Нарушая заповеди (СИ)
Яркое летнее солнце оживило хмурый Питер. Последний экзамен уже позади, а впереди… Впереди огромная жизнь, в которой больше нет места покорности и страху. Кажется, теперь даже воздух пахнет вожделенной свободой…
— Девушка, Ваши документы предъявите, пожалуйста…
Это какой-то нереальный страшный сон! И свободой уже не пахнет… Но почему она? За что?
Непонятно откуда взявшаяся ориентировка… Осмотр личных вещей… И то, чего у Ангелины не могло при себе быть никогда и ни при каких обстоятельствах! Но оно было — несколько маленьких пакетиков весом лет на десять тюремного заключения. Ангелина всё поняла лишь в тот момент, когда её отпустили из полицейского отделения спустя несколько часов под подписку о невыезде — Палец ловко перекрыл ей путь в новую жизнь. И теперь вес её долга приблизился к неоплатному.
«Ты стала слишком дорого мне обходиться, доченька. Пора начинать платить по счетам».
Первым мужчиной Ангелины стал пожилой мордастый якут. Он был очень ласковым и мягким. Везде мягким. В жизни Ангелины это была самая долгая и мучительная ночь.
После этого наступила белая полоса длиной в шесть лет. Это был путь к красному диплому в Санкт-Петербургском химико-фармацевтическом университете. Главный Палец ни копейки не вложил в обучение Ангелины, и она искренне надеялась, что получение бюджетного места и её старания будут учтены в оплату дочернего долга. Теперь Ангелина открыто ненавидела своего «кредитора».
Но Лев Адамович не расстраивался по этому поводу и решил подкинуть дровишек в топку её лютой ненависти — нашёл на короткое время хорошего мужа для дочери.
Вторым мужчиной для двадцатичетырёхлетней Ангелины стал её совсем не старый и полный сил супруг. Этот оказался очень грубым и жёстким. Везде жёстким. Брак протяжённостью в полгода закончился для мужа тюремным сроком и банкротством, для Льва Адамовича — расширением бизнеса, а для Ангелины — долгой депрессией. «Добрый папа» даже хотел отправить надломленную и измученную дочку на отдых к океану…
Не срослось!.. Из Лондона на зимние каникулы прилетел сильно соскучившийся и очень повзрослевший Марик…
Третьим мужчиной Ангелины стал сводный брат. Только она не смогла бы дать оценку степени его твёрдости… Подмешивая сестре в шампанское раскрепощающее средство, Марк немного перестарался с дозировкой. Тот день едва не стал для Ангелины последним. И наверняка сломал бы её окончательно. Но спасение прилетело, откуда не ждали. Очень вовремя подсуетился Лев Адамович — нашёл для дочери работу по специальности. В столице! И благословил на дорожку:
— Ты всегда была хорошей девочкой, Ангелина, и, конечно, заслуживаешь счастья. Верю, что ты сумеешь найти его вдали от дома. Не держи, дочка, обиду на своего брата и не забывай о родном доме…
88
Москва встретила Ангелину сырой промозглостью. Кое-где ещё серели рыхлые кучки снега, и погода больше соответствовала началу марта, нежели январю. Ангелина стояла на площади трёх вокзалов, запрокинув голову и вглядываясь в хмурое сизое небо. Она насквозь продрогла, но не двигалась с места.
Господи, неужели ты услышал меня и подарил освобождение?
— Такси надо, красавица?
Не отрывая глаз от московского неба, Ангелина покачала головой.
— Нет, спасибо, я пешком пройдусь.
Она больше не вслушивалась в слова навязчивого таксиста и медленно направилась к пешеходному переходу, везя за собой небольшой чемодан. Из дома она забрала только самые необходимые вещи. Лев Адамович не был скупердяем, и Ангелинин гардероб всегда соответствовал статусу её семьи… Его семьи. Но сейчас она не желала ни малейшего напоминания об этой змеиной норе.
Теперь у Ангелины было достаточно собственных средств, чтобы вырваться из-под ненавистной отцовской опеки. В период своего короткого брака она успела сделать столько заначек, что их вполне хватит на год расточительной жизни или на несколько лет экономной. А в память о своей первой ночи с якутом остался его подарок — изумительное кольцо с крупным бриллиантом. Ещё тогда она задавила в себе спонтанный порыв швырнуть драгоценность в лицо дарителю. Кому, как не Ангелине, было знать, насколько непредсказуема жизнь, и кто знает, куда она может забросить её уже завтра.
