Интуит. Арка 1. Том 2 (СИ)
Стоя у окна в своей комнате за этими размышлениями, я увидел, что Винниэль всё еще продолжает тренировку у озера, хотя прошло уже больше двух часов, и ее однокурсницы давно ушли. Отличный повод дать ей почувствовать уверенность в своих силах.
Однако, спускаясь, я стал свидетелем крайне неприятной сцены. Полуэльф Фолластиэль, зажав в угол ещё совсем юного, лет тринадцати, орка, угрожающе шипел ему. Накрыв себя иллюзией, я подошёл поближе.
— Что ты там про меня рассказывал, а? — шипел он, схватив мальчишку за грудки, — имей в виду, никто с тобой, зеленокожим и клыкастым, нянчиться не будет. Так что следи за своими словами, а не то… — он поднёс к его носу кулак. На орчонка было больно смотреть. Наверняка родители учили его быть храбрым и всегда давать сдачи, да только как дашь сдачи здоровенному полуэльфу, что на две головы выше ростом и в три раза старше тебя?
— Ты меня понял? — спросил он, — не слышу ответа!
— Ты не имеешь никакого права так со мной поступать, — отчётливо произнес орчонок, — ты нагло повёл себя на уроке нового учителя магии воды, за то и получил по заслугам. А теперь оставь меня в покое, — и с этими словами он пнул его ногой в колено.
— Уййй… ах ты, наглая лягушка, да я тебя сейчас…
— Мистер Фолластиэль, позвольте вас спросить, чем вы заняты, — спросил я, сбрасывая маскировку и оказываясь прямо у него за спиной. Полуэльф рывком развернулся, и в его глазах отчётливо проступила паника.
— Вы опять себя ведёте, как плохой мальчик, — сказал я, укоризненно качая головой, — я ведь предупреждал вас, что плохих мальчиков наказывают розгами?
— Вы… вы, — его глаза лихорадочно метались из стороны в сторону, — вы не посмеете так со мной поступать. Телесные наказания запрещены в Университете!
— Надо же, как быстро вы вспомнили о Своде правил. Что ж, если вы отказываетесь от заслуженного наказания — здесь, в стенах Университета, это ваше право. Однако вы мало того, что угрожали этому парнишке, вы ещё и оскорбили его совершенно недопустимым для Университета образом. В связи с этим я сообщаю вам, что больше не желаю видеть вас на своих уроках.
— Я… что… нет, постойте! — крикнул он. Я обернулся. Почти целую минуту он стоял, ведя сложную борьбу с самим собой. Наконец, залившись краской, он прошептал, — хорошо, я согласен. Прошу прощения, Дретт, — сказал он орчонку.
— Вы знаете, куда вам идти, — без лишних эмоций сказал я.
Полуэльф побрёл в сторону нужной аудитории. Я же подошёл к орчонку, который всё это время неподвижно стоял в углу.
— Ты молодец, Дретт, — одобрительно сказал я, — не побоялся дать отпор, хотя он больше и сильнее тебя. Родители сейчас гордились бы тобой.
Дретт неуверенно улыбнулся.
— Не переживай, — продолжил я, — больше он никого не побеспокоит, — после чего пошёл вслед за Фолластиэлем.
— Профессор Дамиаш, — донёсся вслед мне его голос.
— Да, — обернулся к нему я.
— Вы… вы только сильно его не бейте, — неловко улыбнувшись, попросил он.
— А почему ты об этом просишь? — удивлённо спросил я, останавливая рукой Фолластиэля.
— Потому что мама с папой меня учили, что унижать побеждённого врага — это плохо, — гордо ответил орчонок, — нужно поговорить с ним и объяснить, в чём он был неправ. И, может быть, с ним даже удастся подружиться.
Я удивлённо посмотрел на него. И ведь где-то я это уже слышал. Интересно, Воррт, как у тебя сейчас дела?..
Дретт, улыбнувшись, пошёл своей дорогой. Полуэльф же снова направился навстречу своему наказанию, плечи у него подозрительно дрожали. Наконец, мы вошли в аудиторию. После того, как я её запер, Фолластиэль в конце концов разрыдался.
— Почему он попросил об этом, когда я так с ним обошёлся?! — осев на пол и всхлипывая, спросил он, — почему?!
— Вероятно, его так воспитали, — негромко ответил я, — и я бы посоветовал тебе взять с него пример. Поверь, порой за зелёной кожей и большими клыками иногда может оказаться куда больше, чем за красивым, белоснежным, ухоженным лицом.
