Северная королева. Книга 3 (СИ)
Парочка стрел пролетела над головой, но не причинила вреда твари. Лелька зашипела и развернулась.
— Хватит! Мы сами! — она приготовилась к прыжку.
— Стой! — тихим, но твердым голосом велела я.
Кровь в моих венах вскипела, превратилась в лаву, призвала ярость, заставила ускориться и неожиданно для всех всадить кинжал в грудину существа. Оно взревело, и я едва успела увернуться от удара его хвоста. Лелька поспешила на выручку, прекратили драку эрт Вэрон и Риона. Но тварь скоро умрет. Ей остались считанные минуты. Я не настолько сильна физически, чтобы заколоть чудовище с одного раза, но мою магию сложно победить. Лед отвоевывает позиции, заставляет существо реветь, но от боли, и паниковать. Оно обречено на смерть, которая будет быстрой.
Мне стоило бы порадоваться, но я нахмурилась. В голове ярко и опасно сиял красный огонек. Я ощущала себя марионеткой в руках опытного кукловода. Неприятное чувство, щекочущее кожу между лопаток. Рев и крики за спиной перестали меня интересовать. Тьма, скрадывающая дорогу, манила неразгаданными тайнами. Они затягивали меня в омут, из которого, возможно, нет возврата. Но я пожалею, если хотя бы не попробую ступить на скользкий и тревожный путь.
Кто-то тронул меня за плечо, и я раздраженно обернулась. Лицо Мариса, стоящего за мной, выражало тревогу.
— Королева, я думаю, вам нужно это увидеть.
Я безмолвно вернулась назад, чтобы увидеть, как умирающее существо, исторгающее свой последний вздох, медленно, но верно обретает прежний облик. Сюрприза не случилось. Я увидела ир'шиони и быстро наклонилась к нему. На миг привиделось, что сумею рассмотреть его ниточку. Опять не срослось. Однако, у меня появилась надежда.
Остальные опомнились не сразу, даже ар-де-мейцы, знакомые с Каоном эрт Тоддом. Они решили, что только их королеве подвластно волшебство перерождения. Я видела их лица, объятые страхом. И мне были заметны ошарашенные физиономии жителей деревни.
Ко мне подошел доверенный Рилины. Его звали Дирк эрт Орвак. Суровый мужчина был взволнован. Он отозвал меня и срывающимся шепотом сообщил:
— Я знал его. Это был… был… — кадык на его горле несколько раз дернулся, но Дирк договорил. — Был наблюдателем лорда.
— И как я понимаю, он бесследно исчез? — мне совсем не хотелось смеяться. Кожу обожгло морозом. Мы все здесь марионетки, но мне отведена главная роль.
— Да. Мы думали, что его убили, — ошарашено выдал эрт Орвак.
— Что же, наблюдатель нашелся, — констатировала я и вновь повернулась к тьме, следящей за нами.
— Не к добру это! — предрек Дирк.
— Посмотрим, — мрачно отозвался эрт Далин.
— Кто ты? Враг или друг? — прошептала я и ухмыльнулась, разглядывая завихрения тьмы между деревьями. — Враг! — сомнения покинули меня.
Друг никогда не стал бы таиться между скрюченных древесных стволов. Я узнаю имя своего нового врага или улыбнусь, предвкушая битву с кем-то из старых недругов. Весть мне принесет эрт Дайлиш. Пока я стою и кривлюсь в сторону тьмы, вампир преследует добычу, поэтому пожелаю ему удачи.
Глава 4
Нужно было сказать хотя бы несколько слов. Высокопарных, торжественных, задевающих людские души. Жаль, я оказалась неспособной и рта раскрыть. Будущую королеву учили говорить красиво, громко и правильно, и у меня даже получалось. Но за годы плена я привыкла молчать. А потом все время говорил Алэр, даже от моего имени, и я восхищенно внимала его речам, но не ставила себе целью запомнить. Острое чувство досады изводило меня с того мига, как на востоке забрезжил серый рассвет. Снег падал и падал, заметая дорогу, но небольшой отряд готовился выйти из поселения. Жители в спешном порядке восстанавливали сорванные с петель ворота. Нордуэлльцы суетились и искоса поглядывали на собирающихся ар-де-мейцев. Я забирала магов с собой — нам пригодится любая помощь.
Оставшуюся половину ночи я провела в полузабытьи, пытаясь успокоить разбушевавшуюся дочку, шептала ей и уговаривала быть сильной. Меня мутило, что было немудрено в моем положении, но мешало связно и четко мыслить.
