История скромной провинциалки (СИ)
Скрывать что-то от Фиделя было невозможно, и я выложила все, начиная с истории Валентины и заканчивая тем, что Милу мы отвезли в пансионат, и с утра она мне звонила, отчиталась, что с ней все в порядке. Жаловалась на отсутствие нарядов и необходимой косметики, пыталась рассказать мне про отдыхающих, но я сославшись на работу, оборвала ее болтовню.
— Так-так-так, говоришь, Виктор этот в политику метит, в Москву собирается? — я кивнула, — Придется встретиться, направить, так сказать, верным путем товарища, — загрохотал он, я с опаской на него посмотрела, — Не боись, Ксюш, я к нему физические меры применять не собираюсь. Просто положу папочку на стол и скажу — видишь вот папочка, а там компромат на папеньку твоего и на тебя голубчика, и если с твоей сестрой что-нибудь случится, это все попадет не только в интернет, а и на центральные каналы телевидения.
— А он поверит? — с сомнением спросила я.
— А я в кабинет свой приглашу кое-кого, для убедительности, — потер руки Фидель, — Из тех, кто с экранов не сходит. Убедим.
Дома я рассказала мужу о плане Фиделя, и он согласился, что лучшего и желать нельзя.
— Не дурак же Чураков, — подвел итог Антон, — Это ему с Валентиной легко справиться удалось, а тут проникнется, думаю, Фидель убеждать может.
Потом мы устроились на диване, Катюша принесла новую книгу и мы в лицах читали ей про волшебника Изумрудного города, когда ребенок заснул, я сказала.
— Какие страшные сказки для детей пишут, ни один триллер не сравнится. Ну, ты подумай, — покачала я головой, — "Убивающий домик", раздавленная старая колдунья, разрубленный на части Людоед и несчастный кот, безжалостно убитый сердобольным Дровосеком, пожалевшим мышь. А это, бесконечно повторяющееся "сделаны из мяса и костей", бр-р-р. Про сравнение, что лучше мозги или сердце я уже молчу.
— У тебя очень неординарное мышление, — почесал голову Антон, — Я даже не задумывался об этом. Ксюша, скажи мне откровенно, тебе не в тягость заниматься чужим ребенком?
— Чужим? — я обиделась, искренне обиделась, — Катя твоя дочь, какая же она мне чужая? Я тебя люблю, Антон, а с Катей мне действительно хорошо, интересно и не в тягость.
— Прости моя родная, не обижайся на дурака. Но таких как ты больше нет, моя редкая, удивительная жена.
А я не понимала, что удивительного-то? Как можно не любить маленького, тянущегося к тебе ребенка? Когда Катюша обнимала меня за шею, и целовала в щеку, сердце мое сжималось от нежности и мне по-настоящему нравилось заниматься с девочкой. Она любила рисовать, очень внимательно слушала, когда ей читали, а редкие капризы быстро заканчивались смехом.
Фидель не стал откладывать дело в долгий ящик, через два дня позвонил и в своей неподражаемой манере сказал.
— Выпускайте свою наследницу, — пророкотал он, — Господин Чураков осознал, принял к сведению, и клятвенно заверил, что будет любить и оберегать сестру больше чем себя самого. И я ему верю, мужчина он умный, дальновидный, с большими планами.
Я принялась его благодарить, но Фидель прервал меня неожиданным вопросом.
— А скажи мне, вы где Новый год отмечаете?
— Дома, — немного растерялась я, — Тридцать первого открытие выставки, а потом я сразу домой.
— А как вы посмотрите на то, чтобы первого января рвануть к Сереге, в Артыбаш?
— Не знаю, мы не думали об этом, — замялась я, говорить, что, во-первых, это дорого, во-вторых, я по-прежнему боюсь летать, в-третьих, у нас целая программа походов по театрам на детские представления не стала.
— Так подумайте, до Нового года еще время есть. И сразу скажу, самолет у меня свой, так что расходов не будет, — у меня было впечатление, что Фидель даже по телефону видит меня насквозь и прямо читает мои мысли.
Глава 39
Антон оживился, когда я рассказала о предложении Фиделя.
— А что, Ксюш, это так здорово, по-новогоднему, увидим Алтай зимой. Представляешь, как Даша обрадуется, к тому же ты уже преодолела свой страх перед полетами, ведь так? — он посадил Катюшу на колени, — Котенок, полетим на самолете? В гости к Деду Морозу.
