Смерть Идола (СИ)

Утром вернулась одна из групп, посланных Фонсом на поиски подводной базы. Они принесли хорошие новости — у одного из пляжей оказался точно такой же обрыв с прикрепленным к нему подводным городком, который, в отличие от первого, не был уничтожен. Группа разведчиков смогла спуститься вниз всё так же через люк. Внутри их ждали просторные немного прохладные помещения со свежим воздухом. Сохранилась так же вся электроника, и даже работала одна из десятка подводных турбин, вырабатывающих энергию. В самом большом помещении под гигантским куполом находился сад, который до сих пор наливался зеленью травы и сиял красотой цветов. В центре красовалась массивная надпись из проржавевшего железа — «Очаг Кабата».
Рано утром Фонс узнал об этой новости. И так как две другие команды на данный момент вообще не вернулись, он решил, что пора брать ситуацию под контроль. Он сразу же отправил на базу ещё одну группу, чтобы та подготовила всё к приезду новых жителей. С Фонсом было готово уйти большинство экипажа — около ста человек решились на жизнь по новым правилам. С Клиффом же было человек двадцать, но этого ему вполне хватит для того, чтобы построить своё маленькое государство в космосе.
Всё время от возвращения разведчиков Клифф и Фонс о чем-то спорили. Кто заберёт единственный синтезатор еды, кому достанется оружие и так далее. Также продолжалась борьба за людей. О тех, кто не справился и сошел с ума ещё в начале, никто и не думал. Все слабые духом уже давно разбежались по округе. Тут была схватка за важных членов общества, которые ещё не определились со стороной. Например, за Итакуса Хенриота. Опытный доктор интересовал как Клиффа, так и Фонса, хотя для последнего он был бы наиболее полезен в связи с отсутствием роботов на Гитери. Они-то всё ещё тысячами стояли без питания по всему миру, но без централизированной системы, которая была уничтожена, они представляли собой разве что источник металла и микросхем.
До этого Итакус не принимал особой роли в здешней политике, так как был занят работой и размышлениями о том, что произошло. Когда он не был на работе, он был в своей голове. Сегодня он объявил о своём намерении остаться на Гитери. Это обозлило Клиффа, он потратил какое-то время на попытки переубедить доктора, но всё безуспешно. Итакус твёрдо решил, что его место здесь, и в космос он ни ногой.
Так и прошла первая часть дня. Все где-то копошились, собирали вещи и прощались. Фонс был настроен уйти как можно скорее — на следующий день с первыми лучами утра.
Пока люди решали своё будущее, заполняя обсуждениями весь корабль, Бит-Дзет что-то выжидала. Она стояла на капитанском мостике над всей этой толпой. Она увидела, как Кэтрин, лицо которой было вымазано машинным маслом, вошла в холл и подошла с Итакусу. Они перекинулись несколькими словами, и Кэтрин направилась к выходу. В сантиметре от её лица появилась толстая железная пластина, закрывшая выход. Бит-Дзет издала непонятный пищащий звук. Все окна и двери оказались заблокированы.
«Вам запрещено покидать космическое судно до поступления инструкций вышестоящих инстанций. Вам приказано сохранять спокойствие. Примерное время ожидания… ОШИБКА», — Бит-Дзет взяла под контроль громкоговорители на всём корабле. И, похоже, не только их, а и всю систему управления.
В комнате произошел выброс паники. Робот закрыл людей в клетке. Нарастал гул, люди замешкались и ходили туда-сюда. Кэтрин в ужасе обернулась назад и медленно перевела испуганный взгляд жертвы на капитанский мостик, где стояла Бит-Дзет. Еле как собрав силы Кэтрин подошла к Фонсу. Он должен знать, что делать.
Фонс отступил ближе к стене и прижался к ней вплотную. Он вдохнул и, закрыв глаза, попытался успокоиться. На какой-то миг он смог отлучиться от реальности и вернул себе самообладание. К нему подбежала напуганная Кэтрин.
— Капи… капитан, что… что делать? — она нервно дышала.
— Выбираться. Инструкций от мертвой системы не будет! — решительно произнес он.
