Возмутитель спокойствия (СИ)
Песня!
С сожалением стянул с ног. Ничего, родные, потерпите часа три, там встретимся.
На настоящий момент — отличное приобретение. Не жалко ни одной монеты. Волков ноги кормят, поэтому их нужно беречь.
Купил еще пару простых рабочих полуботинок на шнуровке и мягкие тапочки, похожие на чешки — вот эти две позиции являлись ходовым товаром, учитывая, что в подобных щеголяла половина детей Черноягодья. Дополнительно заказал чехол и перевязь для ирса.
Даррлорк задал единственный вопрос-уточнение:
— Ирс гобловский? — и на утвердительный кивок, добавил, — Они все стандартные, сделаю. Завтра можешь подойти. Оплата вперед!
Все встало на свои места, за сапоги тот получил уже монеты. Но мне ли чужие деньги считать?
— Кстати, если шатер брать будешь, то я первый мастер по ним! И пока не сильно загружен! Такой вигвам сделаю, зеленомордые плакать от восторга будут!
— А для чего он мне? — даже удивился, вроде бы не выказывал желания и даже не обмолвился про такое.
— До сезона сбора роски пусть и почти двенадцать декад, но сам не заметишь, как он настанет. Там и гриб подойдет. Кроме этого, за солью надо? — спросил, и сам ответил, — Надо! Дня три там придется стоять в лучшем случае, пока все отелятся! А на рыбе? Или неужели имея тирков, ты через пару декад не набьешь птицу впрок? Лагерь тоже нужен. Я ведь слышал у тебя и арбалеты есть, и луки. Ночевать можно и под открытым небом, но в шатре лучше! Да ты и сам знаешь. На сборе не раз и не два уже был.
— Я подумаю. Пока еще ничего не ясно. Цены примерные озвучь.
— За малый — золотой — два, — степенно загнул тот указательный палец, а затем и остальные по мере перечисления, — За средний — от четырех до шести, а большой — от многих причин зависит, но меньше чем за десять никто не возьмется. Сговоримся…
А мне пришла в голову мысль, пока не сделаю ремонт в доме, не очищу его, можно в палатке пожить. Навесы не внушали уверенности в благополучном пробуждении, амбар для проживания не предназначался, да он вообще ни для чего сейчас не годился. Сарай с древней лодкой тоже на снос. В общем, требовалось подумать, если что закажу средний. До следующего снега в нем можно спокойно ночевать.
Долго же Валенс находился у Охрима, с ним столкнулся в дверях, он прошел будто меня не заметил. Молодец. Старик пребывал в благодушном настроении.
— Так, тебе мыло. Еще что? Вот смотри, порошок зубной приготовил и щетку, зубы с утра и на ночь чистить! Тогда никакие маги-целители не понадобятся. Зубная боль знаешь какая? Самая сильная и страшная, она с ума сводит! Нагрянет, и будешь готов сам себе голову разбить! Да и девок целовать лучше так, млеют они, когда у тебя хорошо изо рта пахнет, а когда падалью несет, только с ней лобзаться и отправят.
Не зря я думал, что порой совершенно нельзя полагаться на память мальчишки. По ней, здесь жили сплошь грязные, вонючие, вшивые ублюдки. А оно вон как. Порошок шел в круглой деревянной баночке с вполне себе нормального почти современного вида щеткой.
Это обязательно, тем более иных вариантов не имелось.
— Вот смотри, зазнобе какой можешь подарок сделать! На этом ведь прервали разговор? — вернулся тот к излюбленной теме, продемонстрировав зеркальце.
Я взял, открыл. Всмотрелся в собственное отражение. Обычное мальчишеское лицо. Правильное. Средних размеров серо-зеленые глаза в обрамлении по-детски мохнатых ресниц. Чуть заостренный прямой нос, припухлые губы, острый же подбородок, явно будет чуть выдаваться вперед, волосы темно-серые, почти пепельные. Тонкая шея, кадык.
Красавец писаный.
— Ну, нравится вещица? Это зеркало, но ты, наверное, слышал название, теперь увидел! А девки, те вообще млеют и не смогут взгляд от него оторвать. Хоть в трусы ей лезь!
— Так у них же нету, — сорвалось само с губ, стоило только отпустить чуть контроль, задумавшись.
— Чего? — не понял дедок, и даже глазами хлопнул пару раз, как загружался.
— Трусов, говорю, у девок нет…
— Экий ты шустрый, — погрозил шутливо указательным пальцем, — Для такого дела они у мамок одолжат! Сразу к ним в сундуки слазят и лучшее напялят! И каждая будет тебе демонстрировать.
— А что у мамок есть? — здесь изумился совершенно искренне.
