История скромной провинциалки (СИ)

Глава 1
Я с тихой грустью пересчитала деньги. Делала я это в пятый раз, денег больше не становилось, как было десять тысяч, так и осталось. Посмотрела в окно, мелкий, занудный дождь, похоже, зарядил на целый день, ветер вяло гонял мокрые желтые листья. Людей на улице не было, да и откуда им взяться в два часа дня, кто работает, те на работе, ну а гулять в такую погоду, б-р-р-р.
А мне вот теперь на работу не надо. И что делать дальше непонятно. В нашем маленьком подмосковном городке найти работу сложно, если быть точнее — невозможно.
— Так, — протянула я, проверяя содержимое холодильника и кухонных шкафов, — Сосиски, яйца, курица, гречка…, - перечисляла я вслух, — Неделю протяну. Коммуналку, слава Богу, заплатила. А что дальше?
Вчера закончилась моя уютная, и казалось, такая устроенная жизнь…
***
— Толик, а что происходит, — спросила я нашего компьютерного гения, — Почему все на улице?
Почти весь наш небольшой, дружный коллектив маленького рекламного агентства в составе 5 человек стоял перед офисом в полном недоумении. Шефа и бухгалтера, у которых были ключи и, которые всегда приходили раньше всех, не было, а дверь была надежно закрыта. Толик пожал плечами, и тут из-за угла дома показалась наша бухгалтер.
— Ребята, — с каким-то подвыванием сказала Нина Васильевна, — Игорь Алексеевич в больнице, у него инфаркт.
Анечка ойкнула, я тоже, Настя закрыла рукой рот, а Витя растерянно спросил.
— Как же это? Он же никогда на сердце не жаловался, и что теперь будет?
— Давайте зайдем в офис и все обсудим, — доставая ключи предложила Нина Васильевна и все поплелись за ней.
Наш директор был деятельным человеком, сам родом из нашего города, очень его любил и когда его бросила красавица жена вернулся из Москвы в Звенигород. Купил небольшой домик и организовал предприятие. Мы занимались разработкой и изготовлением визиток, буклетов, листовок и прочей рекламной продукции. Я отвечала за дизайн, Настя за работу с клиентами, Толик верстал, Витя и Аня печатали, резали, упаковывали, отправляли и доставляли. Игорь Алексеевич находил клиентов в Москве и в области, а Нина Васильевна твердой рукой руководила всеми финансами.
— Дорогие мои, — сложив руки на груди, начала Нина Васильевна, — Нам конец. Приехала ехидна, — она хмыкнула, — Жена нашего директора. Игорь Алексеевич по своей вечной несуразности с ней до сих пор не развелся. И теперь Антонина претендует на половину фирмы. Это то, что я случайно услышала по телефону на днях.
— Так это она нашего Мишина до инфаркта довела! — эмоционально вскрикнула Настя, — Мало ей, что он квартиру в Москве оставил, дочку замуж выдал, так гадина и сюда добралась!
— Давайте успокоимся и подумаем, чем мы можем помочь…
— Ничем! — дверь распахнулась и вошла Антонина, нет, не вошла, Ворвалась как ведьма, только что без метлы, — Вы все уволены!
— А мы у вас не работаем! — с вызовом ответил Толик, мы дружно его поддержали.
— Вы нигде не работаете, — вежливо сказал холеный мужчина, заходя в комнату, — Разрешите представиться, Владимир Иванович Колесников. Адвокат. Господин Мишин передал управление агентством Антонине Михайловне, — он достал из дорогого портфеля бумагу и положил на стол, — Вот доверенность. И госпожа Мишина закрывает предприятие. Завтра здание будет передано новым владельцам, поэтому прошу сегодня завершить все дела, забрать личные вещи.
Нина Васильева взяла бумаги, посмотрела на нас беспомощным взглядом и тихо выговорила.
— Все верно, подпись Игоря Алексеевича. Как же так быстро все, мы и не знали, что он собирался все продать.
— А никто не обязан перед вами отчитываться, — фыркнула Антонина и повернувшись на каблуках бросила на прощанье, — В общем, освобождайте помещение. Оборудование, естественно, не трогать. За этим проследят.