— Ура! А Мурзик? — обрадовалась девочка, целуя котенка.
И что мне было делать? Испортить им настроение? Сказать, что по-прежнему боюсь до одурения летать, и что я запланировала такую интересную программу на праздники?
— А как же наши билеты в театр, мы же с тобой на елку собирались, Катюш, — сделала я попытку
— К Деду Морозу лучше!
Я посмотрела на Антона, сделала выразительные глаза, а когда ребенок убежал в свою комнату сказала.
— Ну и где ты возьмешь Деда Мороза?
— Да хоть сам переоденусь, — поцеловал меня Антон, — Ксюша, я уже слышу треск дров в очаге и шум кедров.
А я слышу дрожь моих коленей и стук зубов при посадке в самолет. Но говорить ничего не стала. Если уж честно, то мне и самой очень хотелось туда, в Артыбаш, вдохнуть волшебного воздуха и насладиться белым снегом, который в Москве увидеть практически невозможно. Вот вроде и зима снежная, а под ногами постоянно каша грязная.
Когда я лучше узнала Фиделя, я задала Даше прямой вопрос.
— А почему ты написала мне, а не Фиделю?
— Потому что он уезжал на полгода в Тибет, — просто ответила сестра, — Жил в монастыре, изучал местное учение буддизма. Я, честно говоря, очень удивилась, когда он неожиданно у нас появился. Как он сказал, ученье это ему не понравилось, он высказал свое мнение монахам и уехал.
***
Я позвонила Фиделю и сказала, что мы с радостью принимаем его предложение.
— А я знал, ты только Дашке ничего не говори, сюрпризище сделаем, — хохотнул он, — Ребенок летит?
— Да.
— Хорошо. Значит едем на неделю, Рождество встретим и домой. Идет?
— Идет, — улыбнулась я.
Я позвонила Миле и сказала, что Чураков больше ей не опасен, и она может возвращаться в Звенигород.
— Спасибо вам, — искренне поблагодарила она, — А этот человек, ну который с моим братцем беседовал, он вообще кто?
— Он очень богатый человек, бизнесмен и связи у него на самом высшем уровне. А кроме того он очень отзывчивый и добрый.
— Женатый?
Мне стало смешно, я представила "дикаря" Фиделя рядом с красавицей Милой, хотя бизнесмен Фидель был совсем другим. Но Мила, я в одном вопросе почувствовала ее неудержимый интерес, а если бы она узнала, что у него даже самолет есть?
— Женат, у него пятеро детей и двадцать внуков, — без зазрения совести соврала я.
— Ага, ну, передай ему мою благодарность. А я здесь побуду до Нового года, неплохая компания подобралась. Пока-пока.
До Нового года я была настолько занята, что время слилось в один бесконечный день с короткими перерывами на сон. Мы еще за месяц разослали приглашения, подготовили релизы, стенды, связались со всевозможными СМИ. Мое образование в сфере коммуникаций и рекламы, наконец-то, пригодилось, а моя помощница помогла эффектно расположить картины. Мы пригласили на первую выставку московских художников, в том числе и с Арбата, которым я увлеченно помогала составлять собственные пресс-релизы. Торжественная часть предполагала выступление Фиделя, небольшой концерт, ну и фуршет конечно. Свои работы я наотрез отказалась выставлять, сославшись на то, что эта выставка посвящена Москве.
— Вот будем делать выставку по Алтаю, тогда и я присоединюсь, — твердо заявила я.
На помощь прибыла тетя Вера, которая забирала Катюшу из детского сада, у Антона тоже был аврал на работе. Они должны были сдать объект к Новому году. Вот почему у нас все должно быть сделано до Нового года? Буквально у всех начинается какая-то лихорадка от того, что надо сделать до Нового года — похудеть, убрать, помыть, купить, продать, достроить и так далее.
— Антон, я так волнуюсь, — упаковывая в чехол праздничное платье, сказала я.
— Я уверен, все пройдет отлично, ты же у меня умница, и красавица, — он шутливо нахмурился, — И я уже ревную ко всем этим художникам и гостям.
— Вот этого можешь не делать, — легко поцеловала его, — Я тебя люблю.