Дареному дракону в зубы не смотрят 2 (СИ)
– Ладно, годится, – признала я нехотя. – Свободен.
– А что насчет оплаты проезда? Я ведь… – начал было приободрившийся юнга.
– Ты ведь треклятые грузики не прикрепил! Считай, что твои пассажиры все как один сорвались вниз из-за твоей халатности. И только врожденная любовь к таким гадам, как ты, не даст нам подать на вашу компанию иск, отдельно приложив скан твоей ауры! – вызверилась я, дернувшись из рук Себа.
Дракон благоразумно успел вновь перехватить меня поперек талии и прижать к себе. Иначе как минимум гордость, как максимум шевелюра юнги таки пострадала бы.
– Я принесу вам успокоительный чай! – пискнул парнишка, успев ужом юркнуть в какую-то щель внутрь корабля.
Еще какое-то время я побухтела, приводя нервы в порядок. Досталось и владельцам «Небесной Кассандры», и юнге, и Себастьяну, и Даррэну… Зато к моменту, как побаивающийся меня юнга принес нам две чашки и целый чайничек успокоительного чая, я почти вернула былую невозмутимость.
– Успокоительный чай только моей спутнице, – попытался было отказаться Себастьян.
– О, поверьте моему опыту, учитывая вашу спутницу, вам нужнее, – пробормотал этот гаденыш и смылся.
– Ладно, пусть живет. Впервые буду пить чай на такой высоте, – фыркнула я, усаживаясь прямо на досках, прогревшихся на солнце за день и сейчас источавших тепло. Приглашающе похлопала рядом Себу, недоуменно смотревшему на меня.
– Я правильно понимаю, обычно нужно платить за место на дирижабле, но само место – это кусок палубы, где даже некуда присесть? – уточнил он.
– Ну почему же? Можно даже прилечь, если есть с собой спальный мешок, – возразила я. И, покопавшись в своей сумке, вытащила такую необходимую для путешествия вещь. Придирчиво осмотрела на предмет пятен и дыр, после чего кинула рядом с собой на палубу. – Ложись, если хочешь. Я пока все равно спать не хочу. А потом тебе придется потесниться и пустить меня к себе. Чур, не храпеть в ухо, не пинаться и не кусаться… Ну что так смотришь? Ты думал, мы будем путешествовать в комфортабельных условиях, нам выдадут целую каюту, а то и две? Наивный. Ты хоть представляешь, сколько она стоит на таком судне? Если бы я за тебя получила гонорар золотом, его хватило бы на две поездки. Ну, от силы три. Потому многие поступают как я: рискуют жизнью, но прыгают на веревочные лестницы с крыши.
Пока говорила, я разлила чай по чашкам и предложила одну Себу. Встав, размяла косточки и сдвинулась к самому борту корабля. Вытянув ноги, оперлась на него спиной. Из моего положения я теперь могла видеть звезды. Можно было встать и облокотиться на сам борт, глядя на город с этой высоты, но я им налюбовалась вдоволь еще с крыши. А вот звезды ближе, чем сейчас, вряд ли будут.
– Почему тогда сразу не сесть на борт на причале, просто на палубе? – все еще не понимал Себастьян, примостившись рядом со мной.
– Можно и так. Но даже будь такой причал в этом городе, я предпочла бы наш путь с крыши. Во-первых, так никто не может отследить, сколько людей взошли на борт, и никто не будет досматривать наш багаж. Во-вторых, это в разы дешевле, ибо цену указывает юнга, привязавший веревочные лестницы, – пояснила я. Помолчав, добавила, поморщившись: – Этому мы тоже кинем несколько монет. Хотя бы за чай. Но потом, когда я окончательно перестану злиться. Придурок, конечно, но не со зла.
– Даже учитывая, что от его действий могли пострадать люди?
– Брось. Настолько отчаянных попробуй найди, – легкомысленно пожала я плечами. – Это у нас выбора не было – даже не переждать нигде, учитывая, что Даррэн рыщет по городу и вся стража работает на него. Другие предпочтут дождаться следующего рейса. Если принципиально на этот дирижабль – следующей ночью. Если подойдет любой другой – днем еще два рейса ходят.
Какое-то время мы молчали. Себ обдумывал сказанное мной. Я же просто пила чай и, задрав голову, любовалась звездами. Казалось, только тронь их – и они осыплются крупными спелыми плодами. Допив содержимое своей чашки, я улеглась на спину, чтобы удобнее было смотреть на манящие, слабо мерцающие огни.
– О чем ты мечтаешь, Себ? – спросила я вдруг.
– Найти скрижаль.
– Нет, не сейчас. Вообще. Или о чем мечтал в детстве? О чем думал, глядя на звезды?
Доски едва слышно скрипнули, когда Себ прилег рядом. Бесцеремонно приподняв мне голову, он под нее подпихнул мой же спальный мешок. На другой конец улегся сам.
– Сложно сказать. Точнее, в детстве я мечтал об одном: чтобы родители были живы. Снова обнять маму, полетать над горами с отцом… – тихо ответил Себ, когда пауза затянулась настолько, что я уже не надеялась услышать ответ.
– А потом?
– А потом я вырос и понял, что это невозможно. А значит, толку мечтать. У меня есть свои обязательства, свой долг – следует пустить все силы на его выполнение, – честно признался Себ. Помолчав немного, задал встречный вопрос: – А ты?
– Я… Когда была совсем маленькая, мечтала летать. Не так, как драконы или маги, ты не думай. Я прекрасно осознавала, что магии во мне нет и вряд ли когда-то слишком близко ее коснусь, – фыркнула я, не став говорить, что и вовсе тогда в нее не верила. – Просто хотела полетать на… м-м-м… да, в общем-то, на дирижабле и хотела полетать. А когда чуть подросла и осознала, насколько бедно живет моя семья, другая мечта затмила первую. Хотела жить так, чтобы не нужно было экономить и считать медяки, прикидывая, сколько и чего я смогу поесть и не придется ли голодать, если внезапно порвется зимняя обувь. Нет, не думай, аж до такого дело не доходило, мы не были совсем нищими. И все же мечта осталась: жить так, как хочется, не заботясь о деньгах, чтобы можно было позволить себе любые радости жизни, от лишней конфетки до, может, и не особо нужной шляпки. Просто потому, что в этот момент захотелось…
– Выйти замуж за богатого, – понимающе покивал Себ.
– На кой единорог он мне сдался? – возмущенно пихнула его в бок я. – Нет. Мне не нужно было, чтобы кто-то просто так дал мне средства. Я хотела сама добиться. Правда, не думала, что это будет связано с обманом… Детям свойственно идеализировать мир. Они редко думают, что с ними может случиться что-то плохое… Впрочем, я и выросла, но так до последнего и не возникла мысль, что со мной может случиться беда…
– До последнего? – зацепился Себ, вырывая меня из неприятных воспоминаний. – И какая беда случилась?
– Жизнь случилась, – скривилась я. – Новая, полная неясных перспектив. О которых мы поговорим уже завтра, когда прибудем в точку назначения. А сейчас давай уже спать.
Глава 22
За что люблю местные дирижабли, помимо возможности полюбоваться звездами и смыться незаметно из города, так это за скорость. Мы достигли Аргута еще до полудня. За это время я успела успокоиться и оттаять, так что встретившему нас юнге отсыпала монет за проезд. На пару серебрушек меньше, чем в прошлый свой полет, но юнга, видимо, уже смирился, что мы бесплатные пассажиры, так что был счастлив и этому.
Причал встретил нас гомоном толпы, криками торговцев, расположившихся на самом краю плато, воплями зазывал-носильщиков, предлагающих свои услуги по спуску вещей с плато вниз. Мы с Себом подзадержались, осматривая разномастный народ, опасаясь заметить хорошо знакомую блондинистую драконью голову. Но даже если Даррэн и сообразил, куда и когда мы направились, прибыть сюда вперед нас не успел. Да и, в общем-то, я надеялась, что и не сообразит. По крайней мере, еще с недельку точно. А мы тем временем успеем здесь управиться со своими делами и отправиться в другой город, так и затеряемся.
Убедившись, что нас никто не встречает, я выдохнула посвободнее и, привычно схватив моего дракона за руку, потащила вперед. Попутно я умудрялась шикать на излишне наглых попрошаек и карманников, которых здесь бегало немало, причем любых возрастов и пород. Недаром Аргут еще называли городом полукровок.
Не то чтобы полукровок и квартеронов как-то особо не любили или ущемляли. Нет, на официальном уровне их привечали и в народе матери, и в народе отца. А на практике они были ни туда ни сюда. Несмотря на дополнительные умения, недоступные чистокровным, по силе они значительно уступали. Да и чистокровные за редким исключением предпочитали заводить семью с себе подобными.