Была она по-настоящему красива, большие голубые глаза, длинные волосы цвета спелой пшеницы, аккуратный носик и идеальный овал лица, ни морщин, ни седины в 45 лет не наблюдалось. Фигура была тоже на высоком уровне. Я вздохнула, глядя на "ехидну", мне такой фигуры не видать никогда. К своим двадцати восьми годам каким только методом я не худела, но мой организм упорно возвращал себе потерянные килограммы. Причем вернув себе привычный вес 70 килограмм, организм успокаивался, и дальше я могла спокойно лопать конфеты и пирожные, вес не менялся. Конечно при росте 160 см мне следовало похудеть, но…в общем "но".
 
***
Звонок в дверь оторвал меня от увлекательного занятия пересчитывания продуктов. Я посмотрела в глазок и увидела возбужденное лицо моей лучшей и единственной подруги Розы, Розиты по паспорту.
— Ксю, привет! — обняла она меня, потом скинула ботинки и добавила, — Чаю дай, продрогла, это не сентябрь на улице, это прям ноябрь какой-то.
Когда мы уселись за стол с дымящимся ароматным чаем и я плотоядно облизнулась на принесенные подругой эклеры, та внимательно на меня посмотрела и выдала.
— Ксюш, хорош киснуть, придумаем что-нибудь. Давай в Москву рванем! — и добавила без всякой связи, — А ты знаешь что Антон приехал?
Глава 2
Глава 2
— А мне-то что? — вроде как безразлично ответила я подруге, — Приехал и приехал, мало ли кто приезжает…
— Да ладно, Ксюш, хватит прикидываться, — бесцеремонно оборвала она меня, — Ты покраснела, и врать не умеешь, Антон — это же твоя любовь с первого класса и по сей день. Ты и замуж поэтому не выходишь, все ждешь чего-то, — она хитро прищурилась, — Или кого-то.
— Что там хорошего-то за этим "замужем", — отмахнулась я, откусила кусочек эклера и зажмурилась от удовольствия, — Ты вот сходила. Да и знаешь, что-то я у своей двери очереди из женихов не замечала никогда.
— Да, мне замужем не понравилось, Вовка только и делал, что пиво пил и на диване валялся, вот и отправился быстренько на родной диван, к маменьке. Но, — подняла Розочка палец вверх, — Я не эталон семейной жизни, — подруга усмехнулась, — Как говорила моя бывшая свекровь: "Розита, ты должна окружить Вовочку теплом и уютом, готовить здоровую пищу и содержать дом в чистоте" и еще тысячу должна, а я оказалась не готова положить свою жизнь на алтарь Вовочкиных желаний.
Роза действительно пробыла замужем всего полгода и выставила мужа из своей, доставшейся ей от тети квартиры. Родители моей подруги уехали в Латвию, откуда был родом отец Розы, а она осталась с пожилой тетей, родной сестрой мамы. Та была бездетной и любила Розочку, как родную дочь.
— А что касается очереди женихов, — продолжила подруга, — Так ты слишком скромная. Одеваешься как выпускница монастыря, у тебя вот формы какие, а ты их под балахоны прячешь, — поучать меня она могла долго и я повернула разговор в другую сторону.
— А чего это Антон приехал? — не удержалась и все-таки спросила я, — Три года не появлялся.
— Ой, так ведь он не один приехал, — подруга сделала паузу, а мое и без того не радужное настроение совсем потемнело, — Он с дочерью приехал, и с тетей Верой, но без Милки.
Я вздохнула, запихала в рот почти весь эклер и надо же было — именно в этот момент раздался звонок в дверь. Подавилась, закашлялась, слезы полились из глаз. Роза пошла открывать, я за ней. Подруга распахнула дверь, и я разом прекратила кашлять. На пороге стоял он — мужчина, которого я тайно любила всю свою жизнь.
— Привет одноклашки, — весело сказал Антон, — Розка, — обнял он подругу и прошел в коридор, — Ксюша, да ты совсем не изменилась, все такая же…
— Молодая и красивая, — нагло перебила его Роза, — А вот у тебя лысина наметилась! — добавила она.
А я чувствовала, что краснею все больше, слезы продолжали литься и все слова застряли в горле вместе с чертовым эклером.
— Ксюш, у тебя что-то случилось? — внимательно на меня посмотрел Антон.
— Да ничего у нас не случилось, — бодро ответила Роза, — Просто Ксюша без работы осталась, и мы вот думаем в Москву ехать, а вы чего из столицы приехали, квартиру продавать?