Рожденная на рассвете (ЛП)
— Ну, конечно, Па! — согласилась Нева, толкая вперед вращающуюся дверь и входя в трапезную, наполненную шумом и смехом посетителей. Это было ее алиби.
Аромат стряпни Маргарет улетучился, как только Нева оказалась в облаке сладковатого дыма курительных трубок. Шум разговоров заглушал треск пламени в высоком каменном очаге, и комната тонула в теплом оранжевом свете, идущем от горящих поленьев. Нева повернулась к первому столику, за которым сидели несколько пастухов — завсегдатаев таверны.
— Неважи! — окликнули ее пастухи по полному имени, демонстрируя свои пустые кружки и горсть монет.
— Господа! — Нева сделала реверанс и принялась разливать медовуху, болтая о погоде и о последних событиях нового года.
У двери Нева остановила одного из подручных Флинна, чтобы передать тому новости о Хамелеоне. Конечно, теперь Тэтчер наверняка использовал маскировку, ведь Нева видела его лицо, но предупредить Флинна и защитить тем самым его владения было совершенно необходимо. Флинн обеспечивал ее, а в прежние времена и ее отца, постоянной работой, Нева уважала его и считала своим долгом послать предупреждение, на тот случай, если он ещё не знал о внезапном появлении Тэтчера. Предводителю воров стоило быть осторожным.
За третьим столиком Нева обнаружила знакомую компанию, по большей части состоящую из мужчин, которых она с детства называла Дядюшками. Все пятеро были членами того же воровского круга, что и они с отцом.
— Хэй, бездельники! — Нева подняла кувшин, готовясь наполнить их стаканы, и Флетчер с силой плюхнул на стол свою кружку прямо перед ней. Обычно именно он первым опустошал свой сосуд и Нева снова наливала ему выпивку.
— Ребята, гляньте-ка, кто здесь! — прервал Морти свой брехливый рассказ о том, как его однажды по ошибке приняли за знаменитого рыцаря, который все присутствующие слышали уже не меньше дюжины раз — и протянул свою кружку Неве.
— Морти, — сказала Нева, окидывая его беглым взглядом. — Ты что-то неважно выглядишь!
Белые волосы старика торчали в разные стороны, а глазная повязка съехала набок.
— А у тебя глаз наметан, — отшутился он. — Да, денек и впрямь был не из легких. А ты, милая, не заметила ли чего-то необычного сегодня на улицах?
— Да, нет, в общем-то, — невозмутимо ответила Нева. — Видела нескольких слоняющихся чужеземцев, но ничего особо интересного.
Им не стоило ничего знать про Тэтчера. Флинн в скором времени разберется с ним сам.
Пока Нева разливала выпивку, Арчибальд повернулся к Адаму, самому молодому парню из их компании.
— Адам, разве ты не сказал мне минуту назад о том, что на улицах шастает разъярённая Гвардия? — Арчибальд говорил таким тоном, будто находился в блаженном неведении, театрально почесывая при этом свою лысину.
— Именно так я и сказал, Арчи! — Адам откинулся на спинку стула, по обыкновению ухмыляясь и цинично приподнимая одну бровь. — Слышал они немного расстроены ограблением в герцогских покоях. Но раз Нева сказала — только горстка чужеземцев в городе, быть по сему. Куда уж мне.
Адам Тейт был старше Невы на несколько лет, но никогда не прекращал подтрунивать над ней, даже будучи взрослым. Правда на беду, благодаря волнистым волосам и ямочке на подбородке, Адаму все сходило с рук. Он был широкоплечим юношей с живым харизматичным взглядом и очаровательной улыбкой. Но опасность окружающим сулила не только его внешность: он был превосходным охотником и следопытом, и имел обыкновение отлавливать должников по всему городу.
Нева подняла запястье и, не смотря на полупустую кружку, перестала наливать ему мед. Волна легкой паники подступила к ее горлу. У нее была репутация человека, никогда не отлынивающего от опасной работы. При всем желании она не могла отказываться от таких дел, коль скоро она хотела, чтобы у Рыси была хорошая репутация и достойная оплата. Если Адам наблюдал за тем, как Гвардия выходила из Замка, то было очень вероятно, что мужчины, сидящие за столом, были в курсе ее приключений.
