Последний из рода Ашина (СИ)

— Ты думаешь, что русские князья и булгарский хан будут спокойно взирать, как от них бежит народ?
— Будем договариваться, — спокойно реагирую на скепсис, — И нам нужно стать сильными. Мы уже сделали большой шаг на пути восстановления могущества куманов, но этого мало. Поэтому наша задача вернуться домой с мощным отрядом, хорошей добычей и мастерами. Я же не просто так вцепился в этого строителя. Представляешь, если мы укрепим Шарукань и другие наши города, как Чернигов? А один из франков — вообще мастер по выплавке металлов. Я с ним долго общался и сразу понял, что он не врёт.
— Зачем тебе свой металл? Строить печи с мастерскими — дело долгое и затратное, — не соглашался Бурче, — Для этого нужен действительно укреплённый город.
— Металл мне нужен для доспехов и арбалетов. Про наш будущий город, а может, столицу всех куманов, ты прав. По возвращении мы захватим Адамах. Бродников надо добить, чтобы не осталось силы, которая может ударить нам в спину. Их главный город расположен очень удачно. По реке можно сплавлять руду и уголь. А через морской порт будем торговать с франками, генуэзцами, да хоть с мусульманами. Также я хочу прибрать к своим рукам всё низовье Дона и восстановить Белую Вежу вместе с волжским волоком. Не мешает ещё забрать под свою руку Тмутаракань и Олешье. Но за последний придётся драться с киевским князем, хотя его власти там почти не осталось. И наши братья-лукоморцы будут недовольны. Они неплохо наживаются на сопровождении купцов вверх по Днепру.
— Алтан, мы сейчас в Хорасане с отрядом в четыре сотни сабель. Завтра на Астерабад может напасть войско монголов, и прихлопнуть нас, как назойливую муху. Тем более, что мы изрядно потрепали их обозы за последние недели. А ты мечтаешь о будущем величии, — Бурче немного спустил меня на грешную землю, — Лучше объясни, что за арбалеты. Слышу про них от тебя уже второй раз.
Давно пора было посоветоваться с дядей по этому поводу. Рассказываю о своих планах сформировать отряды, которые должны охранять обоз. Это для начала, далее будем расширять этот род войск. Пока же нужно всерьёз заняться организацией логистики своей будущей армии. В том числе защиты обоза при помощи старого доброго «Гуляйполя». И наличие стрелков с дальнобойными арбалетами могут стать большим сюрпризом для нападавших. Думал я и порохе, но с этим делом лучше не шутить. Монголы имеют под боком Китай, где могут черпать ресурсы и классных специалистов. Покажи пример — и именно у них через несколько лет будет самая лучшая артиллерия в мире. Пока придётся опираться на иные вещи.
— Самострел — вещь известная, но ненадёжная. Если ты говоришь, что можно создать более мощное оружие, то поверю, — впервые за сегодня согласился дядя, — Но сколько это займёт времени? И я бы обратил внимание на ханьский «чо-ко-ну». Думаю, их можно изготовить даже здесь. Тем более что я видел эту штуку в одной из лавок торговца оружием.
Далее Бурче провёл для меня ликбез о самострелах и их видах. Оказывается, китайцы уже более тысячи лет используют многозарядные арбалеты. Убойная сила этого оружия не так велика, но для моих планов вполне подходит. Хотя с трудом верится, что в нынешних условиях можно произвести механизм подобной сложности. В любом случае, надо поговорить с торговцем. Может, он чего посоветует.
* * *
— Рассказывай, — говорю Тархану и киваю на кошму.
Наш небольшой военный совет ждал новости от разведки. Ближник, весь в пыли, размазанной потёками пота на лице, буквально светился от радости.
— Они отступают. Думаю, командующий монголов решил собрать остатки войск у Бижан-юрта, который местные называют Боджнурт. Я оставил десяток наблюдать за врагом, но это точно не ловушка.
А дело было в том, что мы наконец-то получили приказа атаковать. Вернее, гонец от Джалала прискакал к сахибу Гызылу. Тот позвал нас на совещание для выработки тактики рейда на восток. Наши предыдущие наскоки и захват городков вдоль горганской стены остались без ответных действий. После двух очередных вылазок мы поняли, что у местных монголов просто нет достаточных сил. Да и самих земляков Чингисхана в окрестностях не наблюдалось. На фронтире несли службу больше карлуки и разного рода перебежчики из огузов. Особым боевым духом они не обладали, и были быстро нами разбиты. Отряд, который чуть было не заманил нас в ловушку, действовал восточнее, куда мы собственно и направляемся.
