Однажды в Лопушках (СИ)
Тетка усмехнулась.
Вздохнула.
И тихо произнесла:
— Пойдем, покажу что-то… — она поманила за собой.
Вышли мы в пристройку, где тетка травы сушила. Не только сушила, конечно, еще разбирала, сортировала, терла и составляла настои, варила зелья, мешала мази… здесь было тихо и пахло теми же травами, особенно сильно — ромашкой. Вечно она все иные запахи перебивает.
Тетушка указала на рабочий стол.
— Что вам про немертвую силу рассказывали?
Я поерзала.
Неожиданная тема. Нет, рассказывали, конечно, что случалось магам баловаться с силой запретной, но было сие во времена давние, когда особых законов, которые хоть как-то ограничивали бы силу магов, не существовало. Не говоря уже о том, что большая часть магов принадлежала к знати, а у знати с законами и ныне сложно.
Ну, то есть, официально хорошо.
А на деле…
— Есть сила живая, которая исходит от живого, — сказала я, вспоминая основы. — Это вода и ветер, и прочие стихии. Сам мир создает энергетическое поле. И люди, как и некоторые иные существа, используют его.
Тетушка кивнула.
И почему я чувствую себя двоечницей?
— А есть сила обратная, сила распада или смерти. Когда кто-то умирает, происходит энергетический выброс. Высвобождение внутренней энергии человека. Ну или иного существа. Но человека чаще. У него… структура сформирована.
— Душа, — поправила тетка.
— Нас учили, что дело в большей сложности энергетической структуры тонкого тела, и как следствие — накопленной им энергии, — выдохнула я цитату из учебника.
— В душе, стало быть, — тетка улыбнулась. — Вечно они все усложняют. Но да, эту энергию тоже можно использовать, что и делают некроманты…
— Или жрицы?
— Отчасти, — тетка подняла на ладони склянку с чем-то темным и густым. — Прежде считалось, что эта, темная сила, есть воплощенное зло. Но после Великой смуты, когда… много чего случилось, престол занял не просто человек царской крови, но некромант. Соответственно, волей-неволей пришлось пересмотреть некоторые старые догмы.
И силу темную провозгласили частью божественного промысла. А потому не в воле человеческой её отрицать. Как-то так. Признаться, на парах по богословию и натурной философии я спала. Главное, что некроманты более не считались отродьями тьмы.
В глазах закона, во всяком случае.
— Интересно, что решение это было на диво удачным. Темная — не значит злая… это настойка чернокореня на козлиной крови. И темной силе. Она остановит гниение раны. Любой раны. Чаще всего используют при ожогах, когда поражена большая площадь. Самое сложное при таких травмах — не допустить сепсиса. Организм ослаблен. Ворота инфекциям открыты. И даже стерильность помещений не всегда спасает. А вот настойка чернокореня на козлиной крови — вполне.
Она подняла другую баночку.
— Это омела, вновь же с кровью мешаная. Капли хватит, чтобы парализовать человека… обычно используют куда менее концентрированный раствор. Вызывает стойкую потерю чувствительности, что идеально при серьезных открытых ранах. А вот если добавить темный мох и вороний глаз, получится сложный яд, который используют при лечении онкозаболеваний. У него интересное свойство. Чем выше скорость метаболизма, тем сильнее поражение… впрочем, есть и куда более новые разработки.
— Я поняла.
Нам тоже рассказывали. И про медицину, где некромантия пришлась на удивление к месту, и про очистку территорий, зараженных темными энергиями, и про курганы, проклятья, про… про многие иное, где сила мертвая справлялась лучше живой.
— Хорошо, — тетушка поставила склянку в коробку. Вот ведь, а я и не знала, что она такие зелья делает. Впрочем, вряд ли сама, она-то как раз обыкновенная ведьма. Стало быть, с матушкой Линкиной.
И… что с того?
Ничего, пожалуй.
— Но что есть немертвая сила? — повторила она вопрос.
— Ну… исторически… описано всего несколько случаев, когда человек живой, одаренный, пытался продлить свое существование не за счет жизненной силы мира, что возможно, но с рядом ограничений, — я выдохнула. Оказывается, ничего-то не забылось из читанного. — А за счет мертвой.
