Смерть Идола (СИ)

Гулянка продлилась до вечера, и только когда начало темнеть, люди разошлись по своим шатрам. Предыдущую ночь они спали на земле, но теперь, понимая, что бог защитит их, они улеглись в кровати.
Веселье улетучивалось из воздуха. Вокруг осталось много мусора. Кострище посреди импровизированного городка спокойно тлел. Девин встретился с Келмиуром возле воды. Сюда уже успели стащить горку камней с воткнутой в неё палкой — своего рода мемориал на месте рождения Ли Кабата.
Келмиур стоял и любовался ночным океаном. Он заговорил первым:
— Так почему-же Ли Кабат? Это как-то связано с Уинстоном Кабатом?
Девин глубоко вдохнул и начал рассказывать всё, что недавно узнал:
— В ночь, когда напал Ангел, я был в Архиве. Там я прочитал историю человека по имени Ли Кабат. Он был далёким внуком Уинстона Кабата… Перейду сразу к делу. Он совершил преступление и за это ему трижды меняли сознание. В последний раз ему досталась роль Девина Элиона.
Келмиур дёрнулся и посмотрел на Девина.
— Я — последний выживший из семейства Кабатов. Но в то же время я обычный человек Девин Элион. Это так сложно. Я не знаю, где настоящий я, а где выдумка.
— Поэтому консоли считывают твою ДНК… — выдохнул Келмиур, — Что там о преступлении?
— Келмиур, держи в голове то, что это сделал Ли Кабат, а не я. Девина тогда не существовало. Не я сделал это, — немного переживая сказал Девин.
— Просто говори, — Келмиур был полностью спокоен.
— Он зарезал своих жену и дочь. А потом не мог вспомнить этого, и его сочли невменяемым.
Келмиур присел. Хоть Девин и не был многословен, воображение Келмиура обрисовало сцену во всех красках. Да так, что ему поплохело.
— Ужас. Как так можно… — Келмиур переводил дыхание.
— Ему стёрли память и дали новую личность точно так же, как ты рассказывал. Только два раза он вспоминал себя, а на третий раз… в общем, я этого не помню. Даже прочитав о случившемся, я не могу вспомнить об этом. В этот раз они сняли всё подчистую.
— Точно так же, как и Фонсу, — в его голосе бушевала тоска, — Нет ли какой-нибудь фразы или вещи, о которой ты часто думаешь?
— Что? Вроде бы нету, — озадачился Девин.
Келмиур смотрел в пол и слабо улыбался.
— Один раз нас с Фонсом едва не поймали. Он тогда сказал, что если ему сотрут память, то я должен буду сказать ему: «Я мечтаю о том, что однажды смогу мечтать». Да, странно звучит, но почему-то он верил в то, что вспомнит себя настоящего, услышав эти слова, — Келмиур ненадолго замолчал, — но, когда я встретил его на корабле и сказал эту фразу, он ничего не вспомнил. Это было так… так сложно для меня. Уже тогда мой друг умер, а сейчас это произошло по-настоящему.
— Мне очень жаль, что он больше не с нами. Он не заслужил такого, — Ли присел рядом со своим последним другом.
— Тебе тоже пришлось не легко. Я боюсь даже представить, что ты чувствуешь. А тут ещё и эти боголюбы, — Келмиур взял камень и метнул его в воду.
Девин посмотрел на всю эту ситуацию — они остались одни без вещей, все их друзья мертвы, а сам Девин не знает, кто он на самом деле. Остаться с верующими — их единственный шанс на спасение.
— Возможно, эти боголюбы — первая хорошая вещь, случившаяся с нами за долгое время.
— Ты думаешь?
— Один из них убил себя из-за страха передо мной. Это значит, что с ними мы, по крайней мере, в безопасности. Да и опыта жизни здесь у них намного больше.
— Это правда. Кем бы ни был этот Роб, он хорошо их натренировал. Жаль, что я не успел пообщаться с ним. Наверняка он был очень умён.
— Когда он напал на меня, то точно знал, что делает. И раз они всё ещё живы, то, может, ты и прав.
— Я думаю, что в один момент он увидел, что эти люди нуждаются в ориентире, и он дал им его. Выдумал бога и сказал, что он приведёт всех к спасению. А отчаявшиеся люди очень падки на привлекательные обещания. Они поверили ему, и он стал для них кем-то вроде пророка, который вёл их просто куда-то. А тут так удачно совпала смерть их предводителя и твоё появление. Они сложили два плюс два и приняли тебя за обещанного бога, победившего подводного демона. Это же гениально, не находишь?
 