 
С учётом того, что у меня в распоряжении уже около пятисот всадников, то мы уже немала сила. Это я считаю только кавалерию, без обоза и начавшейся обучаться сотни пехотинцев. Сахиб сразу позвал нас с Бурче на военный совет, где мы обсудили будущий рейд.
В итоге войско, выдвинувшееся в поход, было разделено на три части. Наш отряд шёл в авангарде. Далее шли три тысячи туркмен во главе с самим Гызылом. Арьергард, в количестве четырёх сотен, состоял из солянки разных народов. Я так понял, что сахиб особо не надеялся на их боевые навыки. По нынешним раскладам, сила вроде небольшая. Только наступление шло мы по трём направлениям. Главный отряд двигался в сторону Мешхеда. Вспомогательные группировки двигались по северным дорогам. По задумке наших отцов-командиров, это должно было смутить неприятеля.
Но всё оказалось гораздо проще. В Восточном Хорасане просто не было достаточного количества монгольских войск. Основная армия ушла домой ещё в прошлом году. Сейчас более-менее крупные силы неприятеля оставались в Мешхеде, который практически не пострадал от завоевателей. Местные говорят, что всё из-за могил мусульманских святых и чуть ли не самого халифа Гаруна аль-Рашида. Но мне с трудом верится в подобные сказки. Скорее всего, монгольское командование осознало, что армия, оставшаяся на этом плацдарме, должна что-то есть и иметь нормальную базу. С учётом уничтоженных Герата, Мерва и стёртого с лица земли Нишапура, подходящих городов просто не осталось.
Разведка и местные жители докладывали, что в распоряжении Чормаган-нойона не более пяти тысяч войск, которые разбросаны по достаточно большой территории. Плюс мы их неплохо так потрепали в предыдущие два месяца.
Первые столкновения с отрядами неприятеля начались в районе Алиабада. Но хватило удара авангарда, чтобы рассеять немногочисленную лёгкую конницу врага и погнать её на восток. Далее было около пяти стычек. С учётом того, что наша разведка действовала на опережение, мы просто не заметили сопротивления. Всю дорогу меня изрядно потряхивало на предмет будущего генерального сражения. Понятно, что в масштабах недавних событий, которые происходили в регионе, предстоящая битва — просто сшибка небольших отрядов. Только я пока не участвовал в сражении с таким количеством воинов.
Бурче меня подбадривал и успокаивал. Вообще, мы неплохо подготовились и выросли в своём мастерстве за последние месяцы. С учётом мамелюков, у нас было уже более полусотни тяжеловооружённых всадников. Благодаря трофеям, удалось одеть людей в куяки, кольчуги и кожаные куртки. Но основной ударной силой, конечно, был аналог древней тюркской конницы, похожей на катафрактариев. Только вместо тяжёлого копья у нас были более лёгкие пики. Основной задачей Бурче считал ворваться в строй противника и далее использовать наше превосходство в доспехах для рукопашной схватки. Коней мы накрыли специальной ламинарной попоной, при этом сильно потеряли в манёвренности. Прикрывали нас лучники, которые получили дополнительные колчаны стрел. На доспехах и оружии никто не экономил.
Боджнурт мы захватили практически без сопротивления. Городок представлял собой жалкое зрелище. Половина домов разрушена, сады вырублены и сожжены. Большую часть жителей убили, или обратил в хашар. Кому-то удалось спрятаться в горах. Они-то и помогали нам вести разведку. Заодно местные партизаны постепенно уничтожали отдельные отряды врагов, вынуждая их перемещаться крупными группами. За пять лет монгольского владычества терпение закончилось даже у такого мирного и забитого народа, как персы.
И вот вёрст за тридцать до столицы Хорасана нас встретило войско Чормагана. Про него мы узнали заранее и начали готовиться к сражению. Гызыл не стал тянуть одеяло на себя и согласился с планом Бурче. Местная география достаточно специфическая. Дорога идёт между двух горных массивов и не даёт возможности развернуться коннице. Мы не стали изобретать велосипед и решили атаковать монголов на максимально узком участке. Основной удар должен был нанести объединённый отряд тяжёлой конницы. Именно мне доверили повести его в атаку.