17 дней пути некроманта (СИ)

Решительно потянув вожжи, заставила жеребца повернуть в улицу, на которой располагалось Ведомство Магии Ромты. Нужно взять официальную сводку по магофону на болотах. Да и в болтовне со служащими может проскочить ценное зернышко. Мне, по старой памяти, не откажут в чашке чая.
Благо, государственное учреждение разорилось на мальчишек-конюхов, так что искать, кто присмотрит за лошадкой, не пришлось. Вручив расторопному служке несколько монет, попросила его напоить и накормить животину. Сама же направилась в мрачноватое здание по знакомым каменным ступеням.
Здесь все было так же, как и во времена моей службы. Деловитая суета, иногда перемежаемая громкими вскриками, если происходило что-то из ряда вон. Посетители и просители чинно восседали на маленьких пуфиках, дожидаясь своей очереди на прием.
Мазнув взглядом по неуклюжим охранникам, не замедлив шага ни на секунду, пошла на второй этаж.
— Госпожа! — попытался было ее задержать один из них.
Я только молча обернулась и в упор посмотрела на него. Парень уставился в бездонные глаза, наполненные тьмой и от страха даже начал заикаться:
— Д… Добро пожаловать, госпожа…
Снова резко развернувшись, пошла на второй этаж, фыркая про себя. Кому нужна эта охрана? Здесь чертова куча магов, от кого им защищаться? Разбазаривание государевых ассигнований.
Ну, вот и он. Отдел некромантского надзора.
Сказывалась любовь некросов ко всему черному. Пол, стены, потолок, двери — все было темных оттенков. А что, практично, удобно. Попробуйте полазить по ночному кладбищу в светлом одеянии. Дверь кабинета статистиков открылась легко.
На звук повернулись одновременно две головы. И, если одна из них осталась бесстрастной, то вторая расплылась в улыбке:
— Боги! Каким ветром тебя занесло в наши пенаты? Неужто на службу возвращаешься? — мужчина подскочил и вышел из-за своего стола.
— Не дождетесь, господин надзиратель, — у меня внезапно отчего-то охрип голос.
— Бери выше, я теперь господин старший надзиратель! — довольно упитанный служащий Ведомства залихватски хлопнул себя по лычкам на мундире.
— А пузико-то тоже наросло, — совсем нетактично заметила я, усаживаясь в кресло для посетителей.
— Так не у меня одного, — грустно заметил собеседник. — Ты бы знала, сколько молодых сейчас выглядит как я. Вот только мне-то уже сто двадцать, а им по тридцать-пятьдесят.
— Гонять вас некому.
Мужчина посмотрел на часы, а потом на коллегу, сосредоточенно что-то писавшего:
— Лео, перерыв через полчаса. Ты можешь идти, а я поговорю с посетительницей.
Молодой человек тут же поднялся, прекращая изображать бурную деятельность, сложил документы в папку и вышел, буркнув что-то на прощание.
— Совсем молодь? — я кивнула вслед ушедшему.
— Не говори. Нет нормальных кадров, — досадливо отозвался хозяин кабинета. — Набирают кого попало, работать невозможно.
— Ну, даже со слабым даром молодые некроманты всегда предпочитали идти в поле, а не сидеть у тебя, перекладывая бумажки.
— А ты думаешь в твоем отделе сейчас лучше? Свияга, в оперативном даже хуже! Платят сейчас катастрофически мало, кто захочет рисковать собой за иошик? А требуют… Штат неукомплектован, молодежь уходит на вольные хлеба.
— Нет полевых? — вот это была новость!
В ответ мужчина только развел руками, подтверждая.
Это было странно. За всю свою жизнь и службу я привыкла отбиваться от желающих пойти на задание. Вчерашние выпускники, да и не только они, стремились сходить со мной «в поле». Перенять опыт, посмотреть, поучиться. Молодых парней и девчонок привлекал адреналин, риск, удаль, испытание своих сил.
— Чай будешь? — предложил мужчина.
— Нет, спасибо. На чай у меня уже времени нет. Я к тебе по делу.
— Ну, естественно, — фыркнул он в ответ. — Когда ты просто так на чашку чего покрепче заходила?
Я улыбнулась. А старший надзиратель, плеснув себе в кружку какого-то настоя, вновь сел рядом.
— Что надо? — серьезно спросил он.