— Конечно, и самые разные. Это до замужества им ничего под юбкой носить нельзя, кроме панталон, чтобы не дуло особо в самые холода, а как обвенчаются там все можно. Чем они и пользуются. Порой такое… такое… У них встречается. У Талли я видел краем глаза в специальном для баб отделе, потайном, уж на что я жизнью битый, а там сразу покраснел, а к чреслам кровь прилила. И тут тебе чулочки в клеточку, а тут в линеечку, в крупную и мелкую, и подвязки, и пояски, лифчики, да много чего. И все воздушное такое, полупрозрачное, — старик закатил глаза и неопределенно покрутил кистью.
— Странно. Значит в другие времена мамкам дует, а девкам не дует, — в первую очередь рассмотрел функционал
— Нет, неправильно говоришь. Тем порой так задувает, что их раздувает, — сам скаламбурил, сам и хохотнул, — А за тем ветром не успевают родители свадьбы играть! Если поймают. Хотя есть у меня средство одно…
— Сколько оно стоит? Имею ввиду зеркало, — решил не заострять внимание на противозачаточных. Хотелось поскорее закончить с делами, и попариться наконец. А еще поесть от души. Голод донимал все сильнее. Еще амулеты нужно сдать, получить бумаги и награду за гоблов в ратуше.
— Три… Нет, две серебрушки! И десять медяков. Так будет честно.
— Еще честнее, ровно одна серебряная и пять меди…
После спора сошлись на двух.
— Кстати, вот еще что для тебя приготовил! Смотри! И помни, какой я прозорливый!
Тот достал толстую книгу в черном кожаном переплете, открыл… и вот здесь я опять потерялся. Вокруг практически раннее средневековье, а передо мной был учебник, больше рассказывающий о высоких технологиях. На первый странице алфавит и обозначения цифр. Дальше, каждая буква сопровождалась несколькими закольцованными «видеозаписями» изображений предметов на них начинавшихся. При этом оставалось место для практической части — написания самостоятельно. А также имелась и аудиозапись правильного произношения и употребления в различных фразах. Тестовые задания, правильно выполняя которые, а учитывалось даже время, ты открывал следующие.
Точно так же дело обстояло с арифметикой, которая начиналась примерно с трети фолианта. И завершал книгу аналог естествознания, мельком отметил множество карт. Отлично, хоть какое-то представление о мире можно получить. В конце находился толковый словарь, множество заданий по пройденному материалу. В общем, мечта на данном этапе.
— Если ты не дурак, а ты точно не такой, то всего лишь за полторы золотые монеты сможешь научиться читать и писать самостоятельно, а также будешь знать кое-что об Империи, пусть не как уважаемый Тавол Джиган, но хоть поймешь про что он ведет речи свои умные. И не смотри на меня так, будто нож тебе к горлу приставил, — усмехнулся в седые усы отнюдь не благообразный старец, — Новая в Демморунге стоит пять! У Рыжего Дойса спроси!
— Так ведь то новая, — указал я на различие.
— А тебе какая разница? — резонно возразил продавец, не задумавшись даже на секунду, — Тебе сейчас требуется научиться писать и считать за год! Иначе не пройдешь испытание на взрослость, так как согласно уложению нашего великого герцога «лишь тот может называться настоящим мужем, кто овладел грамотой и научился счету». Поэтому у нас столько недорослей ходит в юнцах, хотя у самих уже дети скоро смогут на пояса взрослое оружие повесить. Но по девкам уже бегают, это точно знаю! И еще, выучишься и обратно принесешь, а я у тебя книгу выкуплю за половину золотого! Вот тебе какая выгода! Считай бесплатно грамота достанется! — ага, плюс-минус золотой, но это я не злобствовал, усмехался по-доброму, — Ее мне Рыжий принес, сына и дочь по ней выучил. Вот, думаю, пусть и другим людям послужит! Я всегда говорил, говорю и буду говорить, прибыль ничто, а вот чем ты можешь своим помочь и что они про тебя скажут в итоге — в этом вся соль и смысл жизни! И про меня молва добрая идет, отчего на душе радостно делается. Так-то! — барыга все преподносил так, будто и не торговал он, не получал сверхприбыль, а выступал благодетелем Черноягодья. Меценат, мать его, — Однако есть нюанс… Она продается только вместе с набором начинающего алхимика. Здесь тебе и хронометр, и компАс, термометр, весы, а сорок листов бумаги — это просто в придачу, как хорошему покупателю, — чудеса маркетинга просто, — Будешь тренироваться письму. Дополнительно набор карандашей, чтобы рисовать и писать, чернила, линейки, готовальня… В общем, все для твоего учения! Станешь зелья разные варить, золото в камни… тьфу ты, камни в золото обращать.