Это «завтра» Ангелина ждала слишком долго и теперь не собиралась упускать подаренный ей шанс. Она и не планировала занимать рабочую вакансию, предоставленную «заботливым» Пальцем. И в арендованной для неё квартире рассчитывала пожить лишь первые дни, чтобы осмотреться, хорошенько обдумать и довести до ума собственный план. А затем она избавится от привычного телефонного номера, от новенького телефона, обналичит банковские карты и полностью сменит гардероб… И исчезнет.
***Лето выдалось жарким и, не справившись с нагрузкой, кондиционер выдохся и приказал долго жить. Обливаясь потом, Ангелина, как челнок, носилась между складом, холодильником и прилавком. Похоже, жара губительно сказывалась на горожанах, поскольку очередь в маленькой аптеке, где она работала, не иссякала с самого утра.
«Снова без обеда», — подумала она, проводив очередную болезную тётку пожеланием доброго здоровья. Сейчас она искренне желала выздороветь всем и свалить уже из аптеки, позволив ей отдохнуть и перезвонить, наконец, своему Богдану.
Богдан… Могла ли она, Ангелина, предположить, что её израненное сердце ещё способно любить? Но тому состоянию, в которое она впадала при мысли о Богдане, не было другого объяснения — Ангелина любила. Наверное, она бы сошла с ума, не будь её чувство взаимным. Но Богдан бросился в любовь, словно в омут, он боготворил Ангелину. А она понимала, что не вынесет очередного предательства и знала, что этот мужчина — её лебединая песня. Для кого-то покажется смешным подобное утверждение из уст такой молодой женщины. Но какое было дело Ангелине до чужого мнения — она знала, что этот парень вскрыл её аварийный резерв, и отдавала себя без остатка. Но ей не было жаль. До встречи с ним Ангелина будто и не жила вовсе. Он — драгоценный дар, посланный ей Богом, её надёжный якорь, её несокрушимая стена…
— Красавица, а у Вас снотворного для измученной совести не найдётся?
Этот голос!.. Она бы узнала его из тысячи. Такой родной… и такой ненавистный. Ангелина подняла голову, чтобы взглянуть в глаза своему кошмару. Как он нашёл её? Она сама сжигала мосты и верила, что сможет бесследно раствориться в многомиллионном городе. Где же она, глупая, наследила?!
— Марк, откуда ты здесь?
— Из ада, любимая сестрёнка! Ведь именно там мое место.
Эта встреча казалась невыносимой. Марк выглядел подавленным и несчастным, умолял о прощении, пенял на беса, который вынудил его перепутать любимую сестру с одноразовой подстилкой. Он клялся, что любит её… Как сестру, как человека, как… Нет-нет — больше никак!
А в Ангелине бушевали ярость и обида, а нахлынувшее отвращение боролось с остатками былой нежности и любви к этому испорченному мальчишке.
Марк поклялся не тревожить её своими визитами и не рассказывать отцу об их встрече. Взамен он попросил лишь о прощении.
«Я прощаю, Марик…»
Но что значат слова, когда израненное сердце истекает кровью?
Казалось, что Марк выполнил своё обещание. Он действительно не появлялся больше. Но Ангелине потребовался не один месяц, чтобы перестать вздрагивать, увидев похожий типаж мужчины. Она просила Богдана уехать вместе куда-нибудь, в другой город, говорила, что устала от шумной суетной Москвы. Но Богдан просил потерпеть хотя бы год, ведь он только нашёл хорошую подработку и рассчитывал накопить денег для первоначального взноса за собственную квартиру. Об Ангелинином вкладе Богдан и слушать не хотел. Вот таким он был… Слишком мужчиной!..
Ангелина не могла вспомнить, в какой момент её стала тревожить дополнительная подработка Богдана, и что именно вызвало первое подозрение в нечистоплотности его деятельности. Сам он отшучивался, клялся, что не связан с криминалом и обещал вскоре закруглиться с этими авантюрами ради спокойствия любимой женщины.