История скромной провинциалки (СИ)

— Понял, Катя, учту, а насчет сестренки — это ты правильно сказала, — пророкотал наш хозяин, — А теперь женщины накрывают стол, а мы пойдем владения деда Мороза посмотрим, и ребен…Катя с нами. Черт, ты идешь?
Но пес не выразил желания проваливаться в снегу, блаженно растянувшись на половике.
— А как мы спать будем? — задала я вопрос.
— Мы взяли надувные матрасы и одеяла, — успокоила меня Алиса, — Разместимся с комфортом.
Два дня мы провели наедине с природой, и это было так необычно и потрясающе — видеть зимний восход солнца, слушать тайгу и дышать волшебным воздухом Алтая.
А потом вернулись в цивилизацию, оставив Фиделя с Чертом в доме. И это тоже было здорово. Мы катались на санках, на лошадях, на коньках, парились в бане, а вечерами разговаривали обо всем и ни о чем. С погодой нам повезло, мороз был не сильный, да и снегопады с метелями не налетели, хотя и грозилась несколько раз разразится снежная буря, но прошла рядом. На Рождество Даша предложила пойти в церковь, и мы с Антоном пошли с ней. Сергей Владимирович и Алиса с Катюшей остались дома, а Фидель сказал, что с удовольствием повидает отца Максима. Церковь была деревянная, а потолок так искусно выложен был кедровой вагонкой, что казался янтарным. Людей было немного, а отец Максим оказался очень пожилым мужчиной с седой, окладистой бородой и голосом под стать голосу Фиделя.
***
— Как поживает Дьиндьилей?
— Нормально поживает, как всегда, — ответила Алиса, — Охотится, рыбачит.
— А вот я с рыбалкой завязал, — откликнулся Сергей Владимирович, — Не тянет больше.
— А о Леониде ничего не слышно? — спросила я Алису, когда мы с ней остались одни.
— Да как же, слышно, — хмыкнула она, — Пытались пролезть с другой стороны, да только наше озеро теперь под особым контролем, так что не светит им ничего.
Но вот опять пришло время возвращаться в Москву и прощаться с Алтаем, который я полюбила всей душой. Даша летела с нами.
— Даша, ты должна жить у нас, — настаивал Антон.
— Нет, дорогие мои, я поживу у Фиделя. У него квартира есть в центре Москвы, недалеко от дома, где мы когда-то жили. Не обижайтесь, хорошо? А я к вам в гости приеду, обязательно. И в галерею к тебе приду, завтра же.
После катания по прозрачному льду, спуска на ватрушке по крутой горе, поездке на снегоходах по тайге полет на самолете не вызывал у меня больше страха. Я с удовольствием устроилась на диване, и мы с Катей смотрели "Снежную королеву. Перезаморозка". Катюша уснула, а рядом со мной сел Фидель.
— Хорошая поездка получилась, — сказал он, — Ксения, а ты крещенная?
— Да, бабушка еще в детстве покрестила.
— Жаль, а то стал бы и у тебя крестным. Даша просила меня найти родного отца, когда стала известна тайна вашего появления на свет.
— Это после того, как мы уехали? А мне она ничего не сказала.
— Так рассказывать нечего, найти человека только по имени, который отдыхал "дикарем", это…это даже не иголка в стоге сена, короче, невозможно это.
Я прекрасно понимала это и сама, наш отец никогда о нас не узнает. Ведь мама только и знала о нем, что из Киева, да что зовут Анатолий.
Тетя Вера ждала нас дома, и Катя с порога принялась рассказывать бабушке о встрече с настоящим Дедом Морозом.
— Мы, бабушка, сначала летели с Фиделем и Чертом, — бабушка охнула, — Ты не пугайся, Черт добрый, потом на машине, потом на таких санках, очень быстрых. А там дом волшебный и Дед Мороз. Он сказал, пошлет мне сестренку маленькую, а мы ее сами вырастим, вот, — выдохнула девочка, — А еще Даша, как Ксюша, ну как у нас во дворе Вовка и Витька, близнецы.
Бабушка стояла в ступоре.
— Тетя Вера, Черт это собака, а насчет остального, — я улыбнулась, — Пока никого не послал.
