Рожденная на рассвете (ЛП)

Нева закатила глаза, глядя ему в спину, глубоко вздохнула и вошла внутрь. Около двадцати стульев были расставлены рядами. Почти все были заняты молодыми хиланами, и она узнала нескольких из них — они присутствовали на килстроке. Она была аномальной с четырьмя рогами. Согласно протоколам, размер рогов Да'Валиа указывал на их уровень силы. И это означало что… каждый хилан в зале был из верхушки.
Два стула были поставлены перед остальными, поэтому она сняла плащ и перекинула его через руку, прежде чем опуститься на менее богато украшенный. Ей не пришлось долго ждать прибытия донажи.
Величественные двери распахнулись, толкаемые великолепным выстрелом белого пламени, за которым последовала донажи. Она скользнула в комнату, не удостоив юных хиланов даже взгляда. Серебряные нити украшали ее расшитую бисером накидку и брюки, а головной убор из гагата идеально обрамлял ее белое лицо. Она грациозно села и скрестила руки на коленях.
Даже в такой позе ее меч — сегодня на бедре — был в пределах легкой досягаемости.
Нева проигнорировала человеческую тягу к бегству и встала, чтобы обратиться к царственной маджиле.
— Неважи Робертс, к услугам Донажи, — проговорила она, опустив голову, прежде чем встретиться c ней взглядом.
А потом снова села.
Донажи с серебристо-белыми зрачками, такими яркими, что они, казалось, мерцали, выдержала пристальный взгляд Невы.
— Как было определено победой в килстроке над твоей двоюродной сестрой, Линджи Да'Вода-Лира, Дианц позволил тебе занять место в нашем клане. Как донажи, я несу ответственность за оценку новых членов клана. Что ты скажешь?
— Я принимаю вашу оценку, — сказала Нева, зная, что у нее нет другого выбора. Она ещё не могла пойти домой. Ей нужно было оставаться здесь до тех пор, пока она не будет уверена, что не опасна для своей семьи и друзей.
Нева едва закончила говорить, когда почувствовала, что ее загипнотизировали, втянули в глаза донажи. Эти серебристо-белые бассейны закручивались в бесконечные спирали, втягивая Неву в пейзаж, созданный донажи.
Нева моргнула, преодолевая головокружение. Когда ее глаза снова сфокусировались, она оказалась в совершенно другой комнате. На каком-то уровне она понимала, что донажи не перенесла их в это незнакомое место, и все же Нева сидела в мире, сделанном изо льда. Пол представлял собой перекресток ледяных плит, а ее стул был покрыт толстым слоем инея. Холод в воздухе ощущался по-настоящему.
— Где мы? — спросила Нева.
Донажи улыбнулась, и широкое пространство было таким же холодным, как воздух на коже Невы. Может быть, именно здесь этому научился Астианд.
— Как у одной из избранных Дианца, у меня в подчинении находится особая сила. Это место создала я. Я привожу всех, от кого мне нужны ответы, сюда, в свой личный мир.
— Понятно. — Нева наблюдала, как ее дыхание туманом уносится от нее и заметила плотные завитки дымки, ползущие по замерзшему полу, играющие с растопыренными штанами донажи. Это выглядело реальным. Не было сомнения, кто здесь распоряжался.
— Наши законы предписывают, что я должна задать тебе два вопроса, прежде чем ты сможешь быть принята в наш клан. — целеустремленно и изящно произнесла донажи.
Вступление в клан. Эта идея была так далека от всего, что, как она думала, она когда-либо сделает, но это было к лучшему. Если бы она осталась здесь, то не смогла бы причинить вред людям, которые ей небезразличны.
— Во-первых, признаешь ли ты Дианца нашим единственным создателем, существом, чьей воле битвы мы должны следовать в честь нашего существования?
Нева помолчала, прежде чем ответить. Дианц создал Да'Валиа. Это был факт, которому мать учила ее с рождения, истина, которую она могла отрицать не больше, чем рога на своей голове. Последует ли она его воле, чтобы спровоцировать конфликт? Разве не так она всегда поступала? Воровать у одного парня ради другого? По-своему, создание недовольства и недоверия всегда было частью того, кем она была.
— Я, Неважи Робертс, принимаю Дианца как нашего единственного создателя, как существо, чьей воле битвы я буду следовать в честь нашего существования, — выбор был простым, как если бы донажи спросила, хочет ли Нева продолжать дышать.
