Мемуары гейша (СИ)
Милли справилась. Выполнила договор. Дело сделано.
Потом пошли личные вопросы, обсуждение следующего турне… Пресс-конференция закончилась. Обладательница пяти “грэмми”, голос нового поколения Милли Филис, в сопровождении телохранителей, покинула место проведения пресс-конференции, под вспышки фотоаппаратов и крики толпы…
— Это что за отсебятина? — спросил у Розочки строго, — Милли сказала куда больше, чем было в том тексте. Это что такое?!
— Не смогла удержаться, — так скромно глазки в пол опускает, на восточный манер, — но мне так нужен рупор! У меня нет пятидесяти миллионов слушателей, но мне так нужно влиять на мир… Никто не заметит, подумают, что Милли сама это все придумала. Даже похвалят ее за находчивость… Такая возможность использовать служебное положение в личных целях, нельзя было упустить.
Ну, и как ее отругать? Если он согласен, но если он слишком прост, чтобы такое придумать и слишком труслив, чтобы рискнуть. А его сумасшедшая малышка может. Ну, пусть делает. Если попадется — он предупреждал с ней не связываться!
Дело сделано. Можно наконец идти в отпуск. А лучше вообще уйти. Не может он работать, когда из него дурака делают. Раньше сам учил, что нужно отвечать только за свой участок работы, дальше не лезть — а теперь почему-то не может так. Майки-Пирожочек не может!
Отправил малышку на лечение, препроводился к начальству. Написал заявление об отставке. По состоянию здоровья, вследствие переутомления и личных причин. Приложил справки. Зявление об отставке была отклонено. Не время сейчас, так сказали. Если не может работать, пусть займется тренерской работой — людей нет. Отправили в бессрочный отпуск. Приказали быть в досягаемости и на связи. Расстроенный, забрал Розочку из больницы.
— А ты приложил им справку, что я нуждаюсь в уходе? — спросила малышка. Думает, как обычно, что она пуп земли.
— Сказали, чтобы ты не симулировала, знают они твои справки, — все их тайны уже не тайны, а пункт в досье. Ее любимый блондин, с которым она все время треплется — постарался!
— Ну, я же инвалид! Лицо с ограниченными возможностями. У меня справка!
— Сказали, что это просто замечательно! Даже до службы добрались все эти квоты на трудоустройство инвалидов, ты очень даже пригодилась. Если уволить тебя, то где им еще подходящего инвалида искать, а тут ты такой результативный инвалид и для количества нужна… Тебя вообще не отпустят, малышка, даже если в поле не сможешь работать — на тебе теологическая переписка Айши, ты должна быть на видеосвязи со всеми контактами. Да и Милли кому-то надо вести… С ней контактировал другой человек, она отказалась с ним иметь дело, только с “мадам Гвиневрой”… Но бессрочного отпуска я добился. Уедем далеко, на острова, скроемся от всех, вне досягаемости и без связи… Может, тогда меня выгонят за эти, эти проблемы… ну, которых у меня нет.
— Проблемы с дисциплиной? — уточнила Розочка.
— С дисциплиной, с лояльностью, с здоровьем, с психикой, со всем прочим…Уйду в завхозы.
— Но ты же не смог быть завхозом. Снова начнешь ныть, как тебе скучно, как ты хочешь делать эту работу, которую можешь делать лучше других.
— Уж ты бы могла бы сказать — “лучше всех”… Очень устал, сейчас никак не могу делать. Доставай паспорт Перейры — меняем кожу, завтра улетаем.
