Смерть Идола (СИ)

Девин отбросил топор в сторону и свалился на землю. Не привык он к таким нагрузкам, не привык он с утра пораньше рубить деревья. Как бы ему это не нравилось, но ему приходилось работать. Как ни как, он уже одиннадцатый день посягал на запасы еды и воды, приходилось хоть как-то отрабатывать свой хлеб. Он начал понемногу привыкать к лагерю, к здешнему воздуху и твёрдой почве. Но это не значило, что он готов был задерживаться здесь дольше, чем нужно. Он не хотел и, вероятно, не смог бы жить по новым правилам. Каждый день добывать пищу, следить за жильем и при этом стараться не быть съеденным тварью покрупнее…
Жить в мире, где всё целиком и полностью зависит от тебя. Как может слабая неподготовленная душа броситься из нежных рук матери прямиком в ад и не обжечься? Всё, что ему нужно — место помягче где-нибудь на отшибе мира, в самом дальнем непроглядном углу, где никто его не будет трогать. Где от него ничего не будет зависеть. Где он сможет в вечном безмолвии сладко спать, не тревожась о будущем. Поэтому-то он и выбрал группу Клиффа. Поэтому-то он и не готовь сражаться за жизнь. Поэтому-то он до конца своих дней будет просто телом, никчемной оболочкой, напрасно растратившей свою жизнь. И это его вполне устраивало. Он не знал другой жизни, и узнать не пытался. Его приучили к практически бездумному существованию, ему дали план на всё его бытие, и он был бы рад снова идти по протоптанной тропинке.
Но сейчас он находится здесь, на Гитери, в среде, полной жестокости и несправедливости, и пока он здесь, ему придется играть по здешним правилам, как бы этого ему не хотелось. Ему пришлось поднять свой зад и продолжить монотонную работу. Секунды сливались в минуты, минуты в часы, а часы в необъятно долгие и бескрайние века, полные изнурительной работы, съедающей его тело. Так ему казалось. На деле, после предыдущего перерыва он поработал минут тридцать, но уже успел выбиться из сил. Если бы вдруг он остался жить здесь, ему пришлось бы пройти через необычайные изменения, чтобы не распрощаться со своей никчемной душонкой в первый же месяц.
Еле как он протянул до обеда. Того самого обеда, ради которого он работал половину сегодняшнего дня. И не зря — на тарелку ему вывалили довольно увесистый кусок сои «с привкусом натурального мяса» и энное количество питательной массы, о происхождении которой лучше не говорить в приличных кругах.
Он уселся на холодный металлический стул и принялся за еду. Как сладки были те мгновения, когда он полностью отдался своей пище, и каким скорбным, почти траурным, был тот момент, когда напротив него встал Фонс и прервал его трапезу.
— Девин, ты как раз подойдёшь. Давай-ка оперативно доедай свой гуляш, или что это тут у тебя, — Он озадаченно посмотрел на содержимое тарелки, — О чем это я… Мы идём на охоту, ну как охоту, скорее просто разведку, и нам не хватает ровно одного человека. А ты как раз один и вроде бы ничем не занят, поэтому пойдёшь с нами.
— Погоди, что? Я вроде как не с вами. Может вы без меня управитесь?
— Но ешь-то ты общую еду, значит и пополнять запасы должны все, — Фонс указал на его тарелку.
— Ну тогда может в следующий раз? Я и так весь день работал, — пожаловался Девин.
— Жду тебя через две минуты возле оружейного склада.
— Слушаюсь, капитан, — он нехотя протянул эти слова. — А Кэтрин хотя-бы будет?
— Насколько мне известно, она сейчас работает с Клиффом, так что нет. Зато с нами будет Дойл. С ним никакие животные нам не страшны.
«Кто такой Дойл?», — подумал Девин. Он посмотрел в тарелку. Аппетит пропал. Придется идти, ничего не поделать.
Народ собирался возле высокого шатра оранжевого цвета с одним охраняемым входом — складом оружия. Фонс подозвал Девина к себе и устроил перекличку. Тут же он представил Девину Дойла. «А, этот здоровый бородатый Дойл, — подумал Девин.
— Девин, познакомься, это Дойл. Дойл, это Девин. Вы должны были пересекаться на корабле. Хотя бы в очереди в туалет, — засмеялся Фонс.
Они оба странно посмотрели на капитана.
— В общем, Девин, можешь не бояться Дойла, он только на вид такой грозный, на самом деле он очень образованный человек. И важный член нашего общества. Например, на корабле он следил за активностями на звёздах с помощью этого своего… — он несколько раз щелкнул пальцами.