Глава 42
С утра я поспешила в галерею, очень соскучилась по работе, да и Наташе надо дать отдохнуть, хотя она уверяла меня: "Вы не переживайте, мне здесь лучше, чем дома одной, я не работаю, я этим живу". А Антону можно было еще два дня наслаждаться каникулами. Они с Катей собирались приехать ко мне, чтобы вместе пойти гулять на Красную площадь. Даша должна была подойти к обеду. И надо же такому случиться, что мама с Александром Петровичем тоже собрались в Москву погулять. Едва я открыла дверь в кабинет, как позвонила мама.
 
— Мама, я на работе, — мямлила я, — Но тетя Вера дома, вы погуляйте, а потом к нам поезжайте, хорошо?
— Да зачем мы к вам поедем? Мы с удовольствием зайдем к тебе в галерею.
Я не могу сказать, почему я не предупредила маму, что Даша приехала в Москву и собирается ко мне на работу. Но в тот момент язык как будто прилип к горлу, и я промолчала. Позвонила Даше и попросила отложить визит.
— Давайте встретимся в ГУМе у фонтана.
— Но я хотела посмотреть, что ты сделала из полузаброшенной галереи, — удивилась Даша.
— Мама приехала в Москву и должна ко мне зайти, — обреченно сказала я.
— Понятно, она так и не рассказала мужу обо мне, — не спрашивая, а утверждая, отозвалась Даша, — Хорошо, сестра, приду к тебе завтра, какая разница. Я буду ходить по магазинам в ГУМе, как подойдете, наберите меня.
Я была как на иголках, предчувствие чего-то не очень хорошего буквально щекотало руки и ноги. Мама с Александром Петровичем пришли через два часа. Обойдя все залы, и расположившись за столиком на диване мама одобрила место моей работы.
— Я рада за тебя Ксения, достойное место и мне, наконец, не стыдно будет сказать, где работает дочь.
— Аллочка, да Ксюша и раньше в неплохом месте работала, — вставил Александр Петрович, на что мама хмыкнула и повернулась ко мне.
— Что ты думаешь делать с квартирой?
— А что с ней делать? — растерялась я, ничего с бабушкиной квартирой я делать не собиралась.
— Ну, хоть сдай ее, что стоит без дела. Ты, Ксения, должна стать более рациональной, сколько можно витать в облаках. Ты теперь замужняя женщина, лишние деньги не помешают.
— Мы не думали об этом. Мы же часто приезжаем в Звенигород. И вообще, — уверенно добавила я, — Не хочу, чтобы в бабушкиной квартире жили чужие люди.
Людей в галереи было немного, но что удивительно, многие заходили приобрести картину в подарок или на память о Москве.
— Где Ксения? — услышала я раскаты грома, и следом в зал вошел Фидель, — А, вот ты где! Привет. Здравствуйте, — поздоровался он с мамой и отчимом, — А Дашка еще не пришла?
— Нет, — предчувствие неизбежного сковало все мои мысли, — Фидель это моя мама, Алла Леонидовна, и Александр Петрович.
— Очень приятно, — протянула руку мама, улыбаясь самой очаровательной улыбкой. Фидель галантно поклонился, слегка приложившись к маминой руке, и крепко пожал руку отчиму.
— Рад знакомству, и вот какое у меня предложение — идем обедать! — заявил он, — Я сегодня улетаю и хотел с девочками попрощаться. Сейчас Дашке наберу, пусть в наш ресторан идет, а Антон с Катей где?
— Подъезжают, — как робот ответила я.
— У вас есть ресторан? — с интересом спросила мама, она как будто не заметила, что Фидель спросил про Дашу. Я маме про Фиделя не рассказывала, упомянула только, что мне повезло с работой и работодателем и всё.
— Нет, ресторан я давно продал, неинтересно, — махнул рукой Фидель, — Но продал хорошему человеку, так что за качество обслуживания отвечаю. А вы уже встретились с Дашей?
Тут до мамы дошло, о какой Даше идет речь. Она побледнела и еле выговорила.
— Нет.
— А куда вы улетаете? — попыталась я сменить тему, а потом как-то увести Фиделя и рассказать ему, что Александр Петрович не в курсе нашей эпопеи.
— В Австралию. Мой давний друг зовет, мы с ним когда-то в Генконсульстве вместе работали, я три года отработал и свалил в Лондон, а он так и остался в Сиднее, — голос Фиделя был озабоченным, из чего я сделала вывод, что не просто в гости он собрался, — Так что пообедаем и попрощаемся. Месяца на три уеду, — вздохнул он, — Так почему вы, Алла Леонидовна, с дочерью-то еще не встретились? Дашка по магазинам небось бродит, да Ксения?