На островах несколько месяцев провели, без интернета, телефона и новостей, отлично отдохнули, даже Розочка поправилась наконец, такая стала толстенькая, хорошенькая… А потом надоели эти острова, снова с Розочкой ругались периодически — ну, капризна же невыносимо. И была поймана за поеданием каких-то местных ягод — утверждала, что она, типа, не знала, что это за ягоды, она не ботаник, видела красивые плоды — и ела их, как дурочка. А он параноик с профедформацией, который всех подозревает. А она не наркоманка — она ответственная… Ну, как обычно. Показал статью в википедии про эти ягоды — стыдливо отводила глаза, но вину не признала… Ну, что теперь делать им на островах, где растут такие ягоды — драться с ней что ли…
И вернулись домой. На ту улицу. В дом Берти и Труди. Розочка приходящей медсестрой устроилась, чтобы навык не терять, а он снова не знал, чем себя занять. На работу устраиваться не хотел — вдруг вызовут, придется бросать, людей подводить. Пришлось с соседями общаться, все их проблемы решать — с крышей, с женами, с алкоголем, с зарослями ядовитых сорняков… Обувщик неплохие ботинки сшил, не хуже фирменных итальянских, но только где же ему в них ходить…
3.6
Милли очередной “грэмми” получила за тот альбом, заглавную песню к которому они тут в гостиной придумали. Вспомнил, как учился музыке, как его хвалили — защита снова пропустила воспоминания, которые себе запретил. Тоже мог бы “грэмми” получить, если бы выбирал, кем ему быть — он лучший во всем, за что не берется!
И, вот, когда почти совсем загрустил, пришло письмо от юридической фирмы, в котором ему предлагалось подписать, что лицо, называющее себя “сэр Артур”, “господин Морис”, а также любым другим именем, проживавший по этому адресу, отказывается от интеллектуальных, имущественных и прочих прав на музыкальное произведение, в создании которого он принимал участие совместно с Миллисент Пират Филис, она же “Милли Филис”(тм). В качестве компенсации за отказ от всех возможных претензий Миллисент Пират Филис предлагает этому лицу солидную денежную сумму, которую он получит незамедлительно после подписания документа. Отдельно в письме отмечалось, что конечно же, никакие деньги не могут выразить, как благодарна мисс Филис за творческую и личную поддержку, поскольку благодарность мисс Филис и ее семьи — безгранична. Со всем уверении в почтении…. Дальше шли подписи адвокатов и корявое, кое как написанное, сбивающееся с строчки: “Милли П. Филис”
Девчонка не только читать, но и писать не умеет! Сумма действительно очень солидная, не думал даже. Компанейская девчонка, могла бы ничего не предлагать, знает, что судиться такой мутный тип с ней не будет, но справедливо предлагает долю. Настоящий командир, не смотря на то, что мелочь пузатая.
…И это значит, что все-таки он получил “грэмми”!
Пришла Розочка, надела очки, написала от его имени благодарственное письмо. Сначала не хотел подписывать, полно всяких соплей, а потом подумал, что все тут правда — просто он написать так не может. Розочка взяла свой хозяйственный блокнот, записала сумму в графу “доходы”. Так приятно приносить деньги в дом, когда малышка вот так, в очках на носу, бубнит, пересчитывая.
— Песнями я еще не зарабатывал, — сказал Розочке, — приятно открыть новые перспективы, не пропадем, малышка,
Взбодрила его Милли — не деньгами, признанием. Решил заняться делом.
Заключил подряд с муниципалитетом на ремонт улицы — представился подставной фирмой с работы, нанял субподрядчиков — заделал все ямы, все трещины. Потом заборы всем предложил одинаковые, красивые, недорого можно договориться, водосточную систему…. И улица стала другой — это уже не та улица по которой ходил больной и несчастный человек с палочкой и считал вслух шаги… Дом весь перекрасил — теперь это его дом. Другого у него нет.
И вот, когда распивал пиво с соседом, валяясь в саду, где он лично посадил двадцать новых розовых кустов, позвонили со службы и велели прибыть в офис. Долго уже отдыхали, полно дел…
Конечно, на конференции было немало личных вопросов к Милли Филис, в том числе, какие у них планы с “везучим сантехником” на будущее. Милли взяла долгую паузу и смотрела в пол. Когда подняла глаза, они блестели, а щеки были красные. Мисс Филис сообщила, что пара приняла решение расстаться. Решение было обоюдным, ничье сердце не осталось разбитым. Их образ жизни и жизненные цели отличаются настолько, что рано или поздно, приведут к непримиримым противоречиям. Желая сохранить приятные воспоминания о чувствах и друг друге, они совместно приняли решение расстаться сейчас…