки. Думай, как можно будет найти верных людей в их землях. Или подкупить, что обычно используют наши враги. В золоте я тебя не ограничиваю. Только объясни своим будущим разведчикам, что кроме денег у людей достаточно иных слабостей. Одно из основных — это зависть и месть. Ты человек взрослый и опытный, сам решай.
Далее, мы детально обговорили структуру будущей куманской Сигуранцы. Я решил не посвящать в эту тему много людей. В курсе были только дядя, Тархан и шаман. Последний оказался неоценимым кладезем информации. У него было множество контактов среди разного рода клерикалов и иных людей, разбросанных по нужным нам регионам. Понятно, что большая их часть может быть уже мертва или перебралась в другие страны. Но надо с чего-то начинать.
* * *Сахиб Астерабада не стал тянуть и решил последовать нашему плану. Только брать Ак-Кале пришлось именно кипчакам. Пешие воины и небольшой отряд конницы шёл вслед за нами.
В аул уже начали возвращаться люди, которые с опаской встретили пришельцев с юга. По словам местного старосты, высохшего и прокопчённого под местным солнцем перса, монголов здесь не было несколько месяцев. Главное — колодцы были полны воды и не отравлены.
Два дня мы ждали подхода хорезмийцев, а сами проводили разведку местности. Бурче решил, что надо двигаться дальше и провести разведывательный рейд. Сахиб был предупреждён и враги не должны были застать его врасплох. Мы же планировали продвинуться до городка Боруна, затем повернуть на восток, и ударить монголам в тыл. Не думаю, что они ожидают подобного сюрприза. Но и шапкозакидательских настроений в отряде не было. Дядя педантично разбирал наши ошибки при первой возможности. Народ изрядно устал от этого, но им на подкорку вдалбливали порядок действий в случае столкновения с неприятелем. Детская засада, в которую мы чуть не попали, стала эдаким холодным душем для всего отряда. Даже бывалые мамелюки, которые воюют уже несколько лет, впечатлились дисциплиной и организацией вражеского войска.