— Потерпи немного, и мы отдохнем, — уговаривала я малышку, поглаживая все еще плоский живот.
Мои действия высмотрела пытливым взором Риона. Главная альбина по-прежнему сердилась и незамедлительно подошла.
— Ты ее любишь? — спросила она, не отводя наполненных обидой глаз.
— Да, — ответ очевиден, но я произнесла его вслух.
Ри кивнула.
— А вот я не любила Миру в начале. Ты помнишь — я делала все, чтобы вытравить ненавистного младенца из своей утробы! — она втягивала меня в диалог.
Я откликнулась:
— Твоя королева помнит каждый день того длинного, тяжелого года, и она знает, что юная принцесса должна быть сильной. У нее не будет времени для проявлений слабости. Согласна?
Риона оглянулась на дочку, которая пыталась что-то втолковать перерожденному. Он вместе с Артом рассматривал деревянные игрушки, вырезанные одним умельцем из магов. Сейчас Каон с интересом рассматривал деревянного коня и нечленораздельно мычал. Мирель по слогам рассказывала ему о лошадях и просила повторить.
Несколько мгновений мы с альбиной хранили молчание, прислушиваясь к тихому голосочку девочки. Наконец, Ри сдалась.
— Да. Я понимаю, что движет тобой, Ниа, но принять не могу. Ты не боишься потерять ее?
— А ты не боишься за дочь? — задала я провокационный вопрос.
Ри давно было пора прийти в чувство. Хватит хандрить и искать причины неудач. Нужно двигаться — если остановишься — убьют!
Риона сделала медленный кивок, ее признание было мучительным и горьким.
— Очень боюсь, но не могу спрятать от всего мира.
— Как и я, — напомнила и поднялась. — Нам пора! — громко сказала, предлагая выдвигаться в дорогу.
Она будет долгой и непростой, но когда нам бывало легко? Эрт Торан, местный староста, вышел проводить меня. Я кинула беглый взор на остальных. Шепчутся, высказывают догадки. Лица хмурые, озлобленные, но в глазах таится страх. Люди хотят понять, но прежде, чем поймут, они отыщут виновных. Мой недруг отлично продумал свой ход. Северная ведьма пришла в Нордуэлл, и люди стали перерождаться. Я должна подобрать слова и объяснить им все. Но в голову не шло ничего путного. В мыслях крутился один и тот же вопрос: «Кто?»
— Ваша милость, — староста обращался ко мне по сложившейся традиции, — я объясню им, что произошло, — неловко переступил с ноги на ногу.
— Зачем? — спокойным тоном поинтересовалась я. — Они ведь сами все видели. — И не удержалась от кривой насмешки. — Северная хмарь околдовала и убила ир'шиони.
— Хоть вы и ведьма, но уже родная, — наши взгляды встретились.
В его усталых глазах не виделось страха, лишь беспокойство и вопрос, который изводил меня саму.
— Расскажите им о магах с этого берега Меб, — я должна была сказать что-то другое. — Попробуйте убедить их, — развернулась и вскочила на лошадь.
— Вы вернетесь? — раздался за спиной неуверенный детский голосок, и я развернулась.
На меня смотрел мальчишка лет семи, подошедший к старосте. Эрт Торан опустил руку на его плечо, будто намеревался остановить, но не преуспел. Ребенок смотрел открыто, и в его взоре не было страха, там сияла робкая надежда.
— Вернемся, — я не смогла предать ее.
— И уничтожите всех чудищ?
Я подавила горестный вздох и через силу улыбнулась:
— Мы не допустим появления новых, — сказала и тронула пятками бока лошади.
Уезжала с тяжелым сердцем, оставляя этих людей без поддержки и доброго слова. Буду верить, что возвращение не затянется, иначе мне не сохранить север. Перед глазами все поплыло, и я неосознанно стерла со щек слезы. Едва вспомню Алэра, как чувства возвращаются. Я глубоко дышала, представляя, как вместе с выдыхаемым воздухом уносятся и замерзают в вышине ненужные сейчас чувства.
Мы ехали по густонаселенным землям; одна деревня быстро сменяла другую, но мы продолжали движение, не заглядывая в поселения. Я ожидала возвращения тетушки и Орона и пропадала в собственных невеселых размышлениях. Илна — лишь мелкая сошка. Мне противостоит кто-то крупнее, настоящий хищник!