Драконье несчастье или жена в подарок (СИ)

— Тише, девочка, тише. Всё хорошо.
Где тебя крылья носят, зараза ты драконья?
И вдруг запястье с чёрным браслетом начало сильно чесаться. Может быть, это способ связи? Попробую позвать Эверена. Я не знала, как это делать, но прикрыла глаза, с трудом удерживая вырывающуюся девочку и сосредоточилась на запястье.
И я увидела тонкую чёрную с серебром нить, отходящую куда-то вглубь. Есть! Я нашла её и дёрнула за неё изо всех сил. А ещё отметила, что вязь, хоть и чёрная, отливала благородным серебром и выглядела вовсе не так противно, как путы на девочке.
Прошло несколько долгих, томительных минут, когда небо закрыл дракон. И тут же, едва ли не в полёте обернулся человеком и бросился к нам.
— Что случилось?
О, у него сегодня просвет случился. Не стал даже обвинять меня. Наверное, вся злость, в буквальном смысле, выветрилась.
Я молча подтолкнула к нему дочь.
— Миврис, — позвал он её. Потом легонько встряхнул. Никакой реакции. Потом отпустил. И она ожидаемо направилась к обрыву.
— Драконьи крылья! — Выругался он, подхватил девочку и прижал к себе. Потом что-то зашептал. Возле его рук разгоралось странное свечение.
Сначала ничего не происходило, несколько долгих минут. Но я видела бисеринки пота на лбу Эверена. Он с чем-то боролся, с чем-то таким, чего не видела я. Прошло несколько минут и наконец он выдохнул, а девочка открыла глаза.
— Папа? — Она обняла его, а потом вдруг заплакала. — Мне страшно. Они пообещали прийти за мной. Сказали что будут приходить, пока я не умру.
Вот же твари! Я сжала пальцы в кулаки. Узнала бы, кто мучает ребёнка, придушила бы собственными руками!
— Тише, родная. Тише. Всё уже кончилось. Они больше не придут. — Генерал неловко гладил дочку по спутанным волосам, а я видела, что он сам не верил в то, что говорит. Наконец, она успокоилась и начала нетерпеливо ёрзать у него на коленях.
— Я хочу играть.
— Беги, родная. Только далеко не уходи.
Когда девочка выбежала из часовни на поляну, генерал повернулся ко мне.
— Ну, рассказывай!
Я рассказала. Увы, но ничего хорошего я ему поведать не могла. Во-первых няня либо была замешана в этом во всём, либо допустила преступную халатность, либо была заколдована.
— Не могла, — сразу отмёл мои сомнения Эверен. — На всех слугах защитные амулеты такой силы, что ни один из них просто физически не сможет поддаться влиянию. — Потом он видимо заметил моё недоумение и добавил устало. — Ну а что ты хотела — у меня много врагов.
— А что же тогда этого амулета нет на твоей дочери?
— Она ещё слишком маленькая и слабая, я боюсь навредить.
Ясно. Я кивнула и продолжила рассказ. Генерала внезапно заинтересовал мой способ связи.
— Что ты сделала?
— Потянула за чёрную нить и позвала тебя.
— Я почувствовал зов, но никакой нити не вижу. — Он нахмурился и почесал запястье. И я тут же почувствовала щекотку, как слабое покалывание. Вот значит он какой, способ связи.
— Да вот же она. — Я прикрыла глаза. Другую магию я не видела, но вот нить между нашими запястьями — прекрасно наблюдала. Взяла и пальцами осторожно потянула её. Эверен смотрел на меня заинтересованно. Но когда я дёрнула нить даже поморщился. — Что?
— Не знаю, как ты это делаешь, но зов слишком сильный. И действительно ты выглядишь так, будто видишь эту нить.
— Но я её вижу.
— Такого не бывает, — ухмыльнулся он.
— Может быть у вас и нет, — я поняла, что начинаю сердиться. — Но я вижу магию именно так.
Кажется, пришёл мой черёд сердиться. Мало того, что меня и моих соотечественниц держат здесь за рабынь, так мне же ещё и не верят. И я постаралась в подробностях рассказать, какого вида была магия в тот первый раз, когда я её увидела.
— Кажется, ты уникальна, — наконец протянул Эверен.
— А о чём я говорила?
Только радости почему то на его лице не было, как и предвкушения. Всё-таки уникальная риис, как никак. Только я бы сказала, тревога.