 
— И согласна ли ты соблюдать законы Да'Вода и соблюдать наши соглашения с другими кланами?
Нева позволила себе сделать паузу под пристальным взглядом донажи. Нева никогда раньше не соглашалась следовать закону. Ее круг дома решил бы, что ее уступчивость — забавная шутка. Но она была уверена, что сможет. Ей не нужно было быть Рысью среди Да'Вода. И она была уверена, что будет держаться достаточно далеко от других кланов, чтобы избежать вмешательства в политические договоренности. Если бы это было все, что ей нужно было сделать, чтобы стать частью народа своей матери — наконец-то узнать, каково это — принадлежать кому-то, несмотря на то, что ты другая, — тогда она выполнила бы такое обещание.
— Я, Неважи Робертс, согласна соблюдать законы Да'Вода и соблюдать их соглашения с другими кланами.
Она отвечала именно так, как предписывал протокол. Астианд бы ей гордился.
Донажи казалась удовлетворенной. Она немного откинулась назад, положив руки на подлокотники кресла.
— Это те вопросы, которые я обязана задать тебе по нашим законам, но мне также интересно, Неважи, что твоя мать рассказывала тебе о нашем народе?
Вот оно что было. Нева прикусила губу, чувствуя себя неловко. Она уже ответила на то, что от нее требовалось, так вот что стремилась узнать донажи? О ее матери? Что, если Нева не захочет отвечать? Те немногие воспоминания, которые у нее были, были самыми дорогими для нее, и она не была уверена, что хочет ими делиться.
Прошло достаточно времени, чтобы донажи встревожилась.
— Неважи, ты в мире, который создан мной. Если ты не захочешь говорить, я сделаю так, что ты будешь.
От слов донажи по спине Невы пробежали мурашки, но это не помешало непокорности укрепить ее решимость.
— При всем уважении, донажи, если я не захочу говорить, я полагаю, что вы мало что сможете с этим поделать, — когда Нева заговорила, то почувствовала, как ее сила всплывает на поверхность. Она поняла, что делает прямо противоположное тому, что ей велел Астианд и сбавила напор. — Но я отвечу, потому что моя мать мало что мне рассказала. Она рассказывала мне только детские сказки и истории о великом Дианце. Кроме этого, она ничем не делилась. Я не знала об огненном обряде до тех пор, пока не встретила ваших аллиадов. Я верю… Я думаю, она считала, что защищает меня.
Глаза донажи вспыхнули с резкой напряженностью, когда Нева запнулась в конце своей речи, но опасения Невы от этого взгляда исчезли в следующий момент.
— Очень хорошо, — сказала донажи. — Я рада предложить тебе место здесь, среди Да'Вода.
— Я принимаю, — сказала Нева, удивленная, что гордится тем, что официально является частью клана, и думая, что ей придется последовать совету Астианда и скрыть свою человеческую природу, чтобы пережить это. Если ей повезет, то она заставит их всех забыть, что она полукровка.
— Хорошо, — сказала донажи. — Ты слишком большая драгоценность, чтобы позволить одному из других кланов заполучить тебя в свои руки.
Внезапно ледяная плита под их ногами треснула с оглушительным грохотом. Лед раскололся, а комната растаяла.
Они снова оказались в аудитории и перед хиланами. Донажи поднялась со своего места и подошла, чтобы встать позади Невы. Донажи посмотрела на хиланов и провела рукой по волосам Невы, отводя их в сторону.
— Как донажи Да'Вода, как лидер Да'Валиа, избранный великим Дианцом, я приветствую тебя среди твоего народа, Неважи Да'Вода-Робертс.
Когда донажи произнесла последний, резкий слог своего торжественного приветствия, она использовала пламя из пальца, чтобы выжечь символ Да'Вода на задней части шеи Невы. Нева старалась не вздрагивать, но ей показалось, что донажи позволила силе гореть больше, чем необходимо.
Нева встала лицом к толпе. Хиланы, которые спокойно наблюдали за происходящим, опустили головы в минимально возможном знаке признания. Находясь там, они заявляли о своей заинтересованности в потенциальном аллиаде, но перед донажи они все еще не проявляли к Неве явной благосклонности. Или, может быть, некоторые присутствовали только для того, чтобы увидеть результат? Нева не могла быть уверена.