— Думаю, я тогда лучше приберегу медовуху для тех чужеземцев, — ответила Нева.
Воры залились смехом. Они знали, что из них двоих Нева была куда более рисковой персоной. Адам хорошо преуспел в торговле, но смелости ему явно недоставало. Он стал намного реже участвовать в воровских делах, а основной свой доход получал с продажи оружия. По правде говоря, он неплохо устроился. Связи с Флинном и сводным братом, работавшим на корабельного комиссара на Ледяном Притоке, служили гарантом его благополучия.
На этот раз Нева не собиралась спускать Адаму сарказм в ее адрес на глазах у вырастивших ее мужчин, а они, должно быть, испытывали истинное удовольствие, наблюдая за тем, как она подтрунивает над ним в ответ. Иначе зачем Морти было выносить на обсуждение ее работу.
— Малышка, — усмехнулся дядя Нил, — Мы знаем, что ты можешь постоять за себя. Только будь поосторожнее с путешественниками за угловым столиком.
Нил наклонил свою лохматую голову, тайком указывая на слабо освещенный стол в дальнем конце зала. Компания друзей часто полагалась на чутье Нила, поэтому Нева восприняла его предупреждение всерьез. Но она не обернулась после его слов. Вместо этого она засмеялась и отошла от их столика, оставив наполовину пустой только кружку Адама.
— Мне нужно обслуживать посетителей, господа. Прошу, не учудите чего-нибудь, пока меня нет!
Вместо того, чтобы вернуться на кухню, Нева повернулась и двинулась в противоположном направлении, с показным усердием высматривая, не нужно ли еще кому-нибудь подлить выпивки. Она остановила взгляд на двух мужчинах, сидящих в угловой нише. Один из них посмотрел на нее в ответ, и его лицо показалось Неве знакомым. На нем был черный балахон барда; она была уверена, что он уже пел в их таверне в прошлом году и, насколько она помнила, обладал добродушным нравом.
Второй гость был одет в плащ с капюшоном и она не могла рассмотреть его лица. Нева не сомневалась, что это был мужчина, потому что еще ни разу не встречала женщину столь внушительных размеров: его стать впечатляла, даже когда он сидел. Но одна только массивная фигура вряд ли могла объяснить беспокойство Нила. Он бы не стал болтать почем зря, если бы компаньон барда не был опасен.
Вернувшись на кухню, Нева наполнила кувшины и, сделав глубокий вдох, направилась к угловому столику. На первый взгляд мужчины казались достаточно спокойными, но неприятности, порой, принимали самые разные обличия.
— Добро пожаловать в таверну семьи Робертс, господа! — поприветствовала их Нева, — еще медовухи?
Она мельком взглянула на спрятанную в длинной бороде улыбку, которую послал ей бард, и повернулась к другому мужчине. Первое, что бросилось ей в глаза — была его черная, как смоль, кожа. Казалось, что его мускулистая грудь, часть которой выглядывала из туники, была слеплена из угля. Незнакомец наклонил голову, чтобы рассмотреть ее, и свет настольной лампы озарил его лицо.
На секунду Нева застыла, словно изваяние, но быстро опомнилась: она не имела права вести себя так, ведь это могло оскорбить клиента.
Лицо незнакомца точь в точь повторяло последний образ, который показал ей кубок.
Перед ней сидел чистокровный Да’Валиа.
Глава 3
12 день Файерсайда, 1631 год.
Алижи сказала, что она поможет мне получить достаточное количество голосов на саммите. Ее союз силен, поэтому другие будут ее слушать. Однако, скоро у нее снова будет новое бракосочетание, так что долго на нее рассчитывать я не смогу.
— Монажи Да'Вода-Лира
––—–
— Медовухи много не бывает!
Шуточки барда мало интересовали Неву, Да’Валиа же молчал. Он только смотрел, и взгляд его черных глаз был спокойным и заинтересованным.
Нева наполнила кружку барда и стояла, не в силах отвести взгляд от сидевшего перед ней Да’Валиа. Хотя капюшон плаща скрывал его рога от глаз посетителей таверны, способности Невы позволяли ей видеть их: оба рога — черные, размером с ее запястье у основания и с тонкими заостренными концами. Инстинкт нашептывал ей, что под его небрежной прической скрываются такие же острые уши, как и ее собственные.