— Если об этом узнают, — тихо сказал он, — боюсь тебя ждёт незавидная судьба.
— Почему?
— А ты ещё не прочитала о правах и обязанностях риис? — Он как-то печально усмехнулся. — Если нет — тогда советую тебе это сделать.
 
— И что?
— Уникальная риис для драконов как самая желанная добыча. Твоя жизнь никогда не будет спокойной, если все остальные об этом узнают.
— А ты? — Я хоть и радовалась тому, что судьба послала мне Эверена, но всё-таки и про предложение сейра Рейнольда не забывала. И не доверяла. Это слишком большая роскошь в моём положении. — неужели нет желания завести себе пару драконят от уникальной риис?
Я снова переступила черту. И почему мне так сложно держать себя в руках рядом с этим мужчиной?
Он шагнул вперёд и в два счёта оказался рядом со мной. Схватил за запястья и заставил поднять голову. Я дёрнулась, но поняла, что моя затея обречена на провал. А он приблизил своё лицо ко мне, почти вплотную. В глазах бесновалось пламя.
— Я же сказал Ксаврину и тебе повторю — я не нуждаюсь в другой женщине, будь она хоть трижды риис. Моё сердце отдано Мире. Но если ты будешь злить меня, — его глаза снова поменяли цвет, а зрачок вытянулся. Я зачарованно уставилась на него. — То я, пожалуй, вызову проверяющих раньше времени. Мне нет никакой нужды возиться с тобой целый год. Просто знай, что в другом месте тебя ждёт более худшая участь.
Он резко отпустил мои руки и вскочил на ноги. И я невольно залюбовалась его грацией, отстранённо подумав, что не зря, ох, очень не зря, он генерал, не просто так.
— Пойдём, — сказал Эверен, как ни в чём не бывало. — Я хочу посмотреть, что делает няня Миврис, почему она не занимается ребёнком.
Он вышел из часовни, жестом подозвал девочку к себе и бережно обнял. И сейчас передо мной был совсем другой мужчина, которого я не могла не уважать. Хорошие отцы на вес золота. Даже, видимо, в этом мире.
Мы вошли в дом. Эверен с дочерью впереди, я — следом. И опять по пути мне не встретилось ни души. Надо спросить у генерала, есть ли у него вообще слуги в доме.
До комнаты няни дошли молча. Эверен распахнул дверь в детскую без стука. И застыл. Я тоже застыла, поражённая. Женщина сидела в кресле и преспокойно вязала, словно не испытывая совсем никакую тревогу за жизнь своей воспитанницы. Ничего себе! И вот ей генерал не побоялся доверить дочку? Мда. Я оставлю своё мнение при себе. Очень жалко, что его жена умерла. Она, наверное, в гробу переворачивается, наблюдая такую картину.
— Сейра Банлис, — голос Эверена мне очень не понравился. Словно дикий зверь обрёл голос и разговаривал со своей добычей. А я вдруг поняла, что няню мне совсем не жалко, абсолютно. В этом сумасшедшем мире я стала другой и подозрительно быстро привыкла к царившей здесь жестокости.
— Да господин, — няня вскочила, вязание выпало из рук, и она склонила голову в поклоне.
— Почему вы оставили свою воспитанницу? — В голосе генерала слышалось рычание.
— Я … я… — Няня затряслась и упала на колени. — Простите, генерал, это больше не повторится.
— Конечно, не повторится, — хищно усмехнулся Эверен, — потому что вы уволены. И если я не узнаю, кто виноват в том, что моя дочь едва не шагнула прочь с обрыва, я сам вас оттуда скину.
Он словно разом стал выше, за спиной взметнулись чёрные крылья и в то же время произошло что-то неуловимое. Настолько быстро, что я едва успела заметить движение краем глаза. Няня мгновенно выхватила какой-то предмет и метнула, целясь в девочку. Эверен стоял далеко. Он не успел бы. Я, сама не знаю, зачем это сделала, но метнулась в сторону Миврис, закрывая её собой.
Дети не должны страдать, никогда! Я видела Миврис, а вспоминала другие глаза — тех детей, что я видела дома, на Земле. Всё произошло за считанные секунды, хотя мне казалось прошла вечность. Я успела передумать кучу мыслей, а ещё даже не вспомнила о магии. Несколько секунд. Отчаянные глаза Эверена, ненависть, исказившая черты няни, а потом вдруг розовая тень, метнувшаяся к нам.