Он, всё ещё плача, кивнул.
— Знаете, а вы были правы, — сказал он, — без своего отца я и правда ничего не стою. Каждый раз, когда он возвращался домой, то делал всё, чтобы остаться одному и не видеть нас. И как ему, наверное, полегчало, когда все мы разъехались по школам и академиям, а я вот даже в Университет поступил. Прошу вас, профессор Дамиаш, скажите, как это изменить? Вы точно знаете, не можете не знать!
— Относись к другим так, как хотел бы, чтобы они относились к тебе. И упорно работай над своим магическим даром, — тихо, но отчётливо ответил я, — не получилось в первый раз — получится в десятый. Не получилось в десятый — получится в сотый. Главное — не сдавайся. Всегда делай хоть что-то, хоть какую-то мелочь. И успех медленно, но верно придёт к тебе.
Всё ещё заплаканный, он кивнул, после чего начал расстёгивать свою рубашку.
— Не нужно, — мягко сказал я.
— Правда, — он снова удивлённо посмотрел на меня, — но почему?
— Наказывают не потому, что ты совершил проступок, а для того, чтобы ты не совершал его впредь, — с улыбкой сказал я ему, — я вижу, ты усвоил урок и больше не будешь обижать и унижать тех, кто слабее тебя. Ты можешь идти.
Обрадованный Фолластиэль, рассыпаясь в благодарностях, бросился к выходу из аудитории, но я не спешил её покинуть. Интересно, как же живут орки, если даже в таком возрасте молодняк уже знает, что нужно не только уметь давать отпор неприятелю, но и быть к нему снисходительным. Кажется, невольно подумалось мне, Воррт опять заставил меня устыдиться своих первоначальных мыслей касательно умственных способностей орков. Хотелось бы мне посетить хотя бы один раз их селение и хотя бы немного пожить среди них.
Наконец, я вспомнил, ради чего, собственно, покинул свою комнату, и поспешил вниз. Выйдя из здания, я повернул направо и направился к озеру, где всё ещё пыталась тренироваться Винниэль.
Сначала я не стал подходить близко, намереваясь посмотреть, чему она сама научилась. За три дня (сегодня был второй выходной) она сумела немного продвинуться. Однако сделано это было за счёт возросшей силы воли — а исключительно на неё полагаться нельзя.
— У вас получается немного лучше, Винниэль, — сказал я одобрительно, подходя к ней.
Девушка, увидев меня, отчаянно покраснела и разом потеряла контроль над водой.
— Сэр… профессор. Я не слышала, как вы подошли, — пробормотала она, опустив голову и отчаянно заламывая руки.
— Что с вами? Почему вы так резко оборвали тренировку?
— Я…я… — неуверенно залепетала она, по-прежнему избегая смотреть мне в глаза.
— Позвольте откровенно некрасивый вопрос. Вы меня боитесь?
— Ну…ну… — она покраснела ещё сильнее, но заставила себя посмотреть на меня, — немного. На своей родине я никогда не видела таких, как вы.
— Ну а что это меняет? — спросил я, улыбнувшись, — я тоже дышу воздухом, тоже ем, сплю, тоже испытываю естественные потребности. Если мне порежут руку — из неё пойдёт кровь. Тоже красная.
— Хотела бы я посмотреть на того, кто захочет порезать вам руку, — нервно хихикнула Винниэль.
— Вам не надо меня бояться, — я попытался ободряюще улыбнуться, надеюсь, у меня это получилось: для таисиана улыбаться и не выглядеть при этом угрожающе для гуманоидов — целое искусство, — сам милорд ректор одобрил моё назначение сюда — а он пожил на своем веку немало. Я не причиню вам вреда. Моя задача — научить вас чему-то. К сожалению, моё время ограничено, и я не могу себе позволить мягкий и поступательный процесс. Приходится работать так, как есть. Так что отбросьте свои страхи и учитесь спокойно. Я не меньше вашего заинтересован в вашем успешном обучении.
— Да… я вас поняла, — девушка робко улыбнулась, — спасибо, профессор.
— И позвольте дать вам ещё один совет. Вы пытаетесь контролировать воду исключительно силой воли — это неверно. Вода — она живая, она текуча, она непостоянна, и она не приемлет грубую силу в отличие от магии земли. Вы должны расслабиться, почувствовать сродство со своей стихией. И затем настойчиво, но аккуратно создать контроль. Попробуйте.