 
— Сверхмощным телескопом STAG, — продолжил Дойл. У него был довольно низкий голос.
— Он самый. Вижу, Девину это мало о чем говорит. Но не суть. Главное, что мы теперь одна община, один народ, поэтому вам надо-бы сдружиться друг с другом. Не постесняйтесь и пообщайтесь после охоты. Думаю, Дойл многому мог бы тебя научить, Девин. А сейчас в путь!
Группа выдвинулась на восток, к ближайшему лесу. Пока они шли, Девин с некоторой опаской смотрел на окружающие их безлюдные пейзажи, которые, между прочим, выглядели довольно живописно. Без людей, жадно выедающих внутренности планеты, природа вернулась в свой прекрасный первозданный вид. Хотелось бы верить, что за тем холмом не скрывается какая-нибудь страховидная тварь, порождённая чьим-то больным сознанием. Но верится с трудом. Хоть к их лагерю и не забредали дикие животные, Девин всё же помнил о встрече с лютым порождением жестокости в теле кровожадной птицы, убившей Констанцию и Бегмара.
Девин заметил, что Дойл шел самым последним и немного хромал. Фонс шел впереди. Он поднял руку и громко заговорил:
— Внимание. Готовьте оружие, совсем скоро мы дойдём туда, где предположительно обитают бенны. Для тех, кто не жил этих краях — они похожи на волков с сумками, но с маленькими зубами и более длинной шерстью. Питаются почти любой растительность, поэтому смотрите в оба, может, найдете следы их пиршества.
Пока они шли в лес, Фонс рассказывал всем о плане действий и тактике, согласно которой они все должны будут действовать. Даже здесь он пытается всё продумать, хочет всё контролировать. Да и пошел он со всеми вероятно не просто за компанию. Так он показывал, что готов трудиться ради общего блага, готов на своём горбу нести еду для всех, кто находится под его опекой. Готов всегда прийти на помощь. Нужно поддерживать свой статус, чтобы не растерять всю поддержку.
Когда они вошли в пучину густого леса, усеянного фиолетовыми хвойными деревьями, Фонс приказал всем внимательно следить за обстановкой, всё-таки они не знали, кто ещё может находиться в этом лесу помимо них. Сам капитан сбавил шаг и приблизился к Девину.
— Капитан, а что с Дойлом? Почему он хромает? — шепотом спросил Девин.
— Точно не знаю, какая-то травма во время работы. Он старается не говорить на эту тему, а мне было некогда узнавать, слишком много дел было… в той жизни, — ответил он.
— Понял. Постараюсь не провоцировать его этим.
— Давай отвлечемся. Как тебе здешние красоты? — поинтересовался он, подняв взгляд к небу.
— Красиво. Даже очень, — Девин осматривался, держа руки в карманах.
— Это точно. Всё-же наша планета ничуть не постарела, а стала даже привлекательнее, пока нас не было.
— Уверен, с космоса она смотрится ещё лучше, — не двузначно ответил Девин.
— Согласен. Но не хотелось бы навечно застрять где-то в бесконечности, пусть даже в иллюминаторе будет виднеться Гитери, — он взглянул на безоблачное небо, — Значит, ты всё-таки не с нами. И Келмиур не пытался тебе переубедить?
— Я ему не говорил, — Девин отвёл взгляд в сторону.
— Уверен, что хочешь прожить всю жизнь в четырёх стенах? Ты не бойся, говори то, что думаешь. Если в столовой тебе показалось, что веду себя слишком величаво, пользуясь своим положением, то знай, что это не так. Я стараюсь с каждым находить общий язык, пытаюсь выслушать человека.
— Да, это хорошо, но… — не успел договорить Девин.
— Просто хотел поговорить с тобой. Что может быть лучше разговоров в лесу? Эта их загадочность и непроглядность побуждает человека высвобождать свои настоящие мысли. Здесь так свободно…
— Слушай, я пытаюсь понять тебя, но лучше я буду жить взаперти, чем не жить на свободе. Я не герой, я не хочу каждый день совершать подвиг над самим собой, просто чтобы жить. Я пытаюсь вас понять, понять, почему вы хотите остаться, но пока-что у меня не получается. Я не знаю, почему, — Девин выглядел немного подавлено. Он пытался защищать свою точку зрения, не обидев Фонса, но он чувствовал, как на него давит влияние капитана.