— Скажи мне, старый друг, как сейчас дела на Рваных болотах? — я внимательно заглянула в глаза собеседнику.
 
Он, шумно выдохнув, даже откинулся на спинку кресла:
— Ты всегда отличалась даром задавать вопросы не в бровь, а в глаз.
— На том стоим, — парировала, не отводя глаз.
Чашка была отставлена в сторону, а мужчина встал, чтобы закрыть дверь кабинета изнутри.
— Скажи мне, пожалуйста, а с чего ты взяла, что там что-то не так? — его взгляд тоже стал цепким.
— Со слов короля.
— Короля? Король… Король — это серьезно. Раз уж он счел возможным сказать тебе это, то и я расскажу. Отвратительно там, Свияга. Вот так. Чрезвычайно отвратительно.
— Конкретнее.
— Нежить плодится и мутирует. Когда вы еще ездили туда и подчищали местность — все было нормально. Ну, ты помнишь, — махнул он рукой, снова беря свой напиток. — А вот в последние года… Началась оптимизация Ведомства, — он горько усмехнулся. — Содержание нам урезали, полевых заставили писать бесконечные отчеты. Бюрократия! Многие талантливые и сильные ушли, не желая тратить свое время на заполнение бумажек. Молодежь туда ехать боится. Да я бы и сам на их месте не поехал. Они умные, обученные. Но выходить на зачистку без должного обеспечения — поездка в один конец. Как следствие — нежить плодится. На болотах много захоронений. Растет фон, они и поднимаются. Ну, что я тебе прописные истины объясняю!
Я внимательно слушала, не перебивая.
— Так вот. Энергии там накопилось катастрофически много. Это видно уже даже по близлежащим территориям, которые пока относительно безопасны. В поселениях, которые еще существуют на болотах, не было наших людей уже несколько лет. Отчеты пишутся, подаются, конечно. И там все хорошо. Вот только это неправда.
— Почему не отражают истинное положение дел? Кому это надо?
— А вот это хороший вопрос. Я не знаю, Свияга, — заметив мой недоверчивый взгляд, он подтвердил еще раз. — Я действительно не знаю. Нам спускают сверху инструкции, из канцелярии Короля. То ли не хотят спонсировать полноценную работу, то ли что-то скрывают… Не знаю. Но, это бомба замедленного действия, ты же сама понимаешь.
— А в кулуарах что говорят?
— А ничего! Кто был недоволен — ушли давненько. Тех, кто держится за должность — помалкивает.
— А ты?
— А что я? Я, наверное, смирился, — он со злостью поставил опустевшую чашку на столик. — Мне сто двадцать, Свияга. Я слабый некромант. Частным полем я на жизнь не заработаю. Можешь считать, что я смирился, — он замолк на несколько мгновений. А потом спросил:- Осуждаешь? Мозги будешь вправлять?
Я даже оторопела от такого вопроса:
— Нет. Каждый живет так, как он считает нужным. Я уважаю выбор любого. А мозги я вправлять не умею. Я их больше привыкла вытаскивать. Из разбитых черепов.
— Спасибо, — в голосе мужчины послышалось облегчение. — Но юмор у тебя, конечно, как был специфическим, так и остался.
— Какой есть, мой друг, какой есть, — задумчиво протянула я. — А скажи мне, пожалуйста, как определили, что на болотах происходит мутация? И в чем она проявляется?
— Последние экспедиции доложили. Нежить, которую они встречали, никак не реагировала на обычные боевые заклинания. Она была сильнее, быстрее и опаснее. Некоторые из ребят не возвращались, — он раздраженно потер грудь под мундиром. — И животные. Дикие животные. Они изменились. Нет, не стали нежитью, они живы. Но они…другие.
— И?
— И ничего! Все отчеты, как всегда, прошли через меня. Как обычно. И легли под сукно. Сверху велено не давать никакого хода ничему выдающемуся. Все хорошо в стране. Все хорошо, госпожа Дайдрейн.
— Ясно, — задумчиво пробормотала я. — А о новых видах нежити не докладывали?
— Нет. Вот этого не было. Вроде все по-старому. Но как-то иначе.
Я узнала все, что хотела и порывисто встала:
— Спасибо, мой старый товарищ. А дай-ка мне официальную сводку по Рваным болотам. Можешь?