— Что-то в этом есть.
— Если мы сможем грамотно подчинить себе их веру, то создадим новый дом.
— Я тебя слушаю.
До глубокой ночи они обсуждали свои дальнейшие действия. Никто из местных не посмел потревожить бога. Люди верили в то, что Ли Кабат всемогущ. Для них он был безжалостным, но в то же время справедливым. Его действительно уважали. В этом была заслуга Роба. За счёт его жизни Девин и Келмиур построят для себя новый мир.
Первым решением было уйти прочь отсюда. На этом каменном пляже было небезопасно, поэтому ближе к вечеру следующего дня всё племя собралось и ушло в Архив, где будет построен новый обитель Ли Кабата.
Исчезнувший Итакус с ними не пошёл. За ним в лес отправили пару человек, но они не смогли его найти. А всё потому, что его искали не в том месте. Он ещё вчера вышел из леса и ушел в поисках новых мест. Таким местом стал невысокий водопад где-то далеко от пляжа. Здесь, в спокойствии и гармони с природой, он и умер от передозировки травами, с которыми экспериментировал в последнее время.
Люди Девина заняли здание Архива и обосновались здесь. Для безопасности все четыре забора вокруг были отремонтированы и укреплены в первую очередь. Потом пришёл черёд самого Архива. Все дыры залатали, обрушенную лестницу починили.
Девин поселился в комнате, ведущей в мозг Архива со всеми записями. Келмиур жил в комнате рядом. Так начался новый период их жизней.
  
Глава 19. Один день
 
Девин проснулся в своей кровати. Уже полгода как он живёт в теле бога. Уже полгода как он потерял себя и свои чувства. По утрам он долго лежит и ни о чём не думает. Это самая сложная часть дня — нужно где-то найти силы для очередного дня притворства. С того самого дня, как его короновали, он переставал чувствовать. Радость посещала его всё реже, и всё чаще он бессмысленно и непродуктивно проводил время.
Его комнату полностью отремонтировали — поставили новую дверь, вынесли всё ненужное и обставили так, чтобы она удовлетворяла все потребности Девина. Справа возле окна в спящем режиме стоял Клавис. Слева от кровати на стуле сидела Асцелия. Она стала частью жизни Девина. Они почти не расстаются, и благодаря ней он всё ещё не сошёл с ума. С ней можно поделиться любыми переживаниями и даже услышать ценный совет.
Сейчас Девин реже общается с Келмиуром, потому что тот полностью поглощён разработкой их религии. Он сутками сидит над книжками и записями о прошлом, досконально изучая тонны информации. Ему пришлось отступиться от своих мечт о создании идеального общества. Он понял, что модель человека, придуманная Восемьдесят шестым, идеально подходит для их случая. За время, проведенное в раздумьях, он смирился с тем, что он нарушает все свои постулаты. Сегодня главное — выжить. Неважно, какой ценой.
Девин с каждым днём принимал всё меньше участия в управлении племенем. Эти бразды он передал Келмиуру, а сам выступал больше в роли Идола. Всё же именно Девин имел колоссальное влияние на людей. План работал безотказно.
Их религия крепчала. Их символом стал большой круг, внутри которого были круги поменьше. В центре был их дом — Архив, а вокруг — несколько заборов. Этот символ говорил о том, что они готовы защищать свой дом и свои жизни. Одной из догм был полный отказ от технологий. Эти люди и раньше практически не пользовались дарами умершей цивилизации, но теперь их контакт с новыми вещами строго контролировался. Единственным исключением был Клавис. Он стал Защитником Бога, Великого Ли Кабата, потому робота чтили несмотря на запрет.
Келмиур изучал становление Доктрины и идеи Восемьдесят шестого. Доктрина была своего рода богом для населения, а чем малообразованнее народ, тем легче навязать ему какую-либо идею. Доктрина была тем же, чем сейчас является Ли Кабат.