Я сцепила пальцы и покосилась на тетушку, которая глядела на меня ласково-ласково.
— Наиболее известный исторический пример — помещица Дарья Салтыкова, которая приносила в жертву крепостных, пытаясь сохранить свои молодость и красоту. Но в конце концов просто сошла с ума.
— Просто ничего не бывает, — тетушка слегка нахмурилась.
— Ну… темная энергия вступила в конфликт со светлой… — я запнулась и сказала. — Вообще-то мы это только факультативно проходили. А так информации я не нашла.
— А искала?
— Искала, — призналась я, раскладывая тонкие стебельки кошачьей лапки. — Интересно же было!
— Интересно… любопытство сгубило кошку, да… но не тот случай… ты которые хорошие, в корзинку складывай, — велела тетушка. Вот не любила она, чтобы человек без дела сидел. Я кивнула и корзинку подвинула поближе, чтоб удобнее.
Надо будет напроситься в помощники. Небось, мазь для суставов варить планирует. Вижу банку и с барсучьим жиром, и еще корзинку с кусками чаги, а рядом коробку с сушеными, похожими на пучки волос корешками белоцветника.
Нет, нам читали правила.
И практикум был.
Но практикум — это одно, а тетка — совсем другое. Она портить продукт не позволит, а там… в конце концов, ведьмы не только в университетах учатся.
Точно напрошусь.
— Ты, верно, можешь видеть, что жрицам Моры многое дано. Что живут они долго и до самой глубокой старости время над ними не властно.
— Ты про тетку Василису?
— И про неё тоже. Теперь подобных им немного осталось, а во времена прежние в каждом городе имелись свои жрецы. И отнюдь не все они служили богам светлым. Хотя те тоже даровали многое, и здоровье, и долголетие. Не суть важно. Главное, что люди, глядя на иных жрецов, начинали задумываться. А мысли доводили… до всякого.
Кошачья лапка — растение махонькое, а высохнув, становится хрупким до невозможности. И попробуй подхвати его, отдели от пучка.
— И находились те, кто решал, не будучи благословен, заслужить милость богов богатыми дарами. Или там иным способом… — она задумчиво перебирала корни полыни. — Та же Салтычиха, о которой ты упоминала, была благословенной крови, но до неё богиня не снизошла. Должно быть, увидела истинную натуру, вот и не благословила…
Я вздрогнула.
Показалось… будто тень мелькнула за стеной. Мелькнула и исчезла.
— Но Салтыкова решила, что и без благословения справится. Имелись у неё записи от матушки. Да и видела она, полагаю, многое из того, что людям обыкновенным видеть не стоило. Сперва она просто пыталась добиться признания, потом… темная энергия, поглощаемая изначально светлым или нейтральным человеком, приводит к тому, что жизненные процессы в теле этого человека замедляются…
…и потому почти вся современная индустрия красоты основана на некромантии.
Это мы тоже проходили.
Факультативно.
То же зелье, которое тетушка показывала, вкалывают в кожу, отчего та разглаживается. Жуть, как по мне. Но мастер Савенникова, которая вела у нас прикладное зельеварение, сказала, что я просто слишком молода, вот и не понимаю.
Может, и так.
— Если воздействие недолгое, то проходит оно само собой. Но вот при постоянном притоке темной силы организм начинает изменяться, приспосабливаясь к ней. И сила становится основной питающей. Так получается существо, которое нельзя назвать в полной мере живым, но и мертвым оно не является.
— А…
Как по мне, тетка Василиса была вполне живою.
— Они истинные жрицы. Благословенные. А божественное благословение многое меняет. Они способны принимать силу и жить с нею. Именно, что жить. И то… в их роду редко случается больше одного ребенка.
Я открыла рот.
И закрыла.
Иные вопросы лучше не задавать. И тетка, верно, поняв, подвинула ко мне новый пучок травы. На сей раз полынь австрийская, вновь же тонкая да ломкая, но тут уж не столь важно сохранять её целой, полынь и в каждой крошке своей силу хранит.