Фонс оглянулся вокруг и остановил взгляд на запертых дверях. Он постучал ладонью по правому карману штанов и нащупал капитанский пропуск с высшим уровнем доступа, но даже с ним попытки открыть двери оказались тщетны — консоль у двери была отключена. Выхода не было. Эти толстые стены без единого болтика как будто бы изначально создавались для тюрьмы, а не для космического судна. И их держали здесь как заключенных.
 
Толпа снова зашумела. Очень вовремя в одном месте оказались все члены экипажа. Их всех замуровали здесь, лишив выхода наружу. Оставив здесь до тех пор, пока их не освободят мертвецы.
Фонс попытался воззвать к людям, но его не слушали. Тогда он обратился напрямую к Бит-Дзет:
— Бит-Дзет! Немедленно освободи нас — громко закричал он, — это приказ твоего капитана!
— Вам приказано сохранять спокойствие. Примерное время ожидания… ОШИБКА… ОШИБКА, — она всё повторяла это слово и никак не реагировала на Фонса.
От такого расклада команда начала бушевать. Они не собирались мириться с тем, что робот, разум, созданный человеком, смеет сдерживать этого самого человека. Они начали протестовать — криками, стуками, всем, чем могли, чтобы привлечь внимание Бит-Дзет. Она перевела на них взгляд. В комнате послышался короткий треск. Люди закричали от боли и попадали — Бит-Дзет пропустила через пол сильный электрический разряд. Настолько сильный, что теперь они боялись даже просто открыть рот.
Некоторые члены экипажа долго не могли встать. Она не жалела их. Мучая живых, она выполняла приказ тех, кто давно покинул этот мир.
Часы тянулись очень медленно. В помещении стало душно. На лицах людей застыла печаль. После ещё одного удара током люди оставили все попытки найти выбраться отсюда. Страх усиливался тем, что тебе могло запросто прилететь от собственных товарищей по несчастью — попытайся хотя бы осмотреться, глянуть, нет ли где-нибудь щелочки, в которую можно было бы протиснуться, и будь уверен, ты тотчас же упадешь в «ведро с крабами». Их сломали слишком быстро. Не к такому их учили в Высших школах — образовательных местах для подготовки различного рода ученых, акцент в которой делался скорее на промывку мозга, чем на образование. Это и образованием-то сложно было назвать — пришел, вставил в голову провод, немного подождал, и готово. СУПЗ, так это называлось. Система Ускоренного Приобретения Знаний предназначалась только для высших слоев общества, ученых, различных деятелей искусства, политиков и прочих. Доктрина сама распределяла людей по слоям, и отказаться человек не мог. Если поступал приказ, нужно было идти в Высшую школу. Во благо будущего Доктрины. В честь тех, кто прогнал Восемьдесят шестых. После вот такой вот «учебы» они закрепляли выученный материал на доктриновых дисциплинах, которые аккуратно и неспешно заставляли человека думать так, как надо. И о том, о чем нужно.
Наступила ночь. Очень тихая, даже насекомые не шумели. Голодные люди расположились на полу кто где мог и пытались заснуть. Может, завтра этот кошмар закончится?
Кэтрин легла возле Фонса, чтобы они могли разговаривать незаметно для их нового надзирателя.
— Капитан… то есть Фонс, всё готово.
— Замечательно, работаем!
Фонс быстро поднялся, стараясь не издавать шума. Шум был их врагом — сразу по прилету они отключили автоматическое ночное освещение для экономии энергии, поэтому сейчас помещение находилось во мраке, и этим нужно было пользоваться. Кэтрин передала ему маленький раскладной ножичек, раздобытый у кого-то из экипажа. Фонс наощупь двигался к консоли у двери. Приходилось переступать через лежачих людей. Благо, ему удалось не наступить ни на кого из них.
Он немного промок от пота, пытаясь бесшумно маневрировать между спящими телами. Подбежав к двери, он уперся спиной к стене и немного подышал. Он сжимал в руке нож. По его телу прошла легкая дрожь и начал побаливать живот. Он несколько раз глубоко вдохнул и сделал три пореза на левой ладони. Кровь стремительно потекла из руки. «Твою мать, какая боль!» — думал он, переполняясь желанием завопить.