Невеста для Его Высочества (СИ)
Какая-то женщина не выдержала напряжения и громко разрыдалась. На неё сразу зашикали, закричали. Под напором стражи и цепочки жрецов толпа подалась назад, а потом рванулась вперёд, сминая ряды и жадно ловя каждое мгновение невиданной казни.
Девочку положили в корзинку. На глазах у чиновников, жрецов и народа правитель занёс кинжал над ребёнком. Милес придвинулся ближе, желая лично наблюдать за процессом, но Мерд оттеснил жреца назад и закрыл корзину своим телом.
И в этот момент Геван резко опустил нож. Кровь брызнула на его белые одежды и на стоявших рядом министров, просочилась сквозь плетение прутьев и обагрила постамент. Люди охнули, разом заговорили. Даже раздался истеричный женский крик:
— Будь проклят король-детоубийца!
Но вопль потонул в гуле толпы, довольной зрелищем. Люди, встревоженные страшным предсказанием, вздохнули облегченно, чиновники переглянулись и зашептались: они явно не ожидали такой решимости от убитого горем правителя.
Молча страдал и Мерд. Геван видел, как лицо друга перекосила гримаса ненависти и боли, но тут же исчезла. Миг слабости — и вот начальник охраны уже беспристрастно отдаёт команды подчиненным. Стражники начали разгонять толпу, освобождая улицу для процессии, которая во главе с правителем направилась к пристани. Жрецы шли впереди, чиновники — сзади Гевана.
И никто не догадывался, что на дне корзины, прикрытый рогожей, лежал связанный петух, которого и убил правитель. Чтобы девочка ещё раз не закричала, Мерд положил в одеяло пучок сонной травы.
Правитель никому не позволил нести корзину, просто поднял ее и показал толпе, а потом торжественно спустился к воде, поставил страшное лукошко в лодку и оттолкнул ее от берега, отправив в последний путь по дороге смерти.
С отчаянием в глазах он наблюдал, как течение подхватило маленькое судно и повернуло его к водопаду — самому опасному месту реки. Он молился богам и просил позаботиться о его малышке, раз они сами оставили на ее шее магический знак.
Линда
Повозка, на которой Линду должны были доставить к водопаду, благополучно миновала ворота замка. Глухонемой кучер не отвечал на вопросы, вообще не обращал на нее внимания, а рядом с девушкой стояла корзина, больше похожая на люльку для младенца.
Из любопытства она вытащила нарядное одеяло. Его угол украшал герб королевского дома. «И кому понадобилось отдавать незнакомой девчонке такую драгоценную вещь?» — удивилась про себя Линда.
— У! У-у-у! — замычал на нее кучер и ударил по рукам.
— Нельзя, так нельзя, — пожала плечами девушка и, глубже запахнув полы: ночной холод забрался под темный плащ, приготовилась ждать.
Она не заметила, как задремала, а когда очнулась, повозка стояла на месте в излучине реки, где шумная и бурливая вода водопада становилась послушной и спокойной.
Линда спустилась на землю и вытащила люльку, все еще не понимая, зачем она нужна. Она выловит из реки корзину, поменяет на свою. Какой в этом смысл? Задумка господина в военном мундире казалась ей странной.
Вдалеке шумел водопад. Луна слабо освещала реку, и бурный поток казался черным и страшным. На холме светился замок Бустер. Горели фонари, мелькали факелы охраны. Там было тепло и сухо. Линде захотелось сбежать от чего-то ужасного, что ждало ее впереди.
— У! — окликнул ее кучер.
Линда напряглась и спустилась к воде. Непроницаемая чернота не позволяла ничего разглядеть, как девушка ни всматривалась в поток. Вдруг до ее слуха донесся слабый всплеск, словно где-то плыла лодка, и кто-то опускал весла в воду. Или рыба выскакивала на воздух за пищей и плюхалась обратно в родную стихию.
Девушка насторожилась. Плеск становился все ближе. Вскоре она расслышала писк. Что-то приближалось к берегу. Линда бросилась к кучеру, схватила факел, лежавший на повозке, и ткнула его глухонемому в руки.
— Зажги!
Тот отрицательно покачал головой и даже сделал шаг назад.
— Живо! — приказала Линда. Желание скорее выполнить поручение и вернуться домой сжигало ее изнутри.
Кучер зажег факел, Линда поднесла его к воде и увидела лодку, которая уже миновала их место. Поток вынес ее из заводи и направил к центру реки.
Девушка скинула плащ и, не раздумывая, шагнула в ледяную воду. Она побрела по реке вдогонку за лодкой, потом ухнула вниз так, что дыхание перехватило, и поплыла.
Лодку она успела догнать, когда та уже была на середине реки. Линда хотела забраться внутрь, посмотрела и растерянно замерла. В утлом суденышке стояла точно такая же корзина, как у нее в повозке, а в ней лежал ребенок, завернутый в мокрое одеяло.
Раздумывать было некогда. Девушка вытащила из лодки младенца, корзину выкинула в реку и поплыла к берегу. Она выбралась на песок, дрожа от холода и переживаний. Ей показалось, что ребенок мертв.
Девушка бросилась к повозке, завернула малыша в теплое одеяло, потом в свой плащ и положила его в приготовленную корзину. Сама тряслась от холода и переживаний.
Все, поставленная задача выполнена. А что дальше? Какой кощунственный мозг придумал такое издевательство над ребенком? Кто догадался спустить дитя по водопаду? И где господин, который приказал ей выловить из реки корзину?
Линда вытащила ребенка и стала дуть ему на лицо, согревая его.
— Миленький, пожалуйста, живи, дыши! — плакала она, и горячие слезы падали на щеки и закрытые глаза младенца.
— У! У-у-у!
Кучер дернул девушку за плечо, и она подняла голову и прислушалась. Издалека доносился топот множества копыт. Что это? Глухонемой показал Линде на кусты. Девушка подхватила корзину, ребенка и спряталась в темных зарослях, беспрестанно молясь и обращаясь к богам.
И тут круглый диск луны показался из-за туч и осветил призрачным светом берег. Младенец пошевелился, Линда опустила глаза и столкнулась с пронзительным взглядом ребенка. И такая нега вдруг опустилась на голову девушки, такой покой, что она улыбнулась. Пухлый ротик ответил ей тем же.
Мир перестал существовать вокруг. Они были одни, глаза в глаза, душа к душе. Линда услышала, как часто бьется крохотное сердечко, и зашептала:
— Не бойся, я с тобой.
— Кто здесь? — раздался властный голос.
На берег вылетела группа всадников в развевающихся белых одеждах, освещенная факелами. Во главе на огромном коне сидел человек в плаще, застегнутом драгоценной пряжкой. Она сверкала так ярко в лучах факелов, что казалась маленьким солнцем.
Вот господин повернулся, и Линда с ужасом узнала помощника верховного жреца. Именно он наблюдал, как младшие слуги готовят ее к ритуалу. Она вспомнила его алчный взгляд, направленный на ее обнаженное тело, и холодные влажные пальцы, скользившие по ногам, животу, груди в тот момент, когда она не могла пошевелиться.
Желудок сжался, комок подкатился к горлу. Ужас охватил девушку. Она казалась себе зернышком, случайно попавшей в жернова страшных событий. Линда тяжело задышала, пытаясь подавить приступ тошноты.
— У! — ответил кучер.
В щель между ветками Линда разглядела, как глухонемой показал всадникам удочки и ведерко с рыбой, и подивилась, когда тот успел все это приготовить.
Люди храма распределились по берегу в поисках чего-то. Но девушка не видела среди них господина, поручившего ей такое сложное задание. Куда он пропал? И как ей теперь выбраться отсюда?
— Ты не видел здесь проплывающую лодку?
Хриплый голос жреца раздался почти над головой, заставив Линду вжать голову в плечи. Она боялась пошевелиться и молилась только о том, чтобы ребенок не закричал. Еще неизвестно, жив ли он до сих пор. Даже взрослый человек не смог бы выдержать такое испытание, не то, что младенец.
— У, — ответил кучер и отрицательно покачал головой.
— Мой повелитель, сюда! Смотрите! Корзина!
Жрец спрыгнул с коня, бросился на взволнованный голос и на какое-то время пропал из вида. Линда посмотрела на ребенка и поднесла палец к его крохотному носику. Она почувствовала легкое дыхание и обрадовалась. Теперь нужно было просить Богов о том, чтобы младенец случайно не закричал. Линда понимала, в